По сценарию мафии - Майкл Коннелли

Поллак вскрыл сейф, но он оказался пуст.

– Представляешь? – возмущался Линделл, рассказывая об этом Босху. – Столько усилий и никакого результата! А я-то раскатал губу на два миллиона. Мы, конечно, поделились бы по-братски с полицией Лос-Анджелеса.

– Конечно, – хмыкнул Гарри. – Ты сверялся с регистрацией? Когда он в последний раз открывал ячейку?

– Интересный вопрос. В пятницу, за двенадцать часов до того, как его убили. Видимо, у него было предчувствие. Он сознавал, что его ждет.

– Очевидно.

Босх думал о коробке спичек из «Лас фуэнтес», он нашел его в номере Алисо в «Мираже». Тони не курил, а вот в доме, где выросла Лейла, стояла пепельница. Босх решил: если Алисо опустошил в пятницу свой сейф и заглянул поесть в «Лас фуэнтес», то существовала всего одна причина, почему он принес из ресторана спички в свой номер, – они были кому-то нужны.

– Возникает вопрос: где деньги? – продолжил Линделл. – Они наши, но в том случае, если удастся их отыскать. Старине Джою деньги больше не понадобятся.

Рой покосился на лимузин. Дверца по-прежнему оставалась открытой, и из-под желтого пластика высовывалась нога Маркони. Зеленовато-голубые брюки, черный ботинок, белый носок. Вот и все, что осталось от Джоя Маркса…

– Банковские служащие готовы сотрудничать или на все требуют ордер? – промолвил Босх.

– Подыгрывают. Шеф трясется как лист на ветру. Не каждый день у дверей такое побоище!

– Тогда попроси – пусть посмотрят регистрацию: есть ли у них ячейка в сейфе на имя Гретчен Александер?

– Гретчен Александер? Кто она?

– Лейла.

– Смеешься? Полагаешь, он отдал этой потаскушке два миллиона зеленых, а потом пошел и застрелился?

– Ты проверь, Рой. Дело того стоит.

Линделл направился в банк, а Босх обратился к коллегам:

– Джерри, ты собираешься вернуть свой пистолет? Пока его не уничтожили или не сдали на вечное хранение?

Эдгар обвел печальным взглядом накрытые пластиком тела.

– Мой пистолет? Он теперь проклят. Нет, я не хочу его назад.

– Н-да… – протянул Босх. – Пожалуй, я тоже.

Его вывели из задумчивости, окликнув по имени. Он повернулся – в дверях банка стоял Линделл. Босх подошел к нему.

– Ты попал в точку! У нее есть ячейка в сейфе!

В помещении агенты опрашивали ошарашенных банковских служащих. Рой подвел Босха к конторке, где сидела начальник отделения – женщина лет тридцати с курчавыми каштановыми волосами. Карточка на груди гласила, что ее зовут Джин Коннорс. Линделл взял у нее со стола регистрационную папку и протянул Босху.

– Вот. У нее была ячейка, и она написала на нее доверенность на имя Алисо. Тони открывал ее в ту же пятницу, что и свою, – перед тем как его прищучили. Знаешь, о чем я подумал? Он вынул деньги из своей и положил в ее.

– Не исключено.

Босх разглядывал регистрацию посещений. Записи велись от руки на карточках.

– Теперь надо получить ордер на обыск и вскрыть ячейку, – заявил Линделл. – Воспользуемся услугами Мори, раз он такой покладистый. Найдем деньги, и федеральное правительство разбогатеет. И вы, конечно, возьмете свою долю.

Босх поднял на Роя глаза.

– Вскрыть можно, если найдется основание. Но денег скорее всего там не окажется. – Он показал карточку регистрации посещений. Гретчен Александер открывала ячейку в среду после смерти Алисо.

– Господи! Думаешь, она ее очистила? – воскликнул Линделл.

– Уверен.

– И слиняла? Ты же ее искал.

– Пустилась в бега. Вот и мне пора.

– Уезжаешь?

– Я дал показания. Я свободен, больше меня ничто не держит. Привет, Рой.

– Ну, прощай, Босх.

Гарри уже открывал дверь, когда Линделл догнал его.

– Почему он положил деньги в ее сейф?

– Не знаю, лишь догадываюсь.

– И какова же твоя догадка?

– Алисо любил ее.

– Он?! Такую девицу?

– Всякое случается. Люди убивают друг друга по самым невероятным причинам. Вот и любовь не поддается объяснению – может попасться вот такая девица. А может… какая-нибудь еще.

Линделл кивнул, и Гарри вышел на улицу.

Он и двое его коллег взяли такси, а у здания федеральной службы пересели в свою машину. Босх заявил, что намерен завернуть в домик на севере Лас-Вегаса, где жила Гретчен Александер.

– Шутишь! Неужели рассчитываешь, что она сидит и дожидается нас? – удивился Эдгар.

– Конечно, нет. Мне надо переброситься парой слов с пожилой дамой.

Умудрившись не заблудиться, Босх быстро отыскал дом и подрулил к подъезду.

– Я на минуту. Оставайтесь в машине, – предложил Гарри.

– Я зайду с тобой, – ответила Райдер.

– А я посижу здесь, – произнес Джерри. – Включу кондиционер. Мне первому крутить руль. – Он обошел машину и занял водительское место.

Босх постучал в дверь. Им открыли очень быстро – женщина то ли услышала, то ли увидела машину в окно.

– Это вы? Гретчен не появлялась.

– Знаю, миссис Александер. Я хотел поговорить с вами.

– Со мной? Ради Бога, о чем?

– Вы нас впустите? Здесь очень жарко.

Она посторонилась.

– Здесь тоже не холодно. Я не могу себе позволить ставить регулятор на температуру ниже восьмидесяти.

Босх и Райдер переступили порог и направились в гостиную. Гарри представил Кизмин, гости и хозяйка сели. Гарри устроился на краешке дивана.

– Что случилось? О чем вы хотели со мной побеседовать?

– О матери вашей внучки.

У хозяйки вытянулось лицо. Босх заметил, что Райдер удивлена не меньше миссис Александер.

– О ее матери? Она здесь давно не живет. Даже для приличия не навещала собственного ребенка. Я никогда не считала ее матерью.

– Когда она уехала?

– Много лет назад. Гретчен еще лежала в пеленках. Нацарапала прощальную записку, пожелала счастья и умчалась.

– Куда?

– Понятия не имею и знать не хочу! Бросить такую симпатичную девчушку! Хоть бы позвонила! Попросила прислать фотографию!

– А откуда вы знаете, что она жива?

– Мне это все равно.

Миссис Александер не умела лгать. Она возмущалась и повышала голос.

– Но она же посылала вам деньги, – возразил Босх.

Женщина опустила голову и уставилась в пол. Она давала понять, что догадка Гарри верна.