Смерть в ночном эфире - Сандра Браун

Дин вытряс воду из уха и поднес к нему телефон.

– Мэллой слушает, – произнес он.

– Это Кертис.

– Что случилось?

– Что там у вас за шум? – поинтересовался детектив.

– Душ, – ответил Дин, повернулся к Пэрис и подмиг­нул ей. Она смывала шампунь с волос, запрокинув голову назад. Мыльная вода стекала по ее груди, пенилась между ногами. Господи, она была просто великолепна.

– Вы принимаете душ?

– Чтобы выглядеть таким же свежим, как вы. Так в чем дело? – повторил Дин свой вопрос.

– Один из детективов беседовал с Лэнси Рэем. Вы по­мните, как Пэрис спрашивала его, зачем были нужны все эти уловки, почему он прямо не подошел и не поговорил с ней.

– Парень просто застенчив, – предположил Дин.

– Это так, но Лэнси проговорился, что не хотел мешать другому мужчине.

– Какому?

Пэрис вышла из душа и удивленно посмотрела на Дина. Он протянул ей полотенце.

– Стэну Криншоу, – ответил Кертис.

Такое заявление сумело отвлечь Дина от обнаженного тела Пэрис.

– Простите?

– Вы все правильно расслышали. Лэнси Рэй был уве­рен, что Стэн и Пэрис любовники, поэтому и вел себя со­ответственно.

– Откуда он это взял?

– Ему так сказал Криншоу.

Дин долго смотрел в пустоту, потом прикрыл микрофон рукой и попросил Пэрис поторопиться и побыстрее одеть­ся. Его нетерпение передалось и ей, и она убежала в спальню.

– Рассказывайте по порядку, – попросил он Кертиса.

– Криншоу велел уборщику не докучать Пэрис. Наплел что-то о политике компании, согласно которой только он сам может говорить с ней. Стэн также заявил, что Пэрис терпеть не может, когда на нее глазеют, из-за ее очков, что она любит темноту по причинам, которые никого не каса­ются. Лэнси Рэй хотел сохранить работу, поэтому вел себя, как ему было приказано. Он только отвечал на вопросы Пэрис, боясь, что Криншоу станет ревновать и уволит его. Лэнси Рэй говорит, что этот парень ревновал Пэрис ко всем, кто к ней приближался.

– Почему Лэнси не рассказал нам об этом при первом разговоре? – спросил Дин, пытаясь одновременно разго­варивать и одеваться.

– Он решил, что все и без него знают о том, что эти двое вместе.

– Вот это да! Недаром мне показалось, что с Криншоу что-то не так. Я понял это сразу, как только увидел его. Он и со мной вел себя так, словно у него на Пэрис все права. Я решил, что он просто дурак.

– Может быть, так оно и есть.

– Но, может быть, и нет. Я хочу вывернуть его наизнан­ку, Кертис. Я хочу знать о нем абсолютно все, и мне напле­вать, кто его дядя и сколько у этого дяди денег.

– Я понял. На этот раз я обойду дядю Уилкинса. Мы от­правимся прямо в управление полиции Атланты, в офис окружного прокурора и даже к самому губернатору Джорд­жии, если потребуется. Одно хорошо. Стэн Криншоу вышел на работу, как обычно. На радиостанцию поехали Григс и Карсон. Они сообщили, что он там.

– Мы немедленно выезжаем. Передай молодняку, пусть они его не выпускают, если он соберется уехать. Вы прове­рили его телефонные разговоры?

– Проверяем.

– Кто копает в его прошлом? – спросил Дин.

– Рондо. Он сам вызвался.

– Рондо? – Дин даже не старался скрыть свое неудо­вольствие.

– Он проверит все сведения, которые можно найти в компьютере.

– Предполагалось, что он уже это сделал, – язвительно произнес Дин.

– Я сказал ему, что на этот раз надо копнуть поглубже.

– Было бы лучше, если бы Рондо сразу все сделал как следует.

– Какая кошка пробежала между вами? Я постоянно чувствую некоторую напряженность.

– Он слишком самоуверенный, – не нашел ничего луч­шего Дин.

– Вот оно как? Вам не нравится его личность?

– Что-то в этом роде. Ладно, нам пора бежать.

– Возможно, Пэрис не следовало бы сегодня выходить в эфир. Пусть даст нам время проверить Криншоу.

– Сами попробуйте ее отговорить. Она настроена очень решительно. И потом, я от нее не отойду ни на шаг. Все, увидимся.

Прежде чем детектив успел сказать что-то еще, Дин от­ключился. Они с Пэрис вышли из дома. Уже по дороге она попросила посвятить ее в детали.

– Насколько я поняла, вы говорили о Стэне. – Дин по­вторил ей то, что ему сказал Кертис. Пэрис недоверчиво рассмеялась. – Я не могу в это поверить.

– Это несмешно.

– Нет, это очень смешно.

– Я так не думаю.

– Дин, – она тепло улыбнулась ему, – в свете недав­них, скажем так, событий я могу понять твою ревность. Я польщена. Мне бы хотелось, чтобы ты мог ради меня сразиться с драконом. Но не трать время на Стэна, ради бога. Он не Валентино.

– Мы этого не знаем.

– Я знаю. Он действительно дурак, как ты и подумал. Меня огорчает, что он сбил с толку Марвина, то есть Лэн-си, и одному богу известно, кого еще. Но у него не хватило бы ни ума, ни решимости, чтобы стать Валентино.

– Мы это скоро узнаем, – сказал Дин и повернул на парковку возле радиостанции.

Григс и Карсон помахали ей, когда Пэрис открывала своим ключом парадную дверь. Как обычно, в здании бы­ло темно, кабинеты давно опустели. Гарри, диджей вечер­него эфира, показал ей два больших пальца, когда они проходили мимо стеклянной стены. Дин уже изучил зда­ние и уверенно шел вперед по темным коридорам.

Когда они вошли в кабинет Пэрис, то Стэн уже сидел там за ее письменным столом, положив ноги на его край. Он просматривал ее корреспонденцию, но как-то бессис­темно.

– Стэн Криншоу, именно тебя я и хотел видеть, – объ­явил Дин с порога.

Тот начал спускать ноги со стола, но не успел поставить их на пол, потому что Дин схватил его за грудки и выдер­нул из кресла.

– Эй! – запротестовал Стэн. – Какого черта?

– Мне надо с тобой поговорить, Стэн, – угрожающе за­явил Дин и тряхнул Криншоу.

– Дин. – Пытаясь его успокоить, Пэрис положила ему руку на плечо.

Дин отпустил Стэна.

– Ты лгал насчет Пэрис.

Изобразив обиду, Стэн выпрямился и стал тщательно разглаживать помятую рубашку. Но с тем же успехом он мог бы обманывать индейца. Стэн повернулся к Пэрис:

– О чем это толкует твой дружок?

– Если верить Лэнси, то ты сказал ему….

– Кто такой Лэнси? – перебил ее Стэн.