В постели с Кинг-Конгом - Дарья Донцова

Лидия подняла бровь.

– Ну что вы! Столько колледж не стоит. Наверное, в Великобритании существуют школы, где обучение стоит непомерных денег, а мы пристроили дочь в хорошее, но не очень дорогое заведение. Мы с Алексеем справимся, если понадобится, продадим квартиру, переедем в однушку, но пусть хоть Лена вырвется из этой страны. Я не верю, что у нас наступит светлое завтра.

Воронин скрестил руки на груди.

– Надежда Ивановна скончалась за секунды. Ее машина остановилась у тротуара, слава богу, что несчастье произошло на крохотной улочке, а не на МКАДе или какой другой шумной магистрали, иначе могли бы случиться аварии.

Лицо Лидии порозовело.

– Я рада, что кончина моей мачехи не причинила никому неудобств!

Роман растерялся, и я решила прийти приятелю на помощь. Рома хороший сыщик, но на дипломатическом поприще ему карьеры не сделать.

– К сожалению, я стала свидетельницей гибели Надежды Ивановны, увидела через окно туалета, что дама лежит на руле, выбежала на улицу и спугнула мальчишку-мародера, который уже вытащил из иномарки ее сумку. Мне удалось предотвратить кражу.

Лидия вздрогнула.

– Моя Таня еще ничего, она никогда чужого не возьмет.

– Все познается в сравнении, – пробормотала я.

– Спасибо вам, – опомнилась Лида, – укради мерзавец сумочку, возникли бы большие проблемы, без документов человека не похоронить, и в ней, наверное, ключи от квартиры лежали.

– Нет, – влез в диалог Рома, – паспорт и права хранились в бардачке, подросток хотел утащить спортивный баул.

– А-а-а, – протянула Лидия, – такой синий? Надя в нем портновский инструмент держала, ноутбук с моделями-заказами.

– Снова нет, это была серая сумка из искусственной замши, – повысил голос Воронин, – мы обнаружили внутри лишь пачки евро, их сейчас пересчитывают, но по грубой прикидке там примерно два лимона.

– А компьютер? – забеспокоилась Лида. – Надя его недавно купила, сделала сама себе подарок на Новый год, хорошая вещь, не дешевая. Еще набор ножниц! Это куда подевалось? Где ее синий баул?

Я оторопела, Роман крякнул, а Лида уставилась на нас, хотела продолжить разговор, но тут на кухню влетела Таня, которая, без сомнения, в коридоре нагло подслушивала наш разговор.

– Ма! Они говорят про миллионы евро. Два!

Лида повернулась к дочери:

– Лучше позвони одноклассникам, выясни домашнее задание и садись писать упражнение. Миллионы евро?!

Лида вскочила, шлепнулась назад на стул и с ужасом повторила:

– У Нади в сумке лежало столько денег?

– Дошло, наконец, – обрадовалась Таня, – вау! А когда нам их отдадут? Мне треть положена!

Мать посмотрела на девочку и ошарашенно спросила:

– Треть?

Татьяна запрыгала вокруг стола.

– Бабушка умерла, мы наследники, имеем право на ее капитал. Ты, папа и я. Ну-ка.

Таня ринулась к подоконнику, схватила маленький калькулятор и начала считать, приговаривая:

– Круто. Разделим на три… получается… у! Число дьявола. Одни сплошные шестерки! Скороговорка, а не сумма. Шестьсот шестьдесят шесть тысяч шестьсот шестьдесят шесть рублей. Мама, ты не боишься числа дьявола? Можешь мне до семисот добавить, будет супер! Куплю квартиру! Собственную!

Лидия сидела с напряженной спиной, а я не смогла сдержаться и прошипела:

– Жаль тебя разочаровывать, но резать пирог надо на четверых. Ты забыла про сестру.

– Ей уже и так много досталось, – деловито заявила Таня, – хватит по уши, пусть сидит в Лондоне и не чирикает.

– Это ошибка, – пролепетала Лидия, – деньги не наши.

– Нет, наши! – топнула ногой дочка.

Мать с шумом выдохнула и сгорбилась.

– У нас столько нет и никогда не было, это легко проверить, мы держим средства в банке, могу дать реквизиты.

– Ма, – простонала Таня, – замолчи! Не слушайте ее! Бабушка везла свое, заработанное.

– Куда? – резко остановил врунью Роман. – Кому, по-твоему, предназначалась такая сумма?

– Риелтору, – тут же нашлась Татьяна, – она хотела дачу купить.

– Адрес конторы назови! – потребовал Воронин.

– Понятия не имею, у бабы Нади спросите, – схамила школьница.

– Деточка, – почти ласково сказала я, – мы изучим финансовую историю семьи, сложим заработки взрослых, сравним цифры, и что получится?

Татьяна ткнула в меня пальцем:

– Вы видели, как парень тащил сумку из бабкиной иномарки?

– Да, – подтвердила я.

Девочка захлопала в ладоши.

– Отлично! Есть свидетель! Бабло наше, оно в Надиной тачке лежало.

Лидия заплакала.

– Ма, не реви, – приказала Таня, – в принципе, все не так плохо складывается. Баба Надя умерла, зато еврики остались.

– У вас могут возникнуть проблемы с налоговой, – вздохнула я.

– Нет, – отрубила Татьяна, – мама хитрая, она все ходы-лазейки по деньгам знает. О нас не беспокойтесь. Где сумка?

– У экспертов, – после некоторого колебания ответил Роман.

– Вы не имеете права наши деньги отбирать, – крикнула Таня, – их бабе Наде за работу заплатили. Она одному олигарху свадьбу обшивала! Одела жениха, невесту, подружек, вот и получилось ого-го сколько. Сегодня с ней расплатились. А налог мы заплатим. Не волнуйтесь!

Да уж, может, Таня и двоечница, но умение выкрутиться из любой ситуации у нее не отнять.

Татьяна схватила Лидию за руки и встряхнула.

– Мать! Расскажи про свадьбу.

– Ну… э… так… в… принципе, – залепетала та, в силу своего психического склада она не умела сразу выскакивать из мышеловки, – если вспомнить… был… заказ!

Зря Лидия удивлялась, в кого уродилась Танечка. Девочка и мать в чем-то схожи. Вот только Танюша откровенно призналась в желании получить деньги и быстро сориентировалась в непростой ситуации, а Лидия с большим запозданием включилась в увлекательную игру с названием «Заграбастай миллионы».

– Послушайте меня внимательно, – миролюбиво загудел Рома, – если Надежда Ивановна получила деньги за работу, проблем нет. К вам привяжется налоговая, но, учитывая ваш бухгалтерский опыт, полагаю, вы разрулите неприятность. Но, подумайте, вдруг Бороздина выполняла чье-то поручение? Ее попросили передать чужую сумку.

Лидия наконец-то, правильно оценившая ситуацию, резко возразила:

– Мачеха никогда бы не взялась за такое, она пугливая, сразу думает о плохом. Нет, нет и еще раз нет. Потеряешь миллионы, украдут их, как потом возвращать? Надя не сумасшедшая. То есть была!