Миллиарды Арсена Люпена - Морис Леблан

– Замечательно!.. – с восхищением пробормотала молодая женщина. Она была совершенно ошеломлена.

– Итак, – продолжил Орас, – теперь вам ясно, что… – Он вдруг осекся и возвысил голос, будто продолжая разговор: – Представляете, мадемуазель, баронесса, заметив, что на портрете она изображена рыжей, тогда как теперь ее волосы имеют платиновый оттенок, отказалась от него. Художник хочет подать в суд. Таково положение дел на сегодняшний день.

Патриция посмотрела на него с изумлением.

Он добавил совсем тихо:

– Спокойно!.. Нет, я не сошел с ума, за нами шпионят.

– Какая забавная история, – со смехом откликнулась Патриция.

– Не правда ли? – громко сказал Вельмон. И шепотом добавил: – Видите вон там трое или четверо во фраках? Да, там. Они смешались с толпой гостей, но в них есть нечто подозрительное. Они вам не знакомы?

– Кажется, знакомы, – со сдерживаемым волнением ответила молодая женщина, – они похожи на тех, кого я видела в Нью-Йорке в вечер преступления, под аркадой на площади Свободы.

– Ясно.

– Они следят за вами!

– Без сомнения, – спокойно сказал Орас. – Давайте произведем подсчет. Ассоциацию основали одиннадцать человек. Если к моменту дележа в живых останутся только четверо или даже трое, то они смогут забрать всю добычу. Именно поэтому банда постепенно истребляет своих членов. Но кое-кто из них надеется, убирая сообщников, остаться в одиночестве. Срок у него – до конца сентября, когда должно произойти сведение счетов. Вот, посмотрите направо… С тем длинноруким верзилой вы танцевали недавно на площадке. Вам следовало отказать ему… А!.. Он уходит… Граф Амальти ди Амальто, барон Маффиано.

– Значит, его вы считаете главарем?

– Да… Ближайший советник Мак-Аллерми, помощник и мастер на все руки. Тот, кто преследовал вас, скрываясь в тени… Тот, кто убил Мак-Аллерми и Фредерика Филдса…

– Его ударили по голове в парижском отеле, где я с ним встретилась!

– Ударили, но не убили. Он выжил после ранения и исчез из больницы прежде, чем в газете вышла ваша статья. Таким образом ему удалось избежать ареста.

Молодая женщина вздрогнула:

– О, я этого не знала… Я боюсь этого человека! Пожалуйста, будьте осторожны!

– И вы, Патриция, тоже. Он идет по вашему следу, он не выпустит вас из виду. Вам постоянно грозит опасность.

Она попыталась справиться с волнением:

– Но почему мне надо его бояться?

– Да по тем же причинам, что и мне.

– Но ведь я не вхожу в их банду.

– Верно, не входите! Только вы – враг. Через десять минут после того, как вы отплыли из Нью-Йорка, во все европейские мафиозные ячейки поступила телеграмма: «Патриция Джонстон, секретарь газеты „Алло, полиция!“, направляется в Париж, чтобы отомстить за номер один и номер два М». С тех пор вам вынесен приговор, за вами ведется слежка. Теперь вам грозит смерть… Пойдемте-ка отсюда. Когда вы со мной, вы в безопасности. Вы можете заночевать в моем доме.

– Хорошо, но – как видите, я пекусь о вашей жизни не меньше, чем о своей, – разве вы не говорили, что им известны все адреса Арсена Люпена?..

– Я сам передал им список незадолго до гибели Мак-Аллерми. Однако моего нынешнего адреса там не было. – Он встал. – Пойдемте, Патриция. Опустите голову на мое плечо, позвольте мне почтительно обвить рукой вашу талию… Да, вот так… Давайте уйдем вместе, и не как трусливые сообщники, которые спасаются бегством, а как влюбленные, которые нежно обнимают друг друга, опьяненные страстью. Вперед, Патриция, вперед!

Молодая женщина повиновалась. Бок о бок, мерным шагом, они направились к выходу, но как раз в тот момент, когда они ступили на темную пустынную аллею сада, перед ними внезапно возникла высокая фигура. Орас Вельмон мгновенно выпустил талию Патриции, и луч невесть откуда взявшегося электрического фонарика уперся в лицо мужчины. Другая, свободная рука была готова схватить его за горло. Орас сухо хмыкнул.

– А, это вы, Амальти ди Амальто, барон Маффиано, – сказал он, нахмурившись. – Посторонись-ка и дай нам пройти, Дикарь. Знаешь, у тебя не та физиономия, которую будешь рад увидеть в глухом закоулке… И даже здесь, в центре Парижа, я предпочел бы держаться от тебя подальше. Я не хочу, чтобы меня прихлопнули, как этого славного Мак-Аллерми, твоего босса, не говоря уже об адвокате Фредерике Филдсе!.. И еще вот что… хочешь добрый совет? Оставь в покое Патрицию Джонстон.

Бандит ухмыльнулся:

– Нам сообщили из Нью-Йорка, что она для нас опасна.

– Ну а я сообщаю из Парижа, что она вполне безобидна. И вот еще что. Я люблю ее. Значит, она неприкосновенна. Не смей тронуть ее даже пальцем, Маффиано… иначе…

– Ты… Рано или поздно… – прорычал мужчина.

– Скорее поздно, мой мальчик. И в твоих собственных интересах поскорее понять это… Вам нечего мне противопоставить… Наоборот.

– Ты – Арсен Люпен.

– Вот именно! Пойдемте, Патриция. А ты – прочь с дороги! Оставь нас в покое, занимайся своей мафией. Так будет безопаснее, поверь…

Бандит на мгновение замешкался, а затем внезапно скрылся в тени, словно нырнув в заросли.

Орас и Патриция вошли в дом, пересекли опустевший зал. Пока Патриция забирала свое манто у лакея, Орас раскланивался с баронессой Энгельман.

– Ваша новая пассия прелестна, – шепнула та скорее раздраженно, чем насмешливо.

– Она и впрямь прелестна, – серьезно ответил Орас. – Это моя американская подруга, которая не знает Парижа и попросила меня проводить ее.

– И только?! Бедняга, вот невезение!

– Надо уметь ждать, – многозначительно заметил Орас.

Баронесса бросила на него вопросительный взгляд:

– Вы все еще ждете меня?

– Больше, чем когда-либо, – ответил Орас.

Баронесса отвела взгляд. Подошла Патриция. Орас взял молодую американку под руку, и они покинули особняк Энгельмана.

Уже на тротуаре Орас сказал своей спутнице:

– Я повторяю: Патриция, вам не стоит возвращаться в отель.

– Предлагаете отправиться к вам?

– Да, ко мне. Эти мерзавцы в ярости, и вам есть чего опасаться. Они ни перед чем не остановятся.

– Вы уверены в своих слугах?

– У меня только одна старая служанка, она предана мне беззаветно. Я доверяю ей как себе самому. Идемте!

Он повел ее к своему автомобилю, и через четверть часа они уже были на месте. Орас остановил машину у дома двадцать три по авеню Сайгон; он жил в расположенном во дворе коттедже, выходящем окнами в сад.

Открыв ворота, он позвонил в колокольчик, чтобы предупредить Викторию. Но когда они подъехали к крыльцу, старой няни там не оказалось.

Вельмон нахмурился.

– Странно, – сказал он встревоженно. – Почему в зале нет света и почему Виктория не вышла нас встречать? Она всегда дожидается моего возвращения.

Он зажег свет и