Слеза дьявола - Джеффри Дивер

До Паркера доносились обрывки переговоров по рациям.

«Не вижу цели… Нужно забросить внутрь светошумовую гранату. У кого есть гранаты?.. На Конститьюшн у нас двое погибших. У нас… Кто-нибудь слышит меня? Двое погибших… Да, снайперы уже на позициях…»

Потом Кейдж случайно бросил взгляд поверх пробитого пулями капота машины.

— Что за фокусы? — выдохнул агент. — Зачем парнишка это делает?

Паркер проследил за взглядом Кейджа вдоль Конститьюшн-авеню. И увидел, что Лен Харди со своим хлипким револьвером в руке, перебегая от дерева к дереву, подбирается к автобусу. По временам он поднимал голову и стрелял.

— Он совсем спятил, — сказал Паркер. — На нем даже нет бронежилета.

— Лен! — окрикнул полицейского Кейдж, но тут же его снова скрючило от боли.

— Лен! — взялся за дело Паркер. — Лен Харди! Вернитесь немедленно! Предоставьте все закончить спецназу.

Но тот его не слышал. Или делал вид, что не слышит.

— Такое ощущение, что он нарочно лезет под пули, — пробормотал Кейдж.

Между тем Харди поднялся во весь рост и бегом бросился к автобусу, расстреляв на ходу последние патроны. Даже Паркер понимал, что это было грубым нарушением всех правил ведения тактических операций.

Паркер заметил, что Диггер стал перебираться в заднюю часть автобуса, откуда ему удобнее всего было бы расстрелять Харди. Детектив, похоже, не заметил этого. Он распростерся на земле совершенно без прикрытия и принялся перезаряжать револьвер.

— Лен! — снова выкрикнул Паркер. — Уходите в укрытие.

— У него даже нет устройства для быстрой зарядки револьвера, — процедил Кейдж. И действительно — Харди вставлял патроны в барабан по одному.

А Диггер уже переполз к заднему окну автобуса.

— Нет, — покачал головой Паркер, понимая, что сейчас станет свидетелем гибели молодого человека.

— Господи! — воскликнул Кейдж, не сводя с этой сцены глаз.

Но затем Харди посмотрел вверх и, казалось, сообразил, что происходит. Он поднял револьвер и выстрелил еще три раза, выпустив все патроны, которые успел вставить, а потом, спотыкаясь, побежал в сторону, чтобы спрятаться. Но упал.

— Он — мертвец, — простонал Кейдж. — Мертвец.

Паркер видел силуэт убийцы рядом с задней аварийной дверью автобуса. Харди был у него как на ладони — достаточно одной очереди из автомата.

Но прежде чем Диггер успел спустить курок, один из агентов выкатился из-за машины, за которой прятался, и осыпал автобус градом пуль. Кровь забрызгала изнутри одно из уцелевших окон. Затем раздался громкий хлопок, и в автобусе вспыхнул пожар. Горящая струя топлива из пробитого бензобака потекла в сторону тротуара.

Харди с трудом поднялся на ноги и бросился за стоявшую рядом патрульную машину полицейского управления округа.

Из автобуса донесся душераздирающий крик, когда его внутренности окончательно поглотило оранжевое море пламени. Паркер мог видеть, как Диггер живым факелом сумел в последний раз подняться, а потом рухнул в проход между креслами.

Потом послышались хлопки. Так лопалась жареная кукуруза, которую Стефи любила готовить на десерт своему брату, а сейчас с этими звуками рвались от огня патроны, которые не успел расстрелять Диггер. Пламя пожара перекинулось на соседнее с автобусом дерево, снабдив мрачное зрелище неуместно веселой подсветкой.

Постепенно агенты стали выбираться из своих укрытий и медленно приближаться к автобусу. Они вставали на почтительном расстоянии, слушая, как детонируют последние боеприпасы убийцы, а прибывшие к месту происшествия пожарные уже принялись заливать потоками пены обгорелый остов машины.

Когда последние языки пламени погасли, двое агентов ФБР в полном боевом снаряжении подошли к двери автобуса и заглянули внутрь.

Внезапно серия новых громких хлопков разорвала тишину парка.

Все агенты и полицейские мгновенно залегли, держа оружие на изготовку.

Но это оказались всего лишь новые залпы салюта — оранжевые пауки, синие звезды, белые бриллиантовые россыпи огней. Славный финал незаурядного шоу.

Двое агентов вышли из автобуса и сняли шлемы.

Несколько секунд спустя сквозь треск статического электричества Паркер услышал в передатчике Кейджа:

— Транспортное средство проверено. Все чисто. Смерть объекта подтверждена.

Такова была произнесенная бесстрастным тоном эпитафия для убийцы.

* * *

Пока они возвращались к Вьетнамскому мемориалу, Паркер рассказал Кейджу о Чизмане, который начал стрелять первым.

— Он сделал предупредительные выстрелы в воздух. Если бы не он, Диггер мог уложить на том месте человек сто. Возможно, включая и меня самого.

— Чего ради его вообще сюда занесло?

У них на глазах коп натянул покрывало на труп Генри Чизмана.

Кейдж наклонился, поморщившись от боли. Его уже осмотрел врач и установил, что, как он сам и предполагал, у него было сломано ребро. Агенту наложили тугую повязку и дали несколько таблеток болеутоляющего. Больше всего, как оказалось, его расстроило, что повреждение сильно мешало пожимать плечами.

Агент сдернул желтую прорезиненную ткань с тела и обыскал его. Сначала достал бумажник. А потом обнаружил кое-что еще. Из пиджачного кармана он извлек пухлую записную книжку. Паркер сразу понял всю ценность этого предмета: в переплете из натуральной кожи блокнотные листы сшиты вручную, а не проклеены, как при массовом производстве. И мелованная бумага была наивысшего качества. Во времена Джефферсона такую делали из нежнейшей телячьей кожи, а в наши дни — из отборного текстиля. Края каждой странички были укреплены полосками в красных и золотых тонах.

А записи оказались выполнены каллиграфически совершенно. Очевидно, почерк у Чизмана был как у художника, не мог не восхититься Паркер.

Кейдж на скорую руку пролистал записи, задержав внимание на нескольких абзацах, и покачал головой. Потом отдал книжку Паркеру:

— Проверь, нет ли здесь чего-то полезного.

Паркер нахмурился, как только увидел заглавие, выведенное золотыми чернилами, — «Хроники Печали».

Открыв первую же страницу, он прочитал вслух:

— «Памяти моей горячо любимой жены Анны, самой первой жертвы Мясника, посвящается».

Книжка подразделялась на несколько глав. «Бостон», «Уайт-Плейнз». И в каждую были тщательно вклеены фотографии с мест преступлений. Первая глава была озаглавлена «Хартфорд». Паркер перевернул страницу и прочитал:

— «Из газеты „Хартфорд ньюс таймс“».

Здесь Чизман, видимо, дословно переписал заметку, датированную ноябрем прошлого года.

Паркер продолжил чтение.

— «ТРОЕ УБИТЫ ПРИ НАЛЕТЕ… Полиция Хартфорда проводит разыскные мероприятия в отношении мужчины, ворвавшегося с субботу в помещение редакции „Ньюс таймс“ и открывшего огонь из винтовки, в результате чего трое сотрудников отдела рекламы были убиты.