Стальной десерт (сборник) - Алексей Макеев

Генерал и Стас последовали его примеру.

– Итак, что мы имеем или будем иметь в ближайшем будущем, – начал Щербаков. – Фоторобот Скородубова. Номера телефонов, по которым из квартир пациентов звонил Осипов. Надо также проверить, с кем он связывался из своего дома, после того как семья уехала.

– Могу сразу сказать, что никому, – вставил Гуров.

– Уже легче, – заявил Владимир Николаевич и продолжил: – Завтра должны привезти тело человека, погибшего в «Форде», и дело по этому случаю. Нужно все выяснить про девушку Слепцова, получить списки пациентов Осипова из Сербского и Бурденко. Если их не будет, я сам позвоню министру, а он классно умеет фитили вставлять! Завтра ты, Лева, разговариваешь с Потаповыми. Если выяснится, что Осипов звонил от Григорьевых и Куликовых, то и с ними тоже.

– Квартиру Слепцова надо бы посмотреть, – куда-то в пространство сказал Крячко.

– Ты на что меня толкаешь? На прямое нарушение закона? – вкрадчиво спросил Владимир Николаевич, и Стас ответил ему невинным взглядом. – Ладно. Подумаю. Утром видно будет. Надо сначала потихоньку разведку провести…

– Газовая служба проверяет исправность оборудования, – с готовностью подсказал Крячко. – Возьмем оттуда человечка, а я с ним за компанию прогуляюсь. А то все при деле, один я как цветок в проруби.

– Я сказал, подожди до утра! – Щербаков явно рассердился.

– А чего ждать, Владимир Николаевич? Время уже к трем подходит, – заметил Стас.

Генерал посмотрел на часы, вздохнул и заявил:

– Все равно отложим до утра. Пошли посмотрим, что у мальчишек получилось. Потом надо расползаться, а то завтра весь день будем как снулые рыбы ходить.

– Подождите, – остановил его Гуров. – Скажите, как вы проблему решили?

– Я позвонил Клаве и попросил ее утром сказать по секрету самой болтливой из соседок, что один из пациентов Осипова, которого он в свое время от наркомании лечил, сейчас активно делает политическую карьеру. Он узнал о том, что случилось с Ильей Павловичем, и испугался, что записи врача могут попасть в чужие руки. Его начнут ими шантажировать, не дадут подняться. Вот он и договорился с местными ментами, чтобы те все записи из дома Осипова забрали как якобы вещественные доказательства, а на самом деле отдали ему. Клава будто бы сама слышала, как старший из ментов кому-то звонил и сказал, что все у него. Можно больше не волноваться.

– После того что Леонидов натворил, ему хуже уже не будет, – заявил Крячко, значительно посмотрел на Щербакова и хмыкнул: – Но, как говорится, по грехам и муки.

– Да, наворотил он дел! – согласился Гуров. – Если бы не этот тип, мы раньше вышли бы на Скородубова. Кстати, Владимир Николаевич, хотел узнать, в новом кабинете для шестого стола место найдется? – поинтересовался он.

– Это ты про Прохорова, что ли? – спросил Щербаков, и Лев Иванович кивнул. – Найдется. Да и место в общежитии – тоже.

В комнате, где и без того было не повернуться, теперь стало совсем тесно. Вернулся Рябов.

– Где тебя черти носили? – напустился на него Щербаков.

– Товарищ генерал-лейтенант, этот Павел из меня всю душу вымотал! – на нервах ответил тот. – Поскольку на прямой рейс в Нью-Йорк он уже опоздал, то стал раздумывать, лететь ему туда с пересадкой или сразу домой, в Сан-Франциско. Долго определялся, но все-таки решил, что сначала в Нью-Йорк, чтобы с сестрой и матерью повидаться. Потом Павел начал прикидывать, что с деньгами делать. Снимать наличные или как-то безналом их передать какой-то тете Клаве? Опять долго межевался, наконец-то сказал мне, что он их ей на ее карту положит. Потом Павел выяснял у нее номер карты, пытался перевести деньги со своего счета на ее. Оказалось, что сделать это очень сложно. Тогда он стал снимать в банкомате наличные и класть их на счет этой Клавы. Одним словом, товарищ генерал-лейтенант, тот факт, что Павел улетел живым, – заслуга моей крепкой нервной системы. Любой другой человек на моем месте пришиб бы его.

– А я потому и выбрал тебя, что был уверен в том, что ты справишься, – серьезно ответил Щербаков.

Но Рябов посмотрел на него с большим подозрением. Не издевается ли над ним генерал?

– Но не больно-то заносись. Тут ребятам без тебя тоже тяжело пришлось. Так! Показывайте, что у вас с фотороботом! – приказал начальник главка и тут же получил лист бумаги.

Генерал, Гуров и Крячко стали рассматривать лицо человека, которого страстно мечтали увидеть живьем, и как можно скорее.

Особой приметой Скородубова можно было считать сломанный нос и уши, прижатые к голове. Видимо, он когда-то занимался боксом. Не густо! Таких людей в Москве сотни тысяч. То обстоятельство, что его руки были изуродованы каким-то заболеванием, вряд ли могло помочь. С тех пор как появились частные врачи, данное направление поиска преступников кануло в небытие. Это же не огнестрельное ранение, о котором все медики обязаны сообщать куда следует.

– Да-а… – разочарованно протянул Крячко. – Вряд ли мы что-то серьезное из этого выжмем. Внешность совершенно не запоминающаяся. Да и голос обычный. Странно, что Осипов смог его опознать.

– А если он его и не опознавал, а точно знал, кто к нему придет? – возразил Гуров. – Мы же не знаем, что доктор сумел выяснить.

– Мог и по изуродованным рукам опознать. Вдруг он тоже увидел их, как и Вячеслав? – предположил Стас.

– Не мог. Скородубов ему в глаза фонариком светил, – уверенно сказал Щербаков и спросил: – Леша, что по прослушке?

– Сейчас узнаем, – пообещал тот и заколдовал над своим компьютером, попутно объясняя: – Запись идет только тогда, когда звук появляется. Вот!

В комнате раздался незнакомый мужской голос:

– Привет, Смирный! Рассказывай, как там дела.

– Простите, мужики, но ничего рассказать не могу. Тайна следствия! – это был уже голос Геннадия Смирнова.

– От нас? – возмущенно спросил тот же человек. – Ты совсем охренел?

– Кефир, я не охренел. Мне сегодня Владимир Николаевич таких плюх навешал за мою самодеятельность, что щеки до сих пор горят. А за «Форд» взорвавшийся вообще мог и убить. Пригрозил, что в «одиночку» меня посадит, если я следствию мешать буду. А вы его знаете. Он если сказал, то сделает.

– Значит, нам теперь сидеть и ждать, пока они там раскачаются и эту суку искать начнут? – возмущался Кефир. – Да и найдут ли еще? Не больно-то шустро менты мышей ловят.

– А вот за это не волнуйтесь. Владимир Николаевич это дело полковнику Гурову поручил, а он лучший из лучших! Живая легенда МУРа! От него еще никто не уходил! Этот точно найдет!

– Ты побазарил бы с ним, объяснил, что мы не пальцем деланные, тоже кое-что можем, – подключился третий голос. – За доктора кого угодно на портянки порвем. Поднажал бы на него!

– Ага! Ты, Блоха, сам попробуй! – язвительно произнес Геннадий. – Он генералов по матери посылает. Я сам слышал! У него уголовники по одной доске ходят. А ты советуешь поднажать. Нет, я ни секунды не сомневаюсь, что он найдет. Серьезный мужик. Ни черта не боится! Круче него только Владимир Николаевич!