Фитиль для бочки с порохом - Алексей Макеев

– Разумеется. Удар тупым предметом в область правой височной кости, – подтвердил Леонтьич. – Что интересно, удар мог нанести как мужчина, так и женщина. Вес орудия убийства позволяет это допустить. Тебе небось хотелось, чтобы ответ был однозначный?

– Было бы неплохо, – вздохнул Лев. – Пока от твоих комментариев только каша в голове.

– Не хочу тебя расстраивать, но с удовольствием это сделаю, – пошутил Леонтьич. – В комнате обнаружены отпечатки пальцев. И принадлежат они не мужчине.

– Где именно?

– На дверце холодильника, тыльная сторона ручки. Там отпечаток смазанный, для сравнения не пойдет, но однозначно женский, – ответил Леонтьич. – Ну и кое-где по комнате.

– И кроме женских отпечатков больше ничьих? – уточнил Гуров.

– Ну как же, есть и другие. Есть хороший образец отпечатков пальцев Захарченко. Если честно, он там изрядно все залапал. И еще два набора отпечатков. Эти принадлежат мужчинам, правда, они могли сохраниться там с незапамятных времен. Часть предметов тщательно протерта, можно сказать, до блеска вытерта, но большей части предметов мебели и посуды тряпка не касалась месяцев этак пять-семь. Видно, хозяева дома любви к уборке не питают.

– Мужские отпечатки можно идентифицировать?

– Если будет с чем сравнивать, – кивнул Леонтьич.

– А как обстоят дела с ножом?

– С тем, что под этажеркой нашли? Там, друг мой, все отлично. Можно сказать, подарочек тебе незваный гость припас. Два четких отпечатка: большого пальца и мизинца. Я бы сказал, у владельца ножа хват весьма характерный.

– Это как? – не понял Лев.

– Ножичек он по-зэковски берет. Кисть выгибает, корпус ножичка как в лодочку в ладонь кладет. Большой палец на кнопку, а мизинцем край рукоятки придерживает. – Леонтьич взял со стола шариковую ручку и на ней продемонстрировал хват. – Так обычно на малолетке развлекаются. Ножичек схватят, «перо» выпустят и размахивают перед собой, будто шпагой. Смешно, если рассудить, но так уж у них повелось.

– А вот это хорошие новости, – обрадовался Гуров. – По нашему предположению, нож этот принадлежит некоему Тарасу Овчаренко, который, кстати, срок мотал по малолетке. Надеюсь, отпечатки пальцев с ножа совпадут с отпечатками Тараса. Как быстро сможешь переслать их в Управление?

– У меня еще работа не закончена, – заворчал Леонтьич.

– Да брось, там делов-то на пять минут, – дружески похлопал Леонтьича по плечу Лев. – Я уверен, ты что-нибудь придумаешь.

– Ладно, парням поручу, – сдался эксперт. – Еще что-то хочешь узнать или дашь наконец спокойно поработать?

– Ну если у тебя все сюрпризы закончились, то я откланяюсь.

– Вроде все, – подумав, ответил Леонтьич. – Официальный отчет часа через два жди. Изучай. Вопросы появятся – звони.

Гуров поблагодарил патологоанатома и покинул морг, отправившись прямиком на Петровку. Стас Крячко ждал его в кабинете. Едва Лев успел войти, как тот накинулся на него с упреками. Генерал, мол, с восьми утра его достает: вынь да положь ему доклад о ходе расследования. А Гуров трубку не берет, шифруется.

Сбросив куртку, Лев прошел к своему столу, включил компьютер и пустил на печать сразу несколько файлов. Стас наблюдал за ним с нескрываемым недовольством. На его лице явственно читалось: начальство отчета ждет, а он тут с бумажками возится. Взяв распечатки, Гуров молча вышел из кабинета. Крячко поспешил следом, но, увидев, что тот идет в противоположном от генеральского кабинета направлении, не выдержал:

– Лева, ты совсем страх потерял? Я ведь не шутил, когда говорил, что генерал на ковер требует. Куда ты идешь?

– Леонтьич обещал пальчики со складного ножа переслать, – спокойно ответил Гуров. – Сдается мне, пальчики эти нашему Тарасу принадлежат. Проверить бы надо.

– А после генерала никак? – сбавляя тон, спросил Крячко.

– После никак. Орлов от нас доклад ждет, а что мы доложим без этих пальчиков? – ответил Лев и, перехватив взгляд Крячко, добавил: – Вот то-то и оно. Без пальчиков нам к нему соваться не стоит. Второй труп ему преподнесли, а подозреваемых так и нет.

С распечаткой, переправленной патологоанатомом, Гуров направился в лабораторию к экспертам. Там пробыл недолго, сличить имеющиеся отпечатки с теми, что внесены в базу, труда не составило. Получив положительный ответ, он улыбнулся и зашагал к кабинету генерала. Крячко, как верный паж, шел следом.

В приемной генерала секретарша Верочка заваривала чай. С некоторых пор генерал подсел на его зеленый эквивалент, заверяя, что в зеленом виде листья этого простого растения превращают простое пойло в чудесный напиток долголетия. Сама Верочка к подобным утверждениям относилась скептически. Почитать отзывы и комментарии в Интернете, так вреда от окрашенной зеленью воды ничуть не меньше, чем пользы, но генералу она этого сказать не смела. В конце концов, его дело, чем травиться. Пусть хоть пустой кипяток пьет, лишь бы тот настроение поднимал.

Увидев полковников, Верочка отставила в сторону заварочный чайник и потянулась к селектору. Нажав кнопку громкой связи, громко произнесла:

– Товарищ генерал, к вам полковник Гуров и полковник Крячко.

– Явились, – послышался из селектора язвительный голос Орлова. – Запускай этих проходимцев, Верочка. И чай принеси.

Верочка сочувственно улыбнулась и выключила громкую связь. Кивком головы указала на дверь, сама подхватила поднос и, пропустив полковников, впорхнула в кабинет генерала. Пока она расставляла чашки и блюдца, генерал молчал, но как только за ней закрылась дверь, загрохотал на весь кабинет:

– И как прикажете это понимать? Я вас два часа назад вызывал. Виданное ли дело – заставлять генерала ждать!

– Виноваты, товарищ генерал, – подтянулся Гуров. – Розыскные мероприятия по делу Олега Плотарева задержали.

– Обоих задержали? – нахмурился Орлов. – Я слышал, что ты, Крячко, с утра в Управлении ошиваешься, а ко мне носа не кажешь.

– Так отчета ждал, – нашелся Стас. – По вскрытию Владимира Захарченко. Гуров, вот, сам в морг ездил, а я здесь бумаги подбивал.

– Ну и где они?

– Кто?

– Не кто, а что. Бумаги, которые ты два часа подбивал.

– Так вот же они, у Гурова, – без зазрения совести соврал Крячко. – Разрешите доложить, товарищ генерал?

Орлов опустился в кресло и сделал большой глоток из чашки, давая понять, что разнос завершен. Гуров обошел стол и сел напротив генерала, Крячко опустился на крайний стул, подальше от всевидящего ока начальства.

– Приступай, Гуров. И начни не с того, что у тебя в папочке припасено, а с того, как это вы допустили еще один труп. Уж очень мне интересно услышать вашу версию.

– Ситуация следующая. Основным подозреваемым по делу об убийстве Олега Плотарева проходил его давний друг Владимир Захарченко. Мы установили, что по месту регистрации тот не проживает. У матери появляется наездами. Мы определили круг его знакомств, места, где тот мог осуществлять трудовую деятельность, и начали разработку этих направлений для установления его местонахождения, – переглянувшись с Крячко, начал Гуров. – В результате оперативно-розыскных мероприятий нами было установлено местонахождение Владимира Захарченко. Его студенческий друг сообщил, что тот скрывается в доме сожителя матери в деревне Сосенки. Мать Захарченко либо не знала об этом, либо, прикрывая сына, солгала. Но я думаю, что скорее первое, чем второе.