Кровь как лимонад - Денис Воронин

В трех метрах от Новопашина застыл поймавший в грудь пулю из ТТ кавказец. Тот самый, которыйзатаскивал его в кабину лифта на Старо-Петергофском. Он на мгновение замер, потом колени его подломились, и кавказец опрокинулся на спину. Не обращая больше ни на что внимания, Марк приблизился к телу. Кавказец не шевелился, смотрел вверх раскрытыми глазами, в которых уже не было жизни. Марк опустил пистолет.

Глядя на убитого им человека, он чувствовал, будто выпущенная им пуля продырявила и его самого. И через это отверстие вытек смысл его существования в последние три дня. Миссия Марка кончилась, но он не чувствовал ничего, что, наверное, должен был чувствовать. Никакого гнева или злобы, никакого облегчения или триумфа. Только слабость из-за открывшегося кровотечения.

Мстишь — копай сразу две могилы.

Из цеха кто-то вышел и приблизился к нему — вросшему в землю над трупом. Марк поднял взгляд. Кто-то из нанятых Джонни И. Стальных Симпатий все-таки уцелел на стройке? Или нет, эту девушку он видел впервые. Длинные светлые волосы ниже плеч заплетены в африканские косички и стянуты на затылке в узел, чтобы не рассыпались. Осунувшееся лицо, красота которого спряталась за тенями усталости. Девушка склонилась к телу кавказца, взялась пальцами за запястье, проверяя пульс.

— Мертв? — для чего-то спросил Марк, зная ответ.

— Да.

— Как вы нашли нас на Пулковском шоссе? — для чего-то поинтересовался он.

Девушка помолчала.

— Захар из «Копов». Ты ведь его знаешь?.. Мы с ним сотрудничаем, — не поднимая головы, ответила Симпатия. — Он сам позвонил нам. Искали его, — девушка кивнула назад, — полночи, нашли только утром.

— Это он, — показал на мертвого чеченца, — убил твоих… коллег, — сказал Марк, не зная, захочет ли девушка отомстить, если узнает, что кровь одной из ее подруг на его руках.

— Было бы время засесть с оптикой на соседнем здании, думаю, все сложилось бы иначе, — ничего не выражающим голосом сказала Симпатия после короткой паузы, продолжая смотреть мимо Марка.

Увидев внутри здания Джонни И. и Драгана, Марк почему-то не удивился. Наверное, на это просто не было сил, вместе с кровью вытекающих из простреленного бока. Он обогнул так и оставшуюся сидеть девушку, прошел мимо настороженно глядящего на него подобравшегося кавказца в кожаной куртке.

— Это тот, кого ты искал, — сказал Марк Джонни И. и кивнул назад. — Убийца твоего племянника.

— Знаю, — произнес тот. — Ты свою работу выполнил. Расплачусь с тобой завтра, если не возражаешь.

— Не надо мне денег, — покачал головой Марк. — Ты же знаешь, что это личное.

— А он кто? — посмотрел Джонни И. на стоящего чуть дальше Кострова.

— Он со мной, — ответил Новопашин. — Проблем с ним не будет… Отпусти его, — он показал на Жеку, с отсутствующим видом усевшегося задницей прямо на пол возле каких-то кип.

Ильяс обернулся на парня, снова посмотрел на Марка. Покосился на двинувшегося вдруг к выходу Драгана.

— Позвоню пока с улицы, — пояснил тот Ильясу, доставая из кармана телефон. — Тут труба не ловит. Стены такие…

— Я хотел, чтобы он ответил за свой поступок… — нахмурившись, проговорил Джонни И.

— Еще ответит, если не изменит образ жизни, — усмехнулся Марк.

— Я больше не буду, — подал голос Жека. — Вот честно. Исправлюсь. Артистом хочу быть! Мечтаю!

— Ты лучше заткнись! — сказал Марк.

Жека подумал, что, наверное, Марк был прав. Надо остановиться. Поглубже спрятать свою лезущую из всех щелей даже в такой момент иронию. Остаться живым.

Сработало. Ильяс снова взглянул на Жеку и сказал Новопашину:

— Хорошо… Но только потому, что я тебе должен.

— Спасибо, — произнес Марк и — Жеке. — Пойдем.

— Задержись на минутку, — попросил Джонни И. у экс-копа.

— Жека, ты давай, двигай к нашей машине. Она тут рядом, мы немного не доехали. У нее фары включены, увидишь. Подожди нас там.

Преодолевая боль, Жека поднялся на ноги. Встретился взглядами с телохранителями Ильяса, которые подняли брошенное по приказу Гази оружие. Ему показалось, что они борются с желанием выстрелить в него. Он шагнул раз, другой. Кавказцы молча смотрели на него, но не делали никаких попыток нарушить слово босса, отпускавшего угонщика. Под перекрестными взглядами всех присутствующих Жека бочком — бочком приблизился к воротам, у которых лежало тело чеченца.

— Спасибо, — сказал он, обращаясь не то к Джонни И., не то к Марку, и будто вплыл в темноту, караулившую снаружи.

Исчез.

Марк спросил у Ильяса:

— Что ты хотел?

— Пойдешь работать ко мне? Со своим другом?

Марк переглянулся с Костровым. Он так ничего и не сделает за тот удар топором в лицо своей любимой девушке? Своей? Любимой?

— Ты какой-то бледный, — заметил Джонни И.

Марка опять заколотило. Собрав все силы, которых у него осталось не очень-то много, он ответил:

— Нет, не подходит нам твое предложение. Спасибо, но — нет.

— Подумай, — пожал плечами Ильяс. — Как меня найти, ты зна…

В стоявшем посреди цеха «приусе» щелкнуло. «Тойоту», в которой взорвались бензиновые канистры, подбросило вверх, и здание объял огненный ураган.

В последнее, растянувшееся в минуты, часы и, кажется, годы, мгновение, когда Марк наблюдал надвигающуюся на него стену пламени, в его голове звучала закрученная в луп строчка из «Portishead». Он никогда не знал, про что в этой песне пела та девушка, но Алька любила ее, иногда напевала под душем, четко произнося только первую строчку.

«It’s a fire»[47].

* * *

— Я уже давно говорил Ильясу, чтобы он остановил завод, — произнес Драган, отходя от здания цеха в темноту. — Даже сейчас с ним спорил. Вредные выбросы, пластик, едкий раствор прямо в землю сливают, а тут и до Невы недалеко… Тем более, что завод прибыли не приносит. Для него это все игрушки. А он смеется, шутит, что на наш век хватит, называет меня параноиком. А параноик — это всего лишь человек, сведенный с ума пониманием всех факторов…

Драган резко встал, повернулся в ту сторону, откуда пришел. Посмотрел на застывшую в метре от него Стальную Симпатию.

— Тоже считаешь меня чокнутым?

— Нет, — пожала та плечами и поправила свободной рукой волосы. — Тем более, что Ильяса пасут «федералы». Это ведь тоже причина?

— Точно. Всех за собой утянет, если что… Сработает?

— Сейчас проверим, — ответила девушка и нажала кнопку снятого с Гази пульта.

* * *

Осторожно передвигаясь в темноте, Жека, как и сказал ему Марк, шел на свет фар. Ноги едва держали. Хотелось сесть на землю и, закрыв глаза, попытаться осознать тот простой факт, что он выбрался из этой передряги — живым и почти невредимым, если не считать ушибов. Можно думать о делах, решать второстепенные вопросы, строить планы на будущее.