Нежная улыбка смерти - Алексей Макеев

– Да хватит вам трепаться, – проворчала бесцветная, похожая на селедочку шатенка с собранными в пучок волосами. – Люди к вам пришли, а вы несете что попало. Вот уйдут – тогда и болтайте, пока не лопнете. А мужиков вам все равно на всех не хватит. Даже с этими – их только четыре…

– А ты не будешь, Соня, – оскалилась блондинка. – Нет, прости, дорогая, совсем не потому, что на тебя не смотрят мужчины – просто принципы у тебя правильные.

Шатенка мрачно покосилась на блондинку. Последняя, по всей видимости, расположением в женской среде не пользовалась – что и неудивительно, с таким-то умением хамить.

– Здоровая кобылка, а математику за первый класс не осилила, – всплеснула руками Карина. – Шесть отнять один – получится пять, а не четыре, как ты подумала.

– Ладно, хватит резвиться, – со средней кровати в левом ряду поднялась серьезная девушка – с продолговатым лицом, приятными чертами, подошла к сыщикам, покачивая зажатыми в лосины бедрами, и протянула узкую ладошку. – Алина, Скобцева. Капитан этого ведьминого логова. Не злитесь на девушек – им лишь бы позубоскалить.

Максимов осторожно пожал протянутую руку. У опытного мастера ударные зоны руки-«ножа» включаются автоматически. Их не менее пяти – грани ладони и кончики пальцев.

– Максимов, – произнес он вкрадчиво.

– Вы тоже из полиции? – спросила Зухра.

«А почему бы и нет? – подумал Максимов. – Под прикрытием формы Демакова разве я не похож на полицейского?»

– Да, девушки, мы по делу в ваших краях…

Алина протянула ладошку Демакову, и пока лейтенант, выдавливая из себя улыбку, отвечал на рукопожатие, память фиксировала расположение кроватей и обитателей барака. В левом ряду от прохода – курносая Катя, капитан Алина – посередине, за Алиной – брюнетка Карина. В правом ряду – улыбчивая Зухра (напротив Кати), некрасивая Соня (напротив Алины) и последней в ряду – мордастенькая блондинка Светлана, имеющая отличную возможность постоянно лицезреть перед собой любимую партнершу по травле (Карину).

– Надеюсь, не по нашу душу? – сверкнула серыми глазами капитанша.

– Очень на то надеюсь, – горячо поддержал девушку Максимов. – Но некоторые события в ареале вашего обитания вынуждают задать вам несколько вопросов.

– Случилось зловещее преступление… – свистящим шепотом проговорила Карина и сделала страшное лицо.

– Перестань, Карина, – раздраженно бросила капитанша.

– Да, девчонки, действительно, – очнулась меланхоличная Катя. – Давайте послушаем людей.

Включился Демаков, вспомнивший о своих прямых обязанностях:

– Не будем ходить вокруг да около, девушки. Прошлой ночью напротив вашего лагеря произошло неприятное событие. Человек на машине возвращался из Кемерово. Ехал быстро, не зная, что в ваших краях водятся лунатички, имеющие обыкновение бросаться под колеса… Он успел затормозить. Пока выезжал из водостока, разворачивался – незнакомка испарилась. Гражданин покинул машину, отдышался, в этот момент на него и напали. Предположительно женщина – хотя удар был очень сильный. Гражданин не слабой комплекции, но ему хватило одной оплеухи, чтобы свалиться в обморок. Лица нападающей он не видел. Машину ограбили, гражданин насилу оклемался. И самое интересное, милые дамы, в окрестностях вашего лагеря едва ли сыщутся посторонние девушки, разгуливающие по ночам в неглиже. Гражданин уверял, что особа направлялась от бора к пляжу…

Демаков сделал паузу, бдительно кося взглядом по сторонам – словно ожидал немедленной атаки.

– Серьезная заявка, – ухмыльнулась сообразительная Карина.

Остальные выжидающе помалкивали. Но обстановка беспечной непринужденности потихоньку испарялась. В глазах капитанши погасли веселые искорки. Девушка нахмурилась, ушла с прохода и села на кровать. Улыбчивая Зухра отложила книгу. Катя перестала шевелиться. Дурнушка Соня покачала головой, как бы говоря: свершилось, блин. Блондинка приоткрыла ротик. Карина собралась уж выразиться по данному поводу (ворона залетит, денег не будет…), но предпочла промолчать, устремила на Демакова удивленные глаза.

И вдруг замелькали неодетые ножки. Девушки повыскакивали из кроватей и начали дружно роптать. Испуг, неверие, возмущение – все в одном флаконе. Каждая говорила за себя, энергично жестикулируя – даже те, кто ранее выглядели сдержанными. А потом внезапно все смолкли, и настала тишина.

– Собачий бред, – по-лошадиному отфыркиваясь, заявила блондинка. – Мы, конечно, не подарок к 23 февраля, особенно Карина, но зачем по морде-то сразу?

– Да при чем здесь морда? – рявкнула Карина. – Не имеем мы привычки ходить по ночам к реке! Мы днем туда ходим!

– Мы спим как убитые, – твердо заявила Алина.

– Даже просто невероятно, как мы крепко спим, – негромко подтвердила Катя. – После всех этих годичных тренировок, изматывающих соревнований впервые оказались на свободе, на свежем воздухе… Не знаю, как вы, девочки, а я четвертую ночь дрыхну без задних ног – ни разу не просыпалась…

– Подождите, – попыталась вставить реплику Соня. – Нас еще ни в чем не обвиняют…

– А мне казалось, уже, – фыркнула Карина.

– Но становится неприятно, – вздохнула красивоглазая Зухра. – У нас ведь нет серьезных оснований не верить господам полицейским, к тому же таким симпатичным…

– Подождите, девчата, как это нет? – забормотала капитан Алина. – Господа полицейские нам пока не объяснили, что, собственно, стряслось? Почему гражданин не видел, кто его ударил?

– Ночка темная была, – подсказала Карина.

– Почему он принял женщину за… лунатичку, а потом она его ударила? С каких это пор лунатички бросаются на людей?

А она совсем не глупая, определил Максимов. И волнуется за своих девчонок, как за родных. Впрочем, первое впечатление, может, и обманчивое, говорило о том, что пустышек среди девчат нет. Интеллигентный спорт. Даже блондинка не казалась умственно отсталой – вопреки хрестоматийным канонам. Вызывающая – да. Хамить – первая. Но отнюдь не глупая.

– А с чего вы взяли, что гражданина ударила лунатичка? – подтвердила свой недюжинный ум блондинка. – Он вообще не видел, кто его ударил. Это мог быть мужчина – и совсем необязательно из нашего лагеря.

– Или другая женщина, – проворчала Соня, вызвав немедленную бурю эмоций. Демаков тактично самоустранился от беседы, и Максимову пришлось наводить порядок собственными стараниями.

– Успокойтесь, дорогие дамы, – заявил он строгим голосом. – Вас пока ни в чем не обвиняют. Благодарю за встречу, очень приятно было познакомиться. Полагаю, мы еще увидимся.

Он вышел на свежий воздух и сразу почувствовал, как приятно находиться вне барака. Дышалось без помех, боль под лобной костью рассасывалась.

– Разворошили осиное гнездо, – совершенно в точку заметил Демаков, сдвигая фуражку на затылок. – Теперь начнется – подозрения, наветы, споры, разговоры… А у тебя-то, Константин, имеется мнение, кого на хулиганство потянуло?