Печать тернового венца - Антон Леонтьев

– Не следует делать скоропалительные выводы! Не исключено, что перед нами жертва убийства. Совершивший преступление мог намеренно зарыть тело здесь.

И все же она была готова согласиться со словами Тобиаса: мертвец был облачен в странную, напоминавшую средневековую, одежду, которая, как и тело, приняла оливково-черный цвет.

– Произошла естественная консервация, – продолжал в упоении, будто не слыша возражений, несостоявшийся Элькин жених. – Содержание кислорода на дне болота было минимальным, зато имелся высокий процент дубильной кислоты, что предотвратило процесс разложения и законсервировало труп. Тело попросту минерализовалось, а мягкие части приняли такой странный оттенок под воздействием танина. Раньше, когда на болотах трудились наемные рабочие с лопатами, торфяные мумии находили гораздо чаще. Но в последние десятилетия добычу торфа механизировали, и...

Элька вспомнила, что как-то видела по телевизору репортаж о торфяных мумиях. Некоторые из них выставлялись в естественно-научных и краеведческих музеях, а одна из-за огненных волос, принявших подобную окраску под воздействием минеральных веществ, получила прозвище Рыжий Франц.

– А мне дадут медаль за то, что я обнаружил мумию? – полюбопытствовал Даниэль.

Элька выудила из кармана мобильный телефон и набрала номер своего отдела. Обрисовав в нескольких фразах ситуацию, она попросила довести информацию до сведения местной полиции.

Полтора часа спустя, завершив давать показания, комиссарша Шрепп вернулась в родительский особняк. Церемония поминок по тетушке Иоганне была окончательно сорвана. Все только и говорили, что об обнаруженной в торфяниках мумии. Матушка сладким голоском предложила Эльке остаться на ночь. Пришлось ей согласиться. Фрау Шрепп, воспрянув духом, заявила:

– Вот и отлично! У нас к ужину будет гость!

Элька надеялась, что гостем окажется Габи, но ее ждало разочарование: к Шреппам должен был присоединиться настырный брат Габи Тобиас. Матушка с радостной улыбкой сообщила:

– Тоби без ума от тебя! Ты ему очень нравишься! Его поразило то, с каким мужеством ты осматривала труп!

– Не нужен мне ваш драгоценный Тоби! Не желаю видеть его за ужином! – страшно недовольная суетой матери, резко ответила комиссарша; ее боялись преступники, уважали коллеги, ненавидело начальство, для них она была суровой и проницательной комиссаршей криминальной полиции, а для родителей оставалась несмышленой маленькой девчушкой, которую требовалось наставить на путь истинный.

– Ах, он – завидная партия! – продолжала фрау Шрепп. – И такой воспитанный молодой человек! Элька, не обижай его. Что он о нас подумает, если ты проигнорируешь его попытки ухаживать за тобой?

– А его сестра... Она тоже будет с нами ужинать? – спросила как можно более безразлично Элька.

Фрау Шрепп поморщилась:

– Эта Габи – такая странная личность. Нет, нет, она отправилась восвояси, так что тебе и Тоби никто не помешает!

К великому облегчению Эльки, званый ужин не состоялся – нашлись дела более интересные для нее. Заявив, что должна помочь местной полиции, комиссарша ускользнула на торфяные разработки. Несколько мужчин и женщин в форме топтались около тела, явно не зная, что им делать. Один из полицейских с надеждой посмотрел на Эльку.

– Госпожа комиссар, нам требуется ваша помощь. Не исключено, что этот несчастный стал жертвой преступления, правда, произошло оно много столетий назад, однако в наши обязанности входит расследование любого случая насильственной смерти. Но, с другой стороны, речь идет об уникальной археологической находке, и присутствие экспертов нам здорово бы подсобило...

Эльке пришлось снова звонить в Гамбург. Она связалась с профессором Ульрихом Кеплерсом, отвечавшим в отделе по расследованию убийств за судебно-медицинскую экспертизу и токсикологические исследования. Профессор, выслушав рассказ Эльки, радостно воскликнул:

– Элька, девочка моя, ты не представляешь, как давно я мечтал о подобном! Торфяная мумия – что может быть лучше! В особенности, если человечек стал жертвой убийства в эпоху неолита! У меня имеется хороший знакомый в Гамбургском университете, его специализация – подобные находки. Я немедленно свяжусь с ним, надеюсь, что он не в отпуске где-нибудь за границей. Да я и сам хочу принять участие в извлечении мумии! Ничего без нас не делайте!

Ульрих Кеплерс перезвонил Эльке через десять минут и сообщил, что профессор Вернер Клостермайер выказал небывалый интерес и намерен тотчас отправиться в Шлезвиг-Гольштейн, дабы осмотреть мумию.

– Я, само собой, буду сопровождать Вернера, – добавил Ульрих Кеплерс. – Боже мой, только подумать, торфяная мумия! Мы с Вернером напишем статью по этому поводу!

Автомобиль с двумя профессорами появился во дворе дома родителей Эльки под вечер. Гости и родственники, к небывалой радости комиссарши, разошлись, и больше никто не досаждал ей отчаянными детскими криками, глупыми шутками и нелепыми замечаниями. Элька еще в юности приняла решение, что останется бездетной. Материнский инстинкт, если он у нее вообще имелся, так и не пробудился, она отдавала всю энергию работе и карьере и ничуть не сожалела, что не обзавелась потомством. Хотя иногда (в последние годы – все чаще и чаще) она думала о том, что, найди она верную подругу, с которой была бы готова провести остаток жизни, тема «ребенок» могла бы оказаться актуальной. Но какая из нее мать! И все же на секунду ей представилось: вот она вместе с Габи идет по берегу Альстера в Гамбурге и толкает детскую коляску, в которой посапывает очаровательный малыш...

– Элька! – бросился к комиссарше бородатый коротышка Ульрих Кеплерс, одетый, как всегда, в костюм-тройку и рубашку с галстуком-бабочкой под воротником. Элька работала бок о бок с Ульрихом почти двадцать лет и привыкла уважать и ценить его – именно благодаря его советам и выводам она раскрыла не один десяток запутанных преступлений.

Ульрих обнял и облобызал Эльку, а затем представил ей высокого худого господина с хищным лицом и крючковатым носом:

– Профессор Вернер Клостермайер, один из ведущих специалистов в Европе по торфяным мумиям. Ну-с, и где же наш драгоценный покойничек?

Вечерело, сделалось прохладно. Элька проводила экспертов к месту обнаружения тела. Профессор Клостермайер, распластавшись около мумии, принялся рассматривать находку, постоянно восклицая:

– Что за чудный экземпляр! Просто изумительно!

Некоторое время спустя он обратился к Эльке:

– Госпожа комиссар, распорядитесь установить здесь круглосуточную охрану!

– Зачем? – удивилась Элька. – Если убийство и произошло, то оно имеет исключительно исторический интерес, ибо случилось очень давно, и преступник, конечно же, сотни лет назад скончался, а кости его рассыпались в прах.

– Знаете, сколько подобная мумия может стоить на черном рынке, где сбываются предметы искусства и артефакты? – грозно спросил профессор Клостермайер. – Не удивлюсь, если найдутся желающие отдать за подобный великолепный образчик полмиллиона евро!