Игры ангелов - Нора Робертс

— Ты толкнула Джуда Хорста на Роберта Гейвина, положив начало потасовке. Ты швырнула на пол свое пиво.

— Неправда! Я опрокинула кружку, когда пыталась встать из-за стола. А потом я поскользнулась и натолкнулась на Джеда. Это чистой воды случайность.

— Ты пила, — заметил Рик.

— Полкружки пива. Ради бога, я сидела в баре, поэтому, конечно же, я пила. Как и все остальные. Но пьяной я не была. Я запаниковала, это правда. Просто я увидела…

— Что ты увидела?

— Увидела позади толпы мужчину в оранжевой шляпе.

Лицо Рика стало еще более мрачным и раздраженным.

— Ты увидела мужчину, которого заметила тогда у реки?

— Не знаю. Не могу сказать с уверенностью. Все случилось слишком быстро. Я вскочила. Хотела поскорее уйти. Хотела догнать его и разглядеть как следует.

— Так чего именно ты хотела?

— И того, и другого, — резко ответила она. — Но от страха я опрокинула пиво. А потом поскользнулась. Вот и все.

Рик устало вздохнул. Из постели его вытащил истеричный звонок одной из официанток. На тот момент он едва успел сомкнуть глаза. И вот ему снова пришлось вставать, одеваться и тащиться в бар, чтобы навести там порядок.

Теперь на руках у него было дело, связанное с физическими травмами и материальным ущербом.

— Мин Хобальт утверждает, что ты ударила ее. А вот еще одно заявление. Оказывается, ты перевернула стол, в результате чего кружка с пивом упала на ногу миссис Ли Шэнкс из Сан-Диего. У туристки сломан палец.

— Я никого не била. — А так ли это на самом деле? — По крайней мере, не нарочно. Я пыталась выбраться из толпы, и тут меня ударили по лицу. Я упала на треклятый стол, а это совсем не то же, что перевернуть его. Я сама вся теперь в синяках.

Шериф тяжело вздохнул.

— Кто ударил первым?

— Точно не скажу. Парень по имени Чак слегка толкнул Ло. Тот тоже толкнул его в ответ. А потом… потом я увидела шляпу.

— Увидела шляпу.

— Понимаю, как глупо это звучит. Я знаю, что многие здесь носят такие шляпы. Но я была взволнована, поскольку видела, что вот-вот начнется драка. А тут еще эта шляпа… Я здорово разнервничалась.

— Клэнси утверждает, что он как раз направлялся к месту, чтобы не допустить стычку, когда упал этот стакан. Клэнси говорит, звук разбившегося стакана прозвучал как удар гонга. А после того как ковбой налетел на туриста, их было уже не остановить.

— Значит, во всем виновата я, — ровным тоном заметила Рис. — Что ж, можете обвинить меня в разжигании вражды, или как там это называется. Только прежде чем посадить меня в камеру, дайте мне этот треклятый аспирин.

— Ради бога, никто не собирается сажать тебя в камеру, — Рик устало потер лицо. — Беда в том, что у тебя, кажется, выработалась привычка устраивать вокруг себя неразбериху. Что там произошло с тобой в прачечной?

— Я…

Ясное дело, он уже знал об этом. Брэнда была не разлей вода с Дебби, женой шерифа. Видимо, они вдоволь наговорились об этом происшествии за обеденным столом.

— Тут другое. Кто-то сыграл со мной злую шутку. Не могу сказать, что была от нее в восторге.

Мардсон выжидательно промолчал, и Рис задумалась, стоит ли говорить ему правду.

Пожалуй, не стоит, решила она, эта история лишь усугубит сейчас ее положение.

— Это все ерунда. Неужели вы допрашиваете всякого, кто повздорит с гостиничной служащей?

Мардсон нахмурился еще больше.

— Я делаю свое дело, Рис. Нравится тебе это или нет. И теперь мне нужно разобраться в том, что произошло сегодня в баре. Не исключено, что мне придется поговорить с тобой еще и завтра.

— Значит ли это, что я могу идти?

— Разумеется. Сказать доктору, чтобы взглянул на твою щеку?

— Нет, — она встала из-за стола. — Не я затеяла эту свару. Не я и закончила ее. Просто я оказалась втянута в это событие, — она направилась к двери.

— Похоже, у тебя вошло в привычку ввязываться в разные события. И еще, Рис. Если ты и впредь будешь дергаться при виде оранжевых шляп, нам не избежать проблем.

Не оборачиваясь, она вышла из кабинета. Главное сейчас — побыстрее оказаться дома, избавиться от переполнявших ее эмоций.

Но для начала ей предстояло избавиться от Броуди.

Она поняла это, когда увидела его на стуле в приемной — ноги вытянуты, глаза полузакрыты. Сначала она попыталась незаметно проскользнуть мимо.

— Притормози-ка, Худышка, — бросил он, вставая со стула. — Дай взглянуть на твое личико.

— Не на что там смотреть.

Он первым подошел к двери, перекрыв ей выход.

— Ну и ароматы. Как от пола в баре.

— Я провела там сегодня некоторое время. Надеюсь, ты простишь меня.

Он распахнул перед ней дверь, затем крепко сжал за запястье.

— Надеюсь, ты не собираешься топать домой одна? Уже поздно. Садись, подвезу.

Все тело у нее ныло. Но хуже всего было колену, на которое она упала в баре. Поэтому Рис не стала спорить:

— Ладно. А что ты здесь делаешь?

— Линда-Гейл позвонила мне на тот случай, если тебя потребуется взять на поруки. — Он распахнул перед ней дверцу машины. — Что и говорить, твоя жизнь становится все интереснее.

— Я ничего не делала.

— Продолжаешь настаивать на своем.

Она выждала, пока он обойдет машину и сядет за руль.

— Думаешь, это так забавно?

— Думаю, да. До тебя я спасал от копов только одну женщину — стриптизершу из Чикаго. На холостяцкой вечеринке она врезала бутылкой по голове парню, на которого ее танец подействовал слишком возбуждающе. Правда, она была куда изящнее, чем ты.

— Знаешь что, тебе позвонила Линда-Гейл, а не я. — Больше всего на свете Рис нуждалась сейчас в болеутоляющем. — В любом случае это ее вина. Не надо было ей доводить Ло до бешенства.

— Зачем она это сделала?

— Потому что влюблена в него.

— Она влюблена в Ло, из-за чего и затеяла драку. Логичнее некуда. — В каком причудливом мире живут эти женщины! — Ладно, Худышка, куда едем? К тебе или ко мне?

— Ко мне. Можешь высадить меня у дома и счесть на этом свои обязанности выполненными.

— Хочешь знать, почему я выбрался из теплой постели и поехал вызволять тебя из вонючего участка?

— Потому что тебе нравится спасать стриптизерш и чокнутых. — Рис закрыла глаза, прислушиваясь к урчанию мотора.

— Может, и так. А может, потому, что ты мне не безразлична.

— Сообщи мне, когда выяснишь окончательно.