Ад - Александра Маринина

Денис говорил весело, улыбаясь, он надеялся перевести вшутку весь тот кошмар, который обрушился на него с приходом участкового. СейчасДаша рассмеется, все объяснит, и все окажется хорошо!

Но Даша не рассмеялась. И ничего не объяснила. Она молчаналила себе полчашки чаю, выпила залпом и ушла в комнату. Денис и Юлярастерянно посмотрели друг на друга.

– Ты что-нибудь поняла? – спросил Денис.

– Ничего. А ты?

– И я ничего, – признался юноша. – Что будемделать?

– Ты же хотел подождать, понаблюдать, – напомнилаему Юля. – Давай установим сами себе срок: неделя. Неделю ждем инаблюдаем, а потом, если ничего не прояснится, задаем вопрос в лоб.Договорились?

– Идет, – просиял Денис.

Не ждать неделю им не пришлось. Прошло всего четыре дня, иДаша появилась дома в сопровождении двоих мужчин в строгих костюмах и сулыбчивыми, какими-то скользкими лицами. Денис в это время, как обычно, сиделза компьютером, а Юля, разложив учебники на диване, делала упражнения понемецкому: в институте иностранный язык давался ей с трудом, и она дала себеслово за время летних каникул все наверстать и достичь того уровня, при которомзаниматься будет легко. В этом деле Денис не был ей помощником, он училанглийский, и для работы на компьютере никакой другой язык ему не был нужен.

Они оба не сразу поняла, что Даша пришла не одна, испохватились только тогда, когда услышали совсем рядом с дверью, ведущей вкомнату, незнакомый мужской голос.

– Да, это вполне реально, – говорил низкийприятный баритон. – Чуть-чуть перенести стену, она не несущая, так чтопроблем не будет. И тогда открывается прямой выход в прихожую. Как скоро высможете освободить квартиру, чтобы мы могли начать ремонт?

Юля фурией выскочила из комнаты, за ней, чуть отставая,двигался в своем кресле Денис.

– Что здесь происходит? – строго спросила она.

– Здравствуйте, – лучезарно улыбнулся обладателькрасивого баритона.

Второй мужчина деловито осматривал дверные косяки иограничился молчаливым кивком.

– Я спрашиваю, что здесь происходит? – повториладевушка, слегка повысив голос.

– Вы кто, деточка? – ласково спросилбаритон. – Вы член семьи? Вы здесь прописаны?

– Нет, но…

– Прелестно. Тогда нам не о чем с вами разговаривать.

Даша стояла, не проронив ни слова, будто ее это вообще некасалось.

– Я здесь прописан, – подал голос Денис. – Имне вы должны объяснить.

– Вам – пожалуйста. В этой квартире будет произведенремонт. Мы сейчас составляем смету.

– Какой ремонт? Зачем?

– Затем, чтобы вы могли беспрепятственно пользоватьсясвоей комнатой.

– Я и так ею пользуюсь, – сказал Денис. – Чтовы выдумали?

– Вы пользуетесь так, что мешаете людям, проживающим вэтой, – баритон обвел руками пространство вокруг себя, – комнате. Амы сделаем так, что вы никому мешать не будете.

– Но я и так никому не мешаю. Даша, я что, мешаю тебе?Ну скажи, что ты молчишь?

– Мне ты не мешаешь, – проговорила сестра сквозьзубы.

– Тогда в чем же дело?

– Дело, молодой человек, в людях, которые будут здесьжить, – наконец вступил в разговор второй мужчина.

– В каких людях? – растерялся Денис. – Яничего не понимаю.

– Сейчас вы все поймете. Наша сестра Дарья со дня надень станет полноправной и единственной обладательницей этой комнаты, черезкоторую вы все время проходите или, простите, проезжаете.

– Ваша сестра? – изумился Денис. – Но она моясестра, а не ваша.

– Это только по документам, которые не имеют цены внашем мире. В нашем мире Дарья – наша сестра, мы все ее любим, и она наслюбит, – продолжал гость медоточивым голосом. – Так вот, наша сестраДарья не будет больше здесь жить, она уезжает в общину, а здесь будет проживатьодин из наших братьев со своей семьей. Согласитесь, это же совершенноневозможно, чтобы вы постоянно нарушали покой своих новых соседей и проходиличерез их жилище.

Денис подавленно молчал. Все, о чем предупреждал ихучастковый Игнатов, оказалось правдой.

– Но это невозможно! – Юля выступила из-за егоспины и подошла вплотную к Даше. – Денис – инвалид, ты не имеешь правараспоряжаться его жилплощадью без его согласия. А он никакого согласия ни начто не давал и никаких документов не подписывал. Это все незаконно.

– Я на его площадь не претендую, – едва шевелягубами, ответила Даша. – Он остается в своей комнате. Я распоряжаюсь своейполовиной. Как хочу, так и распоряжаюсь. Здесь будет жить наш брат. Суд со дняна день вынесет решение о выделе моей доли, и я смогу ею распоряжаться, какзахочу. И документы у меня все в порядке.

– Но должно же быть какое-то письмо, – возразилДенис. – А письма я не получал и нигде не расписывался.

– Письмо давно пришло, я за тебя расписалась вполучении, я же твой опекун. Так что срок для изъявления желания выкупить моюдолю ты уже пропустил. Да ты бы все равно ее не выкупил, откуда у тебя деньги?

– Я бы у отца попросил.

– Ну конечно, так он и кинулся давать тебе такие суммы.А если ты такой грамотный, что знаешь про письмо, то, наверное, знаешь и проэкспертизу.

– Про какую экспертизу? – испугалась Юля.

– Экспертизу жилья. Так вот имей в виду, что братьяэтот вопрос уже решили. Хочешь со мной судиться – скатертью дорожка, наадвокатах папашу разоришь, у братьев тоже адвокаты самые лучшие. А если будешьартачиться, сдам тебя в дом инвалидов. Или вон женись на своей Юльке, и пустьона тебя отсюда забирает. Урод. Калека. Всю жизнь мне испортил.

– И вообще, молодой человек, вы бы вели себяпоаккуратней, – вступил баритон, – вашу проблему можно решить кудапроще и быстрее, но зато менее гуманно. А так – будете жить с соседями. Ивообще – будете жить.

Юля резко повернулась, развернула кресло с Денисом, и ониоба скрылись в маленькой комнате.

– Юлька, что происходит? – прошептал Денисудрученно. – Неужели она и правда может сдать меня в дом инвалидов?

– Не может, не волнуйся, – успокоила егодевушка. – Я этого не допущу.

– Ты точно знаешь? А вдруг есть такой закон, а мы стобой не знаем?

– Я все равно этого не допущу. Даже не думай об этом.

– Знаешь, – задумчиво проговорил он, – я,конечно, никогда не питал иллюзий насчет того, как Дашка ко мне относится, но ядаже не подозревал, что она меня до такой степени ненавидит. Как будто я ей неродной брат, а какой-то… подкидыш, что ли.

– Не думай об этом, – Юля обняла его и крепкопоцеловала. – Пусть относится к тебе, как хочет. У тебя есть адрес дядиРодислава?