Опасные игры - Джеймс Хедли Чейз

– Со мной у тебя не будет неприятностей, – слабым голосом, но уверенно сказал Гарни.

Они продолжили путь. Часы показывали десять тридцать, когда машина остановилась возле домика Фрэнки. Дом казался довольно неприглядным с фасада, что было не удивительно, так как Фрэнки был лишь начинающий боксер. Пройдя по короткой дорожке, они остановились перед затянутой проволочной сеткой дверью. Гарни дернул за ручку звонка и услышал звяканье в глубине дома. За темной шторой горел свет. В доме явно не спали.

Сквозь сетку была видна фигура приближающейся молодой женщины. Диллон кивнул Гарни и отступил в тень. Дверь распахнулась, и женщина остановилась на пороге, с недоумением глядя на пришельцев.

Ее черные волосы были уложены венцом, несколько прядей выбивалось из прически. У нее была хорошая фигура, с высокой грудью и широкими бедрами. Когда она заговорила, они отметили, что голос у нее мягкий, с певучим южным акцентом.

– Что вам угодно? – сказала она.

– Фрэнки дома? – спросил Гарни.

– Да, – кивнула женщина. – А кто вы?

Гарни шагнул вперед, оттолкнув женщину. Диллон следовал за ним. Женщина отступила, глядя на них с испугом.

– Как вы можете? – сдавленно сказала она. – Нельзя же так врываться.

Гарни вошел в гостиную. Фрэнки сидел на стуле, неуклюже поддерживая ребенка, и пытался накормить его молоком из бутылочки. Это был здоровенный верзила с гладким лицом, еще не изуродованным шрамами в бесчисленных поединках.

Женщина проскользнула мимо Гарни и подхватила ребенка на руки. Фрэнки поднялся со стула. Он был явно встревожен. Это легко читалось в его глазах, но растерянным он не был. Если дело шло к заварушке, то уверенность в своих мышцах у него была непоколебимой.

– Нельзя так врываться в дом к незнакомым людям, – сказал он. – В спортзале я видел парней и покруче.

Гарни неловко улыбнулся. Стоя перед Фрэнки, он чувствовал себя неуютно.

– Мы уже вошли, братишка, – сказал он. – И выставь отсюда дамочку, у нас есть к тебе разговор.

– Бет, забери ребенка, – обратился Фрэнки к жене.

Она без слов вышла. Ее не было буквально несколько секунд, затем она возвратилась одна и встала за спиной Фрэнки. Ее глаза были расширены от страха. Фрэнки терпеливо сказал ей:

– Не вмешивайся в это дело, милая.

Она промолчала, но не двинулась с места. Тонкие губы Диллона сложились в насмешливую улыбку. Фрэнки понемногу успокаивался.

– И напугали же вы меня, – сказал он, и на его толстых губах появилась глуповатая улыбка. – Ворвались, как сумасшедшие. Я мог задать вам трепку, ребята.

– Не заносись, – оборвал его Гарни. – Тебе грозит беда.

Глаза Фрэнки широко раскрылись. Он рефлекторно напряг мышцы, и они буграми вздулись под пиджаком.

– Только не от вас, – сказал он. – Что вам надо?

Гарни придвинул стул и сел. Он предусмотрительно оставил между собой и Фрэнки стол. Диллон прислонился к косяку двери. Бет переводила взгляд с одного пришельца на другого.

– Мы пришли кое-что сообщить тебе, – бесстрастно сказал Гарни. – В поединке победит Сэнки.

– Да? – задохнувшись, произнес Фрэнки. – Победит обязательно, если я не уложу его в первом раунде.

– Ты не понял, – терпеливо повторил Гарни. – Придется тебе поддаться.

– Черта с два, я понял, – рявкнул Фрэнки. – Кто на этом настаивает?

– Я, – спокойно отозвался Диллон.

Фрэнки повернул голову, внимательно глядя на Диллона.

– Кто ты такой? – спросил он. – Ты спятил! Лучше убирайтесь отсюда оба, пока я не намял вам бока.

Наступила пауза, которую прервал Диллон:

– У тебя будет масса неприятностей, если ты не ляжешь.

Фрэнки даже побледнел от гнева.

– Ну, крысы, сейчас вы получите свое!.. – Фрэнки отшвырнул стул в сторону. Гарни побледнел и неловко вскочил на ноги. Бет издала предостерегающий крик, увидев в руке Диллона револьвер. Фрэнки тоже заметил оружие. Это остановило боксера, словно он с разгона уткнулся в кирпичную стену.

– Эй! – недоуменно воскликнул он.

– Все! – свирепо рявкнул Диллон. – Не дергайся, не то получишь второй пупок.

Бет схватила Фрэнки за руку.

– Не позволяй ему застрелить себя, Фрэнки… Не позволяй ему это сделать!

Диллон пригнулся у двери. Лицо его потемнело, зубы оскалились в злобной гримасе.

– Убью, простофиля! – прошипел он. – Только шевельнись – и тебе крышка!

Револьвер напугал Фрэнки. Он еще никогда не сталкивался с убийцей, и был растерян.

– Вы что, ошалели? – сказал он, стараясь говорить ровно. – Вы не можете сделать это.

– Еще как сможем! – отрезал Диллон. – Слушай! Будешь делать то, что велено. И помалкивать! Ты поддашься Сэнки и должен лечь примерно в пятом раунде. Устраивай это как хочешь, но он должен победить. У нас на этого паренька поставлено слишком много денег, так что промаха быть не должно.

Бет заплакала. Ее всхлипывания действовали Гарни на нервы.

Диллон продолжал:

– На ринге устроишь хороший спектакль, но особенно не расходись. Так, маши руками для виду, ясно? Потом раскройся и позволь Сэнки ударить себя. Только один раз, и пусть это выглядит как случайный удар. Упадешь и не встанешь. Но смотри, попробуешь обмануть, пеняй на себя!

На мгновение Гарни показалось, что Фрэнки вот-вот бросится на Диллона, и он сделал шаг назад. Но Фрэнки понял – игра проиграна. Пока он доберется до убийцы, тот успеет выстрелить два или три раза. И потому он остался стоять, набычившись и сверкая глазами, и его ручищи бессильно свисали по бокам, а пальцы сжимались и разжимались. Наконец он сказал:

– Ладно, Сэнки победит. – Голос его походил на сдавленное карканье. Бет опустилась на колени, держа Фрэнки за руку. Они стояли так некоторое время, потом Диллон кивнул Гарни и они, пятясь, вышли из дома. Ночь поглотила их.

Гарни сидел в машине и курил. Он высадил Диллона возле магазина Эйба, а сам выехал за город. Ночь была безветренной и душной. Большие черные тучи, похожие на глыбы угля, лениво плыли по небу. Луна висела низко над горизонтом, едва не задевая за верхушки деревьев.

Пытаясь совладать с расшалившимися нервами, Гарни делал одну затяжку за другой. Красный кончик сигареты светился в ночи, а мысли роились в голове.

Револьвер – вот что возбуждало его. Он вспомнил, как этот револьвер остановил Фрэнки, превратив его из мужчины в слюнявого младенца. С револьвером в руке любой может повелевать. Револьвер и строптивца заставит подчиняться. Гарни заерзал на сиденье. Диллон жесткий парень, но без револьвера Фрэнки раздавил бы его, как жука. Это ясно показывало, какая сила заключена в оружии.