Чистильщик - Бретт Баттлз

«Полиция разворошила гнездо террористов», — прочел он на немецком. Адрес дома, на который был совершен налет, совпадал с местом жительства Софи. Она даже была упомянута как возможный член экстремистской организации.

«Подозреваемая в терроризме женщина, бросившая гранату в полицейских, была убита в ходе перестрелки. Зданию был нанесен серьезный ущерб. Полиция была вынуждена применить слезоточивый газ, чтобы вынудить остальных террористов покинуть квартиру. Согласно полицейским источникам, по крайней мере, двое из них по-прежнему остаются в розыске».

Окончание заметки было прикрыто другими газетами, поэтому Квин не смог ее дочитать. Впрочем, все это было сущей ерундой. Очевидно, у Борко хватало связей, чтобы прикрыть подобными материалами свои истинные подвиги.

Когда Квин вернулся в их временное жилище, Нейт с Орландо еще спали. Поставив неподалеку от них кофе с булочками, чтобы, проснувшись, его друзья могли до них дотянуться, он вновь удалился в ванную.

На миг Квин остановил взгляд на своем отражении в зеркале. Он не брился уже дня два, и лицо его успело покрыться густой щетиной. Пластиковый пакет с товарами из магазина стоял на полу возле раковины. Внутри находились зубные щетки, паста, расческа, дезодорант, щетка для волос, бритва, крем для бритья и медицинский набор первой помощи.

Первым делом Квин тщательно побрился. Потом распаковал одну из зубных щеток и почистил зубы. Освежив таким образом свой внешний вид, он выключил в ванной свет и вернулся в комнату.

Орландо, сидя на матраце, пила кофе. Нейт тоже проснулся, но продолжал лежать, натянув спальный мешок себе на голову и оставив только маленькую щелку для глаз.

— Чертовски холодно, — приглушенным голосом пробормотал он.

— Попей кофе, — предложил ему Квин.

— Не мог бы ты вылить его на мой спальный мешок?

— Насколько я могу судить, тебе уже стало лучше.

— По сравнению с чем?

— Со вчерашним днем.

— Пожалуй.

Нейт неторопливо сел, и мешок сполз сначала с его лица, затем с плеч. Потом стал медленно поворачивать голову из стороны в сторону.

— Определенно лучше, — констатировал он. — Вчера, проснувшись, я с трудом мог ворочать шеей. Полагаю, дело пошло на поправку.

— Думаешь, справишься со своими обязанностями?

— Не сомневаюсь, — уверенно заявил Нейт.

— Если не сможешь, лучше так и скажи, — заметила Орландо.

Нейт повернулся к ней:

— И тебе тоже доброго утра.

— Я не шучу, — сказала она.

— Я тоже. Все будет в полном порядке. — Нейт медленно потянулся вперед и взял оставшуюся чашку кофе. — Если же вы меня спрашиваете, смогу ли я пробежать милю, а потом кого-то нокаутировать, то буду вынужден сказать «нет». А вести машину я смогу.

— Несмотря на подбитое плечо? — удивилась Орландо.

— О боже, — вздохнул Нейт. — Тебе не мешало бы принять пилюлю радости или что-нибудь в этом роде.

— Нейт! — попытался осадить его Квин.

— Нет, — не унимался тот, не сводя глаз с Орландо. — Знаю, для тебя все не так просто. И ты была бы больше рада, если бы вместо меня вы нашли Гарретта. Я бы на твоем месте чувствовал себя точно так же. Но я здесь, и тебе придется с этим считаться. К тому же тебе понадобится моя помощь, чтобы вернуть его. Да, мое плечо не вполне в форме. И чувствую я себя дерьмово. Но если я говорю, что что-то сделаю, значит, я это сделаю.

Орландо и Квин молча уставились на Нейта.

— Ты мог бы просто ответить «да», — наконец сказала Орландо.

Лицо Нейта смягчилось.

— Да, — произнес он.

— Прости, — сказала она.

Нейт улыбнулся и слегка махнул рукой.

— Ну, теперь-то наконец все успокоились? — осведомился Квин. — Потому что нам пора в путь.

Из последнего разговора между подручными Борко, за которыми Орландо наблюдала по видеокамерам, выяснилось, что транспортировка инфицированных конфет назначена на восемь тридцать утра. В распоряжении команды Квина был лишь небольшой промежуток времени между отгрузкой конфет с объекта и доставкой их на Кайзердамм, где предполагалось собирать подарочные пакеты.

Нейт расстегнул спальный мешок и принялся подниматься на ноги, беспрестанно морщась от боли.

— Если что — в ванной есть аспирин, — сказал Квин.

Нейт посмотрел на него:

— Боюсь, мне понадобится весь пузырек.

Информация, которую Квин получил от Моула, вполне подтвердилась. Место, в котором предполагалось заготавливать подарочные наборы, представляло собой офисное здание из старого кирпича. Оно стояло на углу улицы по соседству с такими же видавшими виды строениями.

Квин следил за ним через окна кафе «Эйнштейн», расположенного на противоположном углу. За последние тридцать минут в дом вошло несколько человек. В основном это была молодежь, скорее всего, студенты из университета. Очевидно, их наняли подработать на упаковке пакетов.

У Квина зазвонил телефон. Это была Орландо.

— Фургон отправляется.

В течение последнего часа она вела наблюдение за объектом с той самой крыши, на которой ей уже довелось побывать. На этот раз она следила за тем, как люди Борко грузят коробки с мятными конфетами в белый мини-фургон.

— Борко еще там? — спросил Квин.

— Уехал минут десять назад.

Отвечала Орландо с паузами, и Квин заподозрил, что она вновь несется по лестнице вниз. На этот раз за рулем темно-бордового «БМВ», угнанного Квином утром, ее ждал Нейт.

— Сколько всего коробок? — поинтересовался Квин.

— Двадцать.

— Значит, их везут все вместе.

— Получается, что так.

Двадцать коробок по двенадцать банок в каждой. Выходит, Даль получит 2400 единиц миниатюрного биологического оружия. Если умножить это число на шесть — количество конфеток в каждой коробке, — то общее число смертоносных устройств составит 14 400. Запаса этого товара достаточно, чтобы каждый участник смог прихватить еще по коробке-другой с собой. Съешь сам. Возьми домой. Поделись с друзьями.

— Они закрепили коробки грузовыми сетками, — добавила Орландо.

«Чтобы не потерялись в пути», — подумал Квин.

— Фургон без сопровождения?

— Подожди, — сказала Орландо.

Квин услышал, как открылась дверца машины, а потом, судя по звуку, закрылась.

— Скорее всего, они поехали в сторону Карл-Маркс-штрассе. — Очевидно, эти слова предназначались не Квину, а Нейту.

— Есть, я на связи. — Теперь Орландо обращалась уже к Квину. — На чем мы остановились?