Порочный круг - Уилбур Смит

Они встретились, как договорились. Алеут напоил нового знакомца, так что тот очень оживился и нетвердо держался на ногах, потом задушил его на парковке за баром и погрузил тело в мешок для одежды, а мешок – в кузов взятого в аренду грузовика. Именно этот мешок последним выгрузили из кузова фургона «Полярной белизны».

Мешок с трупом отнесли в отделение для смертников. Тело положили на койку Джонни Конго лицом к стене и накрыли одеялом, оставив на виду только затылок. Невнимательному наблюдателю должно было показаться, что Джонни Конго благополучно спит на своей койке.

Лукас Хеллер забрался в пустой мешок, его на тележке отвезли к грузовику и поместили рядом с мешком Джонни.

Теперь фургон «Полярной белизны» был полностью загружен, и его заднюю дверь закрыли. Карл Бэннок сел на место водителя и включил двигатель. Алеут уже сидел на пассажирском сиденье. Карл спокойно провел машину мимо проверяющих и наконец выехал за главные ворота.

Проехав десять миль, они вкатились на площадку для обслуживания, и Карл поставил грузовик среди других больших машин. Они с Алеутом открыли заднюю дверь. Трое «работников прачечной» немедленно выпрыгнули оттуда и пересели в маленькую «тойоту», оставленную здесь накануне вечером. Они уехали, не оглядываясь. Никто из них больше никогда не показывался в прачечной «Полярная белизна».

Карл и Алеут забрались в кузов фургона и закрыли за собой двери. Они освободили Джонни Конго и Лукаса из мешков.

Джонни и Карл пылко обнялись, а Алеут и Лукас смотрели на них с улыбками. Потом Джонни повернулся к Алеуту и по-медвежьи обнял его.

– Алеут Браун, ты сумасшедший, чувак! Я говорил Карлу, что на тебя можно положиться, парень.

Лукас Хеллер подошел к Карлу и протянул руку. Карл взял ее и пожал. Лукас поморщился от боли.

– Ладно, Карл, – неловко сказал он. – Отдай мне должок, и я оставлю вас с приятелем праздновать освобождение, и пойду своей дорогой.

Не выпуская его руки, Карл серьезно сказал:

– Спасибо, Лукас. Было очень приятно с тобой познакомиться. – Все еще крепко держа Лукаса за руку, он кивнул Алеуту: – Ладно, Алеут. Отдай ему наш должок.

Из внутреннего кармана комбинезона Алеут достал пистолет малого калибра с глушителем. И выстрелил Лукасу в затылок.

Карл выпустил его руку, и тело Лукаса упало на пол. Ноги его дергались, тело содрогалось. Алеут встал над телом и дважды выстрелил Лукасу в правый висок. Ноги перестали дергаться.

– Какого дьявола? – сказал Джонни Конго. – Зачем?

– Мне этот ублюдок никогда не нравился, – разумно объяснил Карл. – И я только что сэкономил двести тысяч.

– Обожаю тебя, Карл Бэннок!

Джонни захохотал, держась за живот.

Алеут принес им обоим смену одежды; она была упакована в один из мешков. Они сняли форму и быстро переоделись в обычную одежду. Потом выпрыгнули из кузова грузовика. Карл закрыл все двери, и они неторопливо ушли от грузовика в дальний конец стоянки, где накануне Алеут оставил для них арендованный «форд».

Сев в машину, они проехали сорок миль по шоссе № 45, потом свернули на боковую дорогу и поехали на запад в сторону Вако. К концу дня добрались до взлетной полосы посреди обширного поля сорго. На полосе ждал двухмоторный Baron G58 с пропеллерами. Самолет принадлежал одному из партнеров Алеута по торговле наркотиками. Способность быстро взлетать и садиться делала его незаменимым для их целей.

Пилот уже включил двигатели и развернул самолет носом к полосе. Карл и Алеут пожали руки Джонни Конго. Потом Джонни забрался на крыло и втиснулся в открытую дверцу.

Второй пилот закрыл за ним дверцу, пилот прибавил газу, и машина с ревом покатила по полосе. Самолет летел в Гондурасе, в Ла-Сеибу, где общества Джонни с нетерпением ждал сеньор Алонсо Алманса.

Через четырнадцать дней Джонни и Карл встретились снова – в номере на последнем этаже отеля «Лас-Ласхитас» в столице Аргентины Буэнос-Айресе. Карл предъявил карточку отеля «Времена года». Ему всегда доставляли истинное наслаждение атмосфера и обслуживание, которые предоставляла эта компания.

Позанимавшись сексом, они вместе приняли душ, потом на такси поехали в Пуэрто-Мадеро и там, в «Кабанья лас лилас», ели большие сочные стейки. Потом вернулись в номер отеля.

Портье был предупрежден и, как только они появились, отправил к ним в номер двух молодых людей.

Карл внимательно проверил их удостоверения. Девушка выглядела лет на двенадцать, но документы свидетельствовали, что ей шестнадцать лет и два месяца. Карл поцеловал ее и сжал тощую маленькую ягодицу.

– Ты прекрасна, мой ангел, – сказал он.

Мальчик был на четыре месяца старше девочки, красивый, хотя женственный. Когда Джонни улыбнулся ему с дивана, он жеманно прошел по комнате и уселся к Джонни на колени.

На следующий день вечером Карл и Джонни сели в салон первого класса самолета авиакомпании «Эйр Малайзия», на рейс в Кейптаун, на южной оконечности Африки.

Из президентского номера кейптаунского отеля «Один-единственный» на самом берегу океана Карл позвонил по незарегистрированному номеру и поговорил с генералом Горацио Мукамбера из Хараре, столицы Зимбабве.

Генерал сообщил Карлу, что президенту Мугабе доложили о его предложении и он приказал военным оказать содействие. Генерал также подтвердил, что деньги в сингапурский банк поступили и что он лично встретит их в аэропорту Хараре, когда они прилетят самолетом «Южно-африканских авиалиний».

Карл передал трубку Джонни Конго. У Джонни был большой боевой опыт – он прослужил два полных срока в морской пехоте США во Вьетнаме, дослужился до звания старшины и много раз принимал участие в боевых действиях.

За несколько минут разговора генерал Мукамбера убедился, что говорит с человеком, знающим свое дело. Их разговор потек более спокойно и сердечно; они обсудили технические подробности операции.

– Я могу передать в ваше распоряжение два отряда отборных парашютистов-десантников, – сказал генерал.

– Сколько человек в этих двух отрядах, генерал?

– Сто двадцать.

– Нельзя допустить, чтобы нам не хватило огневой мощи, – сказал Джонни. – Потребуются оба отряда. Есть безопасное место, где я смогу принять людей и поработать с ними, прежде чем мы двинемся на север?

Джонни перешел на суахили, и Карл потерял возможность следить за разговором. Зато генерал еще больше размяк, услышав родной язык.

– Да, у нас есть полигон, который я могу предоставить в ваше распоряжение. Но скажите, как вам удается так свободно владеть одним из наших языков? Я считал вас американцем.

– Я родился в Восточной Африке. В племени инхуту.

– Ага, понимаю! Это многое объясняет. Добро пожаловать на родину, мистер Тембо Кикуу.

– Спасибо, генерал Мукамбера, – снова перешел на английский Джонни. – Я знаю, вам сообщили, что понадобится воздушный транспорт.