Проклятая усадьба - Алексей Макеев

Поняв, что поиски тайного информатора сдвинулись с мертвой точки и Гуров что-то накопал, Орлов обрадовался и заулыбался, но через минуту лицо его снова стало мрачным.

– Погоди-ка. Это что же получается? Получается, что «крыса» сегодня будет у меня на совещании сидеть? Выходит, так?

– Необязательно, – зная, как неприятны подобные озарения, спешил успокоить Гуров. – Важно, что на совещании в любом случае будет присутствовать кто-то, кто занимался или занимается расследованием по Котову. Поскольку информацию о фотороботе вы объявите официально, никто не подумает, что здесь есть какая-то особая секретность и что нужно хранить тайну. В разговорах, слово за слово, новость распространится и, в конце концов, обязательно дойдет до ушей информатора. Свидетелем этим он наверняка заинтересуется, а поскольку реально составлять фоторобот в лабораторию никто не приедет, то…

– Он захочет узнать – почему? – закончил мысль Орлов.

– Именно.

– Ловко!

Лицо начальника снова просветлело, но и на сей раз не прошло и минуты, как он снова нахмурился.

– Погоди-ка. Ты ведь сказал, что тот снайпер – с убийства полицейского. При чем здесь Кот?

– То есть как – при чем? – в свою очередь, изумленно поднял брови Гуров. – Ведь это – один и тот же снайпер. Тот самый, что прикрывает Котова. Ведь это он застрелила Кравцова.

– Что?! – Глаза генерала чуть не выскочили из орбит.

– Да. А что, разве я не говорил вам?

– Гуров?! Ты что это позволяешь себе?! Да я тебе выговор объявлю! В личное дело! С занесением! Премии лишу! Всех надбавок! Совсем развинтились! Никакой дисциплины! Скрывать от начальства такую информацию!

– Да не скрывал я, – смущенно оправдывался полковник, припоминая, что, поглощенный этими двумя расследованиями, столь неожиданно пересекшимися, он, кажется, и впрямь позабыл сообщить некоторые детали генералу.

– Слушать ничего не хочу! – бушевал Орлов. – Взыскание! В личное дело! Со всеми вытекающими! Весь формуляр твой попорчу! Точно – один и тот же? – в завершение этой прочувствованной тирады совсем другим тоном произнес он.

– Совершенно точно, – ответил Гуров. – Этот стадион, где заварушка случилась, он совсем недалеко от «Овидия». Собственно, и свидетель этот, который снайпера видел, он тоже есть, – осторожно добавил полковник, опасаясь, как бы снова не быть обвиненным в сокрытии информации. – Дедок там один, рыбой сушеной торгует. Он видел, как снайпер уходил. Но – мельком, да и в темноте еще. В общем, реально я с его помощью достоверный фоторобот создать не надеюсь, но как зацепку использовать можно. Ведь информатор-то наверняка знает, что это за снайпер стрелял на стадионе в полицейского. Знает, откуда «ноги растут». И куда такой фоторобот, если он действительно окажется в нашем распоряжении, может вывести. Точнее – на кого.

– Все, теперь понял, – окончательно успокоившись, произнес Орлов. – А то путаешь меня тут, сидишь. То есть у него свидетель, то нет. Значит, выходит, мальчика того Андрюшин снайпер уложил?

– Выходит, что так.

– Дела. И чем же это он ему так не понравился?

– Пока точно не знаю. Но, похоже, Кравцов нечаянно узнал что-то, чего знать ему не следовало. За это и поплатился.

– Дела. Ладно, Лев, иди, – взглянув на часы, сказал Орлов. – Скоро у меня уже люди собираться начнут, не нужно им знать, что мы тут с тобой предварительно беседовали.

– Согласен.

Гуров покинул начальственный кабинет, чтобы через несколько минут вновь вернуться туда в сопровождении чему-то улыбавшегося и, как всегда, довольного жизнью Крячко.

– Что, сегодня не опоздал? – спрашивал Стас. – Молодец. А то вчера он уж больно переживал, что тебя нет. Совсем, говорит, личный состав страх потерял, никакой трудовой дисциплины.

Войдя в кабинет, Гуров увидел, что из всех, кто его интересовал, на планерке присутствует только Степанов.

Впрочем, это не слишком его огорчило. Увидеть здесь Федорова он и не надеялся, а Гриневичу все нужные сведения наверняка в самом скором времени сообщит Леонид. Если вспомнить их вчерашние неясные полунамеки, нетрудно догадаться, что в отношении Котова снова что-то затевается, а значит, Гриневич и Степанов сейчас общаются очень плотно и наверняка обмениваются информацией не только непосредственно по делу.

Единственный, кто не сможет быстро узнать о фотороботе по естественному ходу вещей, это Михаил. Но тут уж Гуров решил побеспокоиться сам. Благо, предлог вполне основательный. Ведь фотороботы обычно составляют в лаборатории, у них и оборудование, и база обширная. Одних носов, наверное, миллион вариантов.

Заехать к Михаилу, объяснить, в чем дело, и попросить в нужное время быть на месте – вот несложное действие, с помощью которого он сможет убить сразу нескольких зайцев. Продемонстрирует профессиональную добросовестность, проявит участие к коллегам, а главное – закинет «крючок», сообщив Федорову нужную информацию.

– И благодаря оперативной и грамотной работе полковника Гурова, – между тем соловьем разливался Орлов, – мы уже сегодня можем сказать, кто совершил это подлое убийство. Мало того, имеется свидетель, видевший снайпера так, как я сейчас вижу вас, уважаемые коллеги. Так что в самое ближайшее время в нашем распоряжении окажется фоторобот. Когда ты встречаешься с ним, Лев? Напомни, я что-то не уловил.

– Сегодня, часов в двенадцать, – с готовностью поддержал игру Гуров. – Заеду за ним – и прямиком в лабораторию.

– Превосходно! Вот, уважаемые, берите пример. Вот на кого нужно равняться в работе. Два дня – и дело фактически раскрыто. А ведь на первый взгляд совершенно безнадежным казалось. Вот как нужно работать. Прошу всех взять себе на заметку.

Еще некоторое время посвятив поощрению передовиков производства, Орлов перешел к текущим делам, и Гуров смог наконец расслабиться, перестав ощущать на себе любопытные и ироничные взгляды коллег.

Конечно, с похвалами генерал немного перестарался, но главное дело сделал, и Степанов, один из немногих присутствующих продолжавший сохранять на лице серьезное и спокойное выражение, несомненно, «взял себе на заметку» все, что нужно.

Гуров намеренно не сказал Орлову, чтобы тот в своей речи упоминал, что снайпер в деле полицейского – тот же самый, что и в деле Котова. Информатор догадается об этом и без специальных «наводок», а остальным такая дополнительная информация совершенно ни к чему. Узнали, на кого нужно равняться в работе, – и будет с них.

– Так вы у нас, Лев Иванович, нонеча в передовиках? – исподтишка язвил Крячко, следом за Гуровым выходя после планерки из кабинета.

– Бери пример, – коротко бросил полковник и пошел к выходу.

Времени оставалось не так много. Свой «липовый» приезд со свидетелем в лабораторию он назначил на двенадцать, а ведь нужно было, чтобы информатор еще передал интересные сведения по назначению, чтобы преступники успели все это переварить и усвоить, а также определиться с тем, что им в данном конкретном случае следует предпринять.