Сонька. Продолжение легенды - Виктор Мережко

Воры поубавили напор, и Артур спросил:

— До Михелины проводишь?

— Там фараоны. Сразу загребут.

— А как мы к ней попадем?

— А это уже не мое собачье дело! — со злорадством заметил Володька.

— Ты, сучонок, как мартышка, — крутнул головой Артур. — Как ни хитри, а жопа все одно голая.

— А чего мне хитрить? — даже обиделся Володька. — Я вас нашел, а дальше сами ибанашками кумекайте.

Улюкай оглядел его с ног до головы, взглянул на Артура, тот согласно кивнул.

— Уже кумекаем. Только для начала нужно тебя переодеть маленько.

Филеры, те самые, что зеванули на Невском Кочубчика, увидели, как к воротам дома Брянских подкатила повозка с тремя полицейскими, которые дружно спрыгнули на землю и решительно направились к калитке. Один из полицейских весьма заметно прихрамывал.

— Чего это они? — озабоченно пробормотал один из филеров.

— А хрен их маму знает, — пожал плечами второй. — Хотя б предупреждали.

Кочубчик нажал кнопку звонка, и тут же послышался окрик привратника:

— Кто такой?

— Полиция, — ответил Артур и выступил вперед.

Калитка открылась, вор сунул в лицо удивленному Семену бляху с номерным знаком, и все трое ввалились во двор.

Дворецкий, спешно вышедший на звонок, замер на ступеньках, недоуменно глядя на незваных гостей, в числе которых не сразу признал Володю Кочубчика.

— Тихо, папашка! — приказал ему Володя, пропуская вперед Улюкая и Артура. — Зови хозяйку.

— Барышня заняты, — неуверенно сообщил Никанор. — У них урок по рисованию.

— Тогда Михелину!

— Таковой не знаю.

— Дочку Соньки не знаешь, что ли? — дурацки хохотнул Кочубчик, явно рисуясь перед ворами. — Воровку!

Семен столбняком замер возле ворот, пытаясь понять смысл Володиного переодевания.

— А по какому вопросу, господа? — придя в себя, обратился дворецкий к «полицейским».

Кочубчик совсем развеселился.

— Ты чего, дед! Мы ж не синежопые! Свои! — и кивнул на спутников. — Воры! Это мы вроде как с маскерада!

— Не трухай, генерал, — выступил вперед Улюкай. — Скажи Михелине, товарищи пришли. Она поймет.

Никанор крутнул головой, усмехнулся:

— Хороши товарищи… — и после некоторого колебания ушел в глубь дома.

— Барахляная зараза, — кивнул ему вслед Кочубчик. — Жалом так и водит, все вынюхивает. — Он с удовольствием, по-хозяйски рухнул на диван, закинул ногу за ногу. — А вы ведь, стырщики, тоже не сразу мне поверили.

— Мы и сейчас еще не верим, — усмехнулся Артур.

— Во-от! — поднял палец Володя. — Человеческая несправедливость. Оттого и грызу подушку по ночам!

До слуха донеслись частые шажки, и вскоре перед ворами возникла Михелина, испуганная и взволнованная. За ее спиной стоял дворецкий.

— А вот сама королева бала! — торжественно поднял руку Кочубчик.

«Королева» от вида полицейских вначале застыла, затем первым узнала Улюкая, вскрикнула и бросилась ему на шею.

— Дорогие мои! Родные! — расцеловала Артура, потащила их в одну из комнат. — А я вначале испугалась — решила, полиция.

— В таком виде мы сами себя боимся, — засмеялся Улюкай.

Кочубчик обиженно смотрел им вслед.

— А как же Володька? — крикнул он. — Сдох Максим и хрен с ним?!

— Потом! — отмахнулась девушка. — Жди здесь!

В комнате она силой усадила воров на диван, заговорила торопливо, полушепотом:

— Приходил человек… следак. Сказал, что маме ходят сделать подсадку.

— Человек верный? — спросил Артур.

— Верный не верный, а свой кусок отхватить хочет. Обещает помочь, чтоб подсадная была наша.

— Когда ее готовить?

— Следак снова явится этой ночью.

— Можем не успеть, — включился в разговор Улюкай. — Тетка должна быть надежной.

— Не успеете, значит, в камеру запустят наседку, — ответила Михелина.

— Кочубчика на Невский ты направила? — поинтересовался Артур.

— А что оставалось делать?.. Следак торопит, время жмет, фараоны топчутся.

— Ему можно верить?

— Нельзя.

— А ежли сбалабонит?

— Знал бы чего, сбалабонил, — усмехнулась Михелина. — А так… Привел воров, а для чего — точка.

— Этот гумозник до всего может допереть, — мрачно заметил Улюкай и посмотрел на девушку. — Может, его вальнуть, пока не поздно?

— Спроси об этом Соньку, — двусмысленно усмехнулась та.

— Платить ему за работу будешь, — полуутвердительно заметил Артур.

— Не я, княжна.

— А повидать ее можно?

— Можно, — раздался издали нежный голосок, в комнату вошла Анастасия, обозначила легкий книксен. — Здравствуйте, господа, вы кто?

— Мои товарищи, — ответила вместо визитеров Михелина. — Воры.

— Воры?.. Настоящие?! — Княжна не верила своим глазам, затем снова повторила книксен. — Здравствуйте, господа воры.

— Здравствуйте, мадемуазель, — ответили те и по очереди галантно приложились к ее хрупкой ручке.

Она улыбнулась.

— А я полагала, вы страшные.

— Это про нас придумывают, — засмеялся Артур. — А по жизни мы добрые, веселые, нежные…

— И справедливые, — под общий смех добавил Улюкай.

— Вы — Артур? — посмотрела княжна на старшего вора.

— Вор Артур, — с достоинством уточнил тот. — Как вы догадались?

— Женская тайна. — Девочка бросила взгляд на Михелину, подтвердила: — Красивый мужчина.

— А я? — делано обиделся Улюкай.

— Вы тоже. Но Артур интереснее!

Снова все смеялись, Артур поцеловал княжне руку.

Княжна вопросительно посмотрела на Михелину.

— С мамой что-то решилось?

— Решилось, — вместо воровки ответил Артур. — Все будет сделано, как вы здесь и договаривались, мадемуазель.

— Какие наводки передать следаку? — вернулась к деловому тону Михелина.

— Передай, что подсадку можно будет брать в полдень при входе в Летний сад. Как только она возьмет карман нашего человека, сразу ее нужно вязать.

До спектакля оставалось не менее двух часов, когда Табба подкатила на извозчике к театру, расплатилась и деловым, решительным шагом направилась к входу в здание.