Декамерон по-русски - Анатолий Ромов

Просмотрев запись, доктор вздохнул:

— Вы рветесь выйти?

— Да. Как, доктор?

— Ваши ребра меня не очень волнуют, меня волнует сотрясение мозга. Да и неужели вам охота выходить из больницы с таким лицом?

— Чтобы не страдать из-за такого лица, есть очень простой выход — черные очки.

Врач улыбнулся:

— Ну вы и упрямец. Хорошо, посмотрим. Может, в самом деле выпустим вас завтра.

Минут через двадцать после ухода врача загудел телефон. Снял трубку:

— Хэлло?

Голос Эвелин Халлоуэй, который он сразу же узнал, сказал:

— Я могла бы поговорить с мистером Полом Молчановым?

— Это я. Простите, я говорю с миссис Халлоуэй?

— Да, это я. О, Пол… Пол, я ужасно сожалею, что с вами все это случилось…

— А что со мной случилось?

— Как — что? Вас же увезли в больницу.

— Спасибо, но… но откуда вы знаете, что я в больнице?

— Пол… вы что, не читали статью Пата Моретти в сегодняшнем номере «Таймс»?

— Нет.

— О мой бог… Неужели в нью-йоркских больницах нет газет?

— Нет. Во всяком случае, в палаты сюда газеты не приносят. Значит, в «Нью-Йорк таймс» напечатана статья Моретти?

— Да. Я думала, вы давно ее прочли.

— Нет, я ее не читал. О чем она?

— Обо всем. Об убийстве Стива, о том, что русские хотели завладеть его банком, наконец, о том, как они похитили вас. А также о том, как ФБР вас освободило, арестовав при этом главного русского бандита. Правда, вы в этой статье названы «Пол М.», но я сразу догадалась, что это вы. Это ведь вы?

— Да, это я. Но я первый раз об этом слышу.

— Ну вот, значит, я первая, кто сообщил вам об этом. В статье не указано, в какой больнице вы лежите, так что мне пришлось обзванивать все нью-йоркские больницы, пока я вас нашла.

— Спасибо, что все-таки позвонили мне.

— Пол, как я могла вам не позвонить? — Он услышал вздох. — Ну как вы? В статье написано, вас увезли в больницу в тяжелом состоянии. Это так?

— Это преувеличение. Мне досталось, но в общем со мной все в порядке — я отделался царапинами.

— Слава богу. — Эвелин прокашлялась. — Знаете, Пол, мне с вами надо обязательно поговорить. Причем как можно скорей.

— Пожалуйста. Давайте поговорим.

— Разговор будет касаться того же, о чем мы говорили в ваш приезд ко мне в субботу.

— Хорошо. Начинайте, я слушаю.

— Пол, нет. По телефону я сказать ничего не могу. Вы должны приехать. Вы можете ко мне приехать?

— Ну… в общем, могу.

— Когда?

— Скажем, завтра.

— Пол, перестаньте. Не жертвуйте ради меня своим здоровьем.

— Эвелин… в принципе я здоров. И постараюсь приехать, как только меня выпустят из больницы.

— А когда вас выпустят из больницы?

— Не исключено, что как раз завтра утром.

— О, Пол… — Он снова услышал вздох. — Если бы вы приехали завтра, в любое время, это было бы замечательно. Я была бы вам очень признательна. Приезжайте, Пол, хорошо?

— Хорошо. Я постараюсь приехать завтра.

— Спасибо. Буду ждать вас с нетерпением. Всего доброго, Пол.

— Всего доброго.

Положив трубку, попытался понять, зачем он мог так срочно понадобиться Эвелин Халлоуэй. Не найдя этому никакого объяснения, нажал кнопку вызова медсестры.

Войдя, Эстелла нахмурилась:

— Что-нибудь не в порядке?

— Эстелла, все в порядке. Вы хотите мне помочь?

— Мистер Молчанов, конечно. Какая помощь вам нужна?

— Вы могли бы купить мне сегодняшнюю «Нью-Йорк таймс»?

— Сегодняшнюю «Нью-Йорк таймс»… О, мистер Молчанов… боюсь, что нет.

— Эстелла… Мне эта газета нужна позарез.

— Я ничего не могу сделать, газетного киоска у нас нет. А до уличного газетного киоска идти несколько блоков.

— Эстелла, помогите.

— Знаете… — Эстелла закусила губу. — Ничего, если газета будет не новая?

— Ничего, конечно. Лишь бы это была сегодняшняя «Нью-Йорк таймс».

— Хорошо, я попробую поискать. Врачи иногда приносят с собой газеты.

Эстелла вернулась минут через пятнадцать. Протянув ему «Нью-Йорк таймс», прижала руку к сердцу:

— Мистер Молчанов, только обязательно потом верните этот номер. Я взяла его у одного врача под честное слово. Он сказал, там какая-то потрясающе интересная статья про русскую мафию.

— Я как раз хочу прочесть эту самую статью.

— Вы долго будете читать?

— Минут двадцать, самое большее полчаса.

— Я обещала отдать газету до обеда.

— Не волнуйтесь, до обеда вы ее отдадите.

В номере «Нью-Йорк таймс», который он стал просматривать сразу после ухода Эстеллы, на первой полосе на фоне небольшого коллажа из бандитских лиц, всех видов ручного оружия и летящих веером акций крупно белели буквы: «Из России со смертью». Под буквами в скобках сообщалось, что подробности можно прочесть на десятой и одиннадцатой страницах, где помещена статья Пата Моретти о русской мафии.

То, что «Нью-Йорк таймс», избегающая приемов, характерных для таблоидов, сопроводила статью Моретти аншлагом, говорило о том, что статье придается особое значение.

Найдя нужный разворот и прочитав статью до конца, он вынужден был признать: массовый читатель «Нью-Йорк таймс», далекий от описываемых событий, наверняка прочтет ее с захватывающим интересом. Видно было, что в этот материал Моретти вложил душу. Правда, в статье было несколько мелких неточностей, к тому же Моретти не сообщил о многих интересных фактах, решив, видимо, приберечь их для книги, но в целом статью можно было считать его победой.

Довольно много места в статье было отведено ему, Молчанову. Рассказ о его похищении, написанный по горячим следам, был одним из наиболее занимательных мест материала «Из России со смертью», и статья от этого, конечно, выиграла, но он подумал, что благодаря Моретти он теперь может быть засвечен для тех, кто захочет связать некоторые разрозненные факты воедино. С другой стороны, сказал он сам себе, нельзя перейти реку вброд, не замочившись при этом.

Нажал кнопку вызова, дождался, пока придет Эстелла, и передал газету ей. Нагнувшись, медсестра шепнула ему на ухо:

— Мистер Молчанов, что же вы мне сразу не сказали?

— Что я вам сразу не сказал?

— Ну как что… Вы прямо хитрец… Что «Пол М.», о котором написано в статье, — это вы? — Выпрямившись, приложила палец к губам. — Все, мистер Молчанов, я буду как скала. Никому ни слова. Но вообще вы молодец. Честное слово.