Светотени - Сергей Васильевич Гук

тряхнул головой, отгоняя от себя навязчивое видение, — кажется, он слегка задремал за рулем? Раньше за ним такого никогда не замечалось. Наверное, сказалась бессонная ночь в дороге и жаркий, полный маеты и тревожных событий день. Хорошо, что ничего не случилось, — впереди все так же маячат красные огоньки машины Махтджуба, сзади осторожно щупает дорогу лучами фар грузовик Отто, который недавно в компании у костра так сожалел, что ему не довелось послужить в гестапо.

Прелестная компания у вас, сэр Грант! Стоит закрыть глаза, как наваливаются кошмары гренадских событий, а с открытыми глазами ведешь по пустыне грузовик в компании бывшего гитлеровца и наемника из Иностранного легиона, известного своим садизмом, насилием и разнузданными грабежами, за что его солдат прозвали «гиенами», намекая на сходство пятнистых комбинезонов со шкурой хищников.

Это только двое. Пьер, зарытый в могиле, оставшейся на вершине безымянного песчаного холма, затерявшегося в пустыне, по утверждению проводника, был оасовцем, что равносильно понятию «фашист».

А кто остальные? Кто такой итальянец по прозвищу Фиат, которому доверено вести фургон с мощной рацией и радистом, вооруженным пистолетом? Кто такой тощий, длинноногий Доменик, так пекущийся об охране фургона, кто отдает ему приказы по рации — приказы закодированные, малопонятные и оттого приобретающие еще более зловещий смысл?

Наконец, кто такие Бастьен, весьма похожий на мужа-подкаблучника, Жак, с татуировками уголовника и спрятанным в кабине грузовика автоматом, «инженеры», приученные нести боевое охранение даже в условиях знойной пустыни?

Кого должна смертельно ужалить их «пчела» через полтора суток? Куда вонзится ее страшное жало и откуда его выпустят? Отсюда, с этих грузовиков, везущих станки для запуска ракет, а может быть, и сами боевые ракеты?

Сэм нашарил лежавшие рядом с ним на сиденье сигареты, прикурил, стараясь не смотреть на язычок пламени зажигалки, чтобы потом не моргать глазами, вновь привыкая к темноте. Ароматный табачный дымок немного успокоил его, мысли потекли ровнее.

Действительно, зачем Доменику и его «инженерам» таскать с собой по пустыне направляющие и остальные детали станков для пуска ракет, не имея самих ракет? Правда, их могли доставить в нужную точку заранее и другим способом, например на грузовом вертолете. Тогда в конечной точке путешествия их караван ждет охраняемый лагерь, поскольку оставлять без присмотра такие серьезные вещи, как боевые ракеты, никто не станет, разве что умалишенный.

Нет, неправдоподобно — зачем нужно снаряжать целую экспедицию, сильно рисковать, если проще все сразу забросить вертолетами. Экспедиция нужна только в том случае, если такой возможности нет и надо соблюсти полную секретность предприятия. Значит, и ракеты здесь, в кузове одного из тяжелых грузовиков, а группа специалистов-ракетчиков, по всей вероятности, едет в фургоне.

Так, тогда подумаем, где могут быть ракеты, в чьем грузовике. Фургон отпадает, его собственный грузовик тоже — в кузове только емкости с горючим и водой. Грузовик Пьера? Нет, его груз Сэм уже осмотрел, даже вскрыл один ящик, да и негде там было бы разместить ракеты, учитывая другой груз, а для залпа нужна не одна ракета и не две. Остаются четыре машины: Жака, Бастьена, Шардона и Отто. Снаряды должны быть минимум в двух, а то и в трех из них.

«Хорошо, — остановил сам себя Грант, — зачем тебе знать, в каких грузовиках спрятаны ракеты? Что ты сможешь сделать, да и стоит ли тебе вообще что-нибудь делать в такой ситуации? Привел грузовик на место, потом приехал обратно, сполна получил свои заработанные деньги… Стоп! А приедешь ли ты обратно при таком раскладе, вот в чем вопрос! Нет никаких гарантий остаться в живых, после того как увидишь все спрятанное в кузовах грузовиков. Не оттого ли его так быстро и взяли в эту экспедицию, что о нем некому спохватиться ни здесь, в Африке, ни дома, в Штатах? Власти особенно тужить не будут, а старые приятели и подружки, с которыми Сэм когда-то учился в университете, наверняка давным-давно забыли о его существовании. С тех пор как он завербовался в морскую пехоту, никаких связей с бывшими сокурсниками не поддерживал, да и прошел уже не один год — они закончили учебу и разлетелись кто куда — кто на свое ранчо, повесив диплом в рамочке на стену, кто в офисы компаний по разработке недр, кто на родительские предприятия…»

Сэму стало вдруг так тоскливо и одиноко, что хоть вой на луну, выглянувшую из-за холмов. Прелестная перспектива — догадываться, что тебя непременно ухлопают, но только не знать точно когда — завтра или послезавтра. И еще не знать, как именно — может быть, тот же татуированный Жак воткнет тебе в спину нож, когда ты будешь наливать утром кофе, или спокойно выстрелит в затылок Отто. Немцы, говорят, просто обожали подобные штучки. Хотя и Жак и Отто могут быть сами в таком же положении, как он, но пока не подозревают об этом.

«Нет! — подумал Грант. — Вспомни про автомат Жака, убитую антилопу и ностальгию Отто по службе в гестапо! Они же прибьют тебя и проводника, ни секунды не задумываясь. Дадут ракетный залп, а потом уберут их самих. За группой «инженеров» и Домеником прилетит вертолет, и все… Рвануть баранку в сторону, скрыться в ночной пустыне? Но куда скроешься?»

А если действительно сбежать вместе с Махтджубом — он вроде надежный парень, не должен подвести, — но кто помешает «инженерам» вызвать по рации вертолет и прижать их грузовик в пустыне? Не зря же у Доменика в фургоне рация? С другими водителями затевать переговоры опасно — можно накликать беду раньше времени, а зачем будить лихо, пока оно спит?

Зашипел динамик портативной рации, и голос Доменика приказал:

— Останавливаемся. Разрешаю выйти из машин и перекурить.

Этот приказ Сэм воспринял как подарок судьбы — можно перетолковать с Махтджубом, посоветоваться и решить, что им делать дальше, как быть. Спрыгнув на песок с подножки своего грузовика, он побежал к машине бербера.

Махтджуб попался ему по дороге. Предупреждая расспросы, он шепнул:

— Иду к фургону. Доменик вызывает… Жди.

Грант вернулся к своему грузовику и, усевшись на подножку, закурил. Ожидание казалось тягостным, а отсутствие Махтджуба бесконечно долгим. Отто вылез из кабины, проскрипел слежавшийся, остывший за ночь песок под его тяжелыми шагами.

«Пошел к Шардону, — понял Сэм. — Нашли друг друга».

Наконец появился проводник. Сел рядом с Грантом, достал сигареты.

— Пока будем стоять, — прикуривая, пояснил он. — Ты говорил, у них там рация? Наверное, он ждет новых указаний…

— Может быть, — согласился Сэм. — Сколько мы будем здесь торчать?

— Не знаю, но они все не спят.

— Я прикинул, у кого в кузове могут быть ракеты, — тихо сказал Грант, опасаясь