Турист - Олен Стейнхауэр

— Ингрид, познакомься с Фрэнком Додлом.

Девушка встала и вежливо протянула руку. Угримов, положив руку ей на плечо, посмотрел американцу в глаза.

— Ингрид очень дорога мне, понимаете? Она для меня все.

Девушка застенчиво улыбнулась.

— Тина, думаю, нам пора, — сказал Фрэнк.

Она огорчилась — уж очень хотелось увидеть весь этот сказочный дворец, — но прозвучавшее в голосе Фрэнка беспокойство остудило желание продолжить знакомство с палаццо. Да еще беременная девушка-подросток и этот русский дядюшка с подчеркнуто нежным отношением к ней…

Тина неловко поднялась — Ингрид поспешила помочь ей — и взяла Фрэнка за руку. Он прошептал «извините», наверное имея в виду несостоявшуюся экскурсию.

Лысый громила проводил их вниз. Спускаться было легче, чем подниматься. Они дошли до середины лестницы, когда сверху донесся голос Ингрид и затем ее смех, громкий, носовой, немного гнусавый.

К тому времени, когда русский открыл дверь и они, выйдя на площадь, остановились в тени, Тина поняла — здесь что-то не так. Подождав, пока дверь закроется, она сказала:

— Послушайте, Фрэнк, если он только сейчас подписал бумаги, то почему уже переехал?

Но Фрэнк не слушал — он во все глаза смотрел влево. Женщина примерно одного с Тиной возраста выступила из подворотни и побежала к ним.

— Фрэнк! — крикнула незнакомка.

«Жена Фрэнка?»

С другой стороны улицы, справа, к ним бежал мужчина. Полы расстегнутого пиджака хлопали, как крылья, а в руке у него был… пистолет. Кто такой? Довести мысль до конца Тина не успела, потому что вверху, над ними, прогремел голос Угримова:

— А я ведь люблю ее, ты, тварь!

Тина шагнула вперед и тут же отступила, потому что Фрэнк смотрел в небо. Пронзительный крик накатил стеной, растянулся в глухой вопль и оборвался — словно мимо промчался поезд.

«Эффект Доплера» — отреагировал ее ошеломленный мозг.

А потом она увидела что-то падающее. Трепещущее… розовое… каштановые волосы… тело… тело той девушки, Ингрид. И…

В 10.37 Ингрид Шепплхорн упала в трех футах от Тины. Глухой удар, хруст, кости, прорвавшие плоть. Кровь. Тишина.

Она не могла дышать. Ее парализовало. Не могла даже кричать, а Фрэнк выхватил пистолет, выстрелил три раза и побежал. Незнакомая женщина — жена? подружка? грабительница? — метнулась за ним. Тина споткнулась и завалилась на мостовую. Вот тогда она и закричала.

Рядом с ней оказался мужчина, тот, что с пистолетом. Вид у него был немного потерянный. Какое-то время он смотрел на кровавое месиво в трех футах от нее. Потом заметил Тину, и она испуганно замолчала, но крик все равно прорвался — сам собой, помимо ее воли.

— У меня схватки! Мне нужен врач!

— Я…

Мужчина не договорил. Он посмотрел в ту сторону, куда побежали Фрэнк и женщина с пистолетом. Они скрылись из виду.

— Вызовите же доктора! — крикнула Тина, и тут они услышали три сухих хлопка. Три выстрела.

Мужчина снова посмотрел на нее, как на тающий в воздухе призрак, и вынул сотовый.

— Все будет хорошо, — проговорил он, набирая номер. Потом поговорил с кем-то на итальянском. Тина разобрала слово «ambulanza». И только когда он закончил, увидела, что незнакомец тоже ранен, куда-то в грудь. Его рубашка быстро темнела от крови.

Страх и тревога отступили, их оттеснил материнский прагматизм. Не важно, что он ранен, «скорая» уже в пути. С ребенком ничего не случится, о нем позаботятся. Она успокоилась, схватки ослабли. В какой-то момент незнакомец взял ее за руку, сжал запястье — похоже, он уже не понимал, кто с ним рядом. Потом появилась та женщина — позднее Тина узнала, что ее зовут Энджела Йейтс. Женщина плакала. Мужчина печально посмотрел на свою сообщницу.

— Вы кто такой? — спросила Тина.

— Что?

Она стиснула зубы, переводя дыхание.

— У вас пистолет.

Незнакомец, словно шокированный этим известием, разжал пальцы, и пистолет упал на камни.

— Кто… — Она выдохнула боль через сжатые зубы. Три раза. — Кто вы?

— Я… — Он сжал ее руку еще сильнее и прохрипел: — Я — турист.