Ледяной свидетель - Алексей Макеев

Домой он так и не заехал. Позвонил по мобильнику жены, но она не отзывалась. Тогда он позвонил в театр, и помощник режиссера сообщил, что сейчас идет репетиция, и Мария Гурова в ней занята, освободится не раньше, чем через два часа. Больше никаких особых дел дома и вообще в Москве у него не было, и Гуров отправился обратно в Ключи.

По дороге он размышлял о своем свидании со следователем и вообще обо всем, что произошло за последние сутки в Москве, что он услышал и узнал. Что-то такое было, что он не оценил, на что не обратил внимания. Что-то важное, какая-то деталь. Она сидела, как заноза, и не давала успокоиться. Но что? Может, рассказ Иголкина о его пребывании в Ключах? Или испуг Тонких, когда Гуров назвал фамилию покойного Мещерякова? А может, сообщение Ожогина об оружии, из которого был убит Петелин?

Чувство, что он пропустил что-то важное, стало таким острым, что Гуров не выдержал, съехал на обочину, достал блокнот и принялся его перелистывать.

Итак, Петелин был застрелен из винтовки марки «маузер». А у Алдонина, вожака банды, был новенький «смит-и-вессон», с которым он не захотел расстаться. Это? Нет, при чем здесь оружие? Ведь в Тонких стреляли из самодельной нарезной винтовки, переделанной из охотничьего ружья. Тогда что?

Он листал и перелистывал блокнот. Остановился на записях, посвященных трем людям, дела которых Тонких вел в прошлые годы, – Стражникову, Костенко и Мещерякову. Внимательно перечитал фамилии свидетелей, проходивших по их делам, родственников. Чувствовал – заноза, которая его беспокоила, скрывается где-то здесь. «Ладно, потом соображу, – наконец решил он. – Главное, знаю, где искать». Такое с ним уже бывало, и Лев знал, что самое важное – это определить круг поисков. Так сказать, очертить угол стога, в котором скрывалась иголка. Если угол очерчен правильно, есть шанс найти иголку.

Но верно ли он определил этот угол? Он вновь стал листать записи, сделанные за последние три дня. А это что? Какие-то частицы металла, найденные экспертами в карманах черной куртки… Он ведь так и не видел данных об этих частицах.

Гуров достал телефон и набрал номер старшего лейтенанта Ожогина.

– Приветствую, старший лейтенант! Да, еду, еду! Уже скоро буду. Ты мне вот что скажи: ты говорил, что эксперты нашли в карманах черной куртки, которая предположительно принадлежала преступнику, частицы металла. Что это за металл? Что они об этом пишут, ты можешь прочитать?

– Сейчас найду, товарищ полковник, – ответил Ожогин. – Где-то здесь у меня были эти данные… Ага, вот, частицы стали, тут указана марка, еще масло… Это все в правом кармане. А в левом – тоже следы металлического предмета, но там сталь другой марки.

– Очень интересно… – задумчиво произнес Гуров. – Ладно, ты держи эти данные у себя. Я, может, подошлю тебе еще разные образцы, и мы их сравним. Все, бывай.

Он отключил телефон, закрыл блокнот и уже собрался ехать дальше, когда мобильник вновь внезапно зазвонил, но номер абонента не высветился.

– Да, Гуров слушает, – настороженно произнес в трубку Лев.

– Добрый день, полковник, – услышал он голос, который показался ему смутно знакомым. – Это говорит заместитель руководителя Следственного комитета – помните, мы вчера общались?

– Да, помню.

– Я вот по какому поводу звоню. До меня дошли сведения, что этой ночью под вашим руководством прошла успешная операция по задержанию группы опасных бандитов. Поздравляю!

– Спасибо, товарищ генерал! – ответил Гуров.