Рассказы - Роберт Альберт Блох

Рано или поздно, еще через тысячу лет — или миллион, какое это имеет значение? — прибудет другой корабль.

Перевод: Роман Дремичев

Крутись-вертись, женопродавец

Robert Bloch. "Wheel and Dea", 1962

Харриган пришел на работу где-то в девять. Стояло утро понедельника, и видок у него был вялый, но, как обычно, он весь расцвел, едва окинув взглядом свое королевство.

Просторный зал был безупречен. Уличный стенд с бывшими в употреблении моделями — впечатляющ. Но пуще всего прочего Харригану грели сердце вывески, провозглашавшие его власть над всем здесь сущим:

СЧАСТЛИВЧИК ХАРРИГАН

Жепопродавец! Король механоэротизма!

ЖЕНСКИЕ ОСОБИ — НОВЫЕ

И БЫВШИЕ В УПОТРЕБЛЕНИИ

ШИРОЧАЙШИЙ ВЫБОР!

Харриган расправил плечи и гордо промаршировал в свой личный кабинет. Там его дожидался какой-то юный отморозок, и Харриган наградил его типичной своей улыбкой «от продавца — к покупателю», не сразу вспомнив, кто перед ним. Ну конечно, Фил Томпсон, так его звали — Харриган нанял его в прошлую субботу новым продавцом-консультантом.

— Ну как, к бою готов? — спросил он. Отморозок кивнул. — Вот и хорошо. Перво-наперво я тебе тут все покажу.

Отморозок поднялся:

— Ух, это будет круто, мистер Харриган!

— Зови меня Счастливчик — все так делают, — сказал ему Харриган, забрасывая в рот таблетку от язвы. — Главное — помнить, что мы тут все — друзья, Фил. Наше дело — товарищеское. И об этом мы сразу сообщаем нашим покупателям. Мы не просто торгуем бабами — мы торгуем сервисом.

Фил кивнул, следуя за ним в зал.

— Кстати, — Харриган стрельнул в него глазами поверх плеча, — на том субботнем собеседовании ты сказал, что у тебя опыт с нежным полом небогатый.

— Ну, если с механической стороны посмотреть — то да, — пояснил Фил. — Но, как я вам сказал, меня женщины с детства с ума сводили. Я из-за них все время при отце вился…

Харриган рассеянно кивнул:

— Теперь-то будь покоен, повозишься всласть. Знаешь же — нас штат в шесть квалифицированных медиков всегда при делах? Мы обслуживаем все наши модели сами. — Он провел юнца в шумное служебное помещение, где хмурые медики и сноровистые подмастерья возились с внушительной партией механоэротики. Иные модели лежали в частично собранном виде, иные — проходили обширный капитальный ремонт.

Харриган указал на столпившихся у стола техников и повысил голос, стараясь перекричать сопровождавший работу лязг и стрекот:

— Трудятся над старой моделью шестьдесят девятого года! Капитальная гистерэктомия!

— А у вас тут все серьезно, да, я смотрю? — прокомментировал Фил.

— Иначе-то как? Сам знаешь нашу политику. У каждой приобретаемой у нас модели — гарантия шесть месяцев!

Харриган вернулся в торговый зал. Фил потянулся за ним хвостиком.

Брюс, старший продавец, был уже при покупателе — солидном старом чудаке, коренастом, плотном, с выпяченной челюстью. Они стояли у модели семьдесят пятого года — сногсшибательной фигуристой брюнетки.

— Давайте я ее вам покажу, — говорил Брюс. — Сами увидите — она тот еще чертенок. Куча передач — нажимаете кнопку и выбираете нужную скорость! Все примочки — включая голосовые функции и встроенный нагреватель! А этот задок — вы только гляньте, одним им она произвела фурор на нынешнем рынке!

— Даже не знаю, — пробормотал старикашка. — А есть такая же, только блондинка?

— Вся палитра в наличии — какую пожелаете, такую и подберем. Платиновые, рыжие, мелированные, комбинированные цвета…

— Может, стоило взять с собой жену, чтоб помогла с выбором, — вздохнул клиент. — Ей-то вообще хотелось универсал.

— Универсал, значит? — Продавец подмигнул и потер ладоши. — Мы сможем укомплектовать эту крошку всеми необходимыми надстройками в кратчайшие сроки.

Харриган оттащил Фила в сторону и понизил голос до шепота.

— Просто хочу, чтоб ты сразу понял, как мы работаем, — объяснил он. — Но тебе с новыми моделями пока иметь дело рано. Чтобы иметь дело с клиентами, падкими на новье, нужно пройти особый путь.

Они с Филом об руку прошли к черному ходу. Харриган открыл дверь.

— Видел, как Брюс обрабатывал того парня? — спросил он. — Заставлял его почувствовать старую-добрую гордость владельца. Ни разу не упомянул при том цену. Таким клиентам она и не важна. Они покупают их саморекламы ради. Одного взгляда на того мужика достаточно, чтобы понять, что он не будет пользовать свою модельку чаще чем раз в неделю. Он ведь тип из тех, что просто сидят в спальне, закинув руку ей на плечо.

Из-за двери хлынул яркий свет дня. Харриган моргнул и загрузил в себя еще одну язвенную таблетку.

— Как я и сказал, тебе работать не с Брюсом, но тебе уже сейчас нужно кое-что узнать о типе людей, с которым мы якшаемся. В торговле это первейшей важности умение — определить своего покупателя ровно в ту минуту, когда он заходит в магазин. Взять хотя бы того типчика. Он — покупатель напоказ. Все, в чем он заинтересован — иметь новейшую, красивейшую, самую дорогостоящую женщину в городе. И он, черт возьми, не заботится о том, во сколько это ему обойдется. Он просто идет и берет, а потом еще наживается на перепродаже своих старых моделек — зуб даю. Ты же понимаешь, что, по сути, все эти новые примочки — кутерьма вокруг пустого места, да? Ничего не добавляют ни к производительности модели, ни к получаемому от нее удовольствию. Больше передок, меньше передок — это все можно исправить и на старых выпусках. Но такие клиенты, как тот, желают новье. В этом весь смысл.

— Они все такие, как думаете? — спросил Фил.

— Ну, большинство. Порой с улицы заходят просто зеваки — попялиться. Поэтому мы больше не выставляем раздетые модели. Есть смотровая, но чтоб туда попасть, нужно сперва поговорить с продавцом, а уж тот-то поймет, кто ты да зачем пришел. Желающих пялиться мы отсылаем в паб — ниже по улице.

— А как быть со спортивными моделями?

— Даже не думай. Мы продаем только то, что рассчитано строго на одного владельца. Форсированные модели — это не к нам. — Харриган пожевал губу. — Но и у них есть своя ниша. Покупатель спортивной модели — странная птица. Он тоже красуется, но по-своему. Если речь идет о скоростях и встрясках — его не заткнуть, шуму — до небес. А на деле-то он обычно получает от покупки куда как меньше удовольствия, если сравнивать со старыми толстосумами. Но поднять шум — это он умеет.

Харриган ткнул юнца в грудь.

— Есть еще кое-какие типы, которых