Молочная даль - Александр Малов

Больше всего на свете сейчас Михаил боялся, что в любую секунду он услышит стук в дверь. Он прокручивал эти моменты на протяжении всего пути до дома. Фантазии было где разыграться и с каждым новым неожиданным поворотом в больном воображении вдовца все катилось ко всем чертям все глубже и глубже. Сценарий был всегда один: доблестная полиция врывается в его загородный дом, куча громил в камуфляжах и касках переворачивают все вверх дном, а его самого и Костю начинают допрашивать в самой жесткой форме.

Плевать, что подросток инвалид. Полиции нужно лишь одно – чертов ствол и чистосердечное признание. В ход пойдут шокеры и дубинки, кулаки и наручники, а даже если вдовец подпишет все сразу и добровольно… кому какое дело? Чертов преступник должен получить с полна, и никто не станет спорить с этой истиной.

«Нет – сказал себе мужчина. Если меня поймают, то все будет кончено. Я не выживу. В тюрьме я просто свихнусь. Лучше сразу сдохнуть. Клянусь, если сюда грянет полиция – я сдохну. Застрелю сколько можно ублюдков и последнюю пулю пущу себе в голову. Прямо как Альбинос, ха-ха.»

Как оказалось, Костя уже давно успел поужинать с Ольгой, а если точнее, то сама девушка накормила подростка, составив ему приятную компанию. Тогда Михаил вместо трапезы, к которой у него совсем не лежала душа после всего случившегося на трассе, отправился с сыном в душ, дабы осуществить привычную процедуру умывания и сделать то, чего сиделка делать не решилась.

С тех пор как Костя стал инвалидом Михаилу пришлось изрядно повозиться, дабы видоизменить ванную комнату. Саму ванну пришлось продать и купить новую, чуть меньше размером и приспособленную для манипуляций, связанных с мытьем людей с ограниченными возможностями. Ее глубина была совсем небольшой и к боковой стороне был приделан металлический бортик. Пол так же пришлось обновить и теперь боязнь того, что на него выльется изрядное количество воды не пугало мужчину так, как раньше.

Пока вдовец умывал своего сына, он постарался максимально непринужденно рассказать о том, как у него прошли последних два дня. О «Рассвете» Михаил предпочел умолчать, конечно же, как и о случившемся этим вечером, однако он в подробностях рассказал о своем разговоре с Ириной. Теперь разговор об умирающей малютке давался вдовцу гораздо легче. Он постарался выставить эту ситуацию с лейкемией так, чтобы подбодрить Костю и показать, что бывают вещи в жизни куда хуже инвалидности.

Подросток поначалу слушал разговор без особого интереса, но потом все же проникся рассказом отца и под конец внимал каждому слову, словно тот рассказывал священные тайны мироздания. По крайней мере так показалось самому Михаилу, и эмоции сына его искренне обрадовали. Уложив Костю в постель, Михаил пообещал, что завтра они обязательно проведут время за каким-нибудь интересным занятием.

После того как вдовец закрыл за собой дверь, то незамедлительно направился на кухню. Аппетит у него по-прежнему отсутствовал и сейчас еда для мужчины не представляла никакой ценности. Однако открыв холодильник, он все же нашел, чем утешить себя и вытащил то, что могло либо спасти его, либо окончательно стать причиной какого-нибудь необдуманного поступка. Михаил вытащил из холодильника банку прохладного пива.

Первую банку он осушил почти в пару глотков. Подобное пойло всегда присутствовало в холодильнике Михаила, так, на непредвиденный случай, если день был слишком тяжелым, а ночные кошмары чуть мрачнее обычных. В этот момент, мужчина задумался над тем, что возможно его «Молочная даль» наконец-то оставит его. Надежда была по-настоящему крошечной, но если ужас, пережитый сегодня не выбьет этот бесконечный кошмар из разума вдовца, то что вообще может его оттуда вытащить? Смерть? Пуля в лоб?

«Пуля… в лоб, и скотина повалиться замертво»

Вспомнив о том, что этажом выше в его собственной спальне лежит орудие убийства, мужчина незамедлительно принялся осушать вторую банку пива. Обычно ему хватало около литра этого пойла, потому как выпив чуть больше, голова начинала ходить табуном, а приступы тошноты окончательно портили всю прелесть опьянения. Но сегодня ему было все равно. Плевать, что он пьет на голодный желудок. Так даже легче. Алкоголь подействует быстро, и вдовец добьется желаемого результата. Ему нужно было успокоиться и уйти из реальности куда-то в спокойное, тихое место и если с этим был способен справится алкоголь, то что в этом плохого?

После третей банки пива Михаила вырвало в раковину. Вспомнив, что за сегодняшний день это произошло уже в четвертый раз, он начал смеяться, пока смех этот не перешел в откровенный хохот. Короткий, но по-настоящему жуткий. Придя в себя и все еще стоя возле раковины, мужчина включил воду. Смыв за собой зловонные массы, он умыл лицо и медленно добрел до дивана в зале, все еще посмеиваясь и ощущая, как медленно он начинает сходить с ума. Устроившись на диване максимально удобно и закрыв свои глаза, Михаил начал думать о том, что сейчас внезапная смерть была бы для него настоящим спасением. Голова то и дело шла кругом, а новый приступ тошноты не заставлял себя долго ждать, а потому если бы вдруг он внезапно «откинул коньки», тот точно этого бы не заметил.

«Откинуть коньки… или копыта – подумал мужчина – и ассоциация с его ночными кошмарами и демоном-тельцом заставила его залиться новой порцией смеха»

Но потом Михаил снова вспомнил об оружие в доме и мысль о том, что сейчас его собственная кончина была лишь вопросом желания, окончательно выбила его из колеи. Алкоголь наконец завладел всеми чувствами мужчины и не сдержав эмоции, по его щеке потекли слезы. Прижав ладонь ко рту, он провел так еще несколько минут.

Кое-как дождавшись, пока головокружение утихнет, Михаил наклонил свою голову в сторону кухни и невольно посмотрел в окно. Там, где открывался вид на ночное небо виднелось то, что уносило его в лучшие из миров. То, что когда-то ознаменовало начало новой совместной жизни в его когда-то полноценном и здоровом семействе Громовых. То, что мужчина всегда считал по-настоящему родным.

Медленно встав с дивана, вдовец мельком взглянул на часы, висящие на стене. 21:30.