Гость - Мэри Даунинг Хаан

Я знала, что лучше не представляться незнакомцу первой. Знание имени дарует вам власть над его обладателем.

Мужчина вскочил и отвесил поклон.

– Я – Мадог Эш, эсквайр, вольный странник. Я не могу назвать ни одно место своим домом, будь то лес или деревня. Тем более деревня.

Я осталась сидеть, но даже если бы и встала, я не ответила бы реверансом на его поклон.

– Я – Молли Кловеролл из деревни Нижний Хексэм, это чуть дальше Верхнего Хексэма.

– А твои родители? Кто они?

– Мой отец – Сэм Кловеролл, фермер, а моя мать – Агнес.

– Почему же они послали такую маленькую девочку в одиночку возвращать ребёнка бродягам?

Я пожала плечами:

– Кто-то должен был отнести его.

– А что ты надеешься получить от бродяг в обмен на этого ребёнка? – полюбопытствовал Мадог.

– Моего… нет, я хотела сказать, ничего. Вообще ничего. Я просто хочу, чтобы Гость навсегда исчез из нашего дома и из нашей жизни.

– Почему мне кажется, что ты что-то от меня скрываешь?

Я взяла палку и ткнула ею в огонь. Гость присел на корточки рядом со мной и принялся щипать мои руки. Я оттолкнула его, и тогда он своими мелкими зубками укусил меня за щёку.

Мадог издал резкий звук и хлопнул в ладоши. Гость тотчас же протянул к нему руку и стал издавать какие-то странные звуки.

– Давай, признавайся, Молли. Это не бродяжий ребёнок, – сказал Мадог. – Зачем лгать? Он – подменыш, оставленный в твоей семье Добрым Народцем. Думаешь, я не вижу, кто он такой на самом деле?

Я взяла у Мадога жареную кроличью ногу и жадно впилась зубами в мясо, каким бы жёстким оно ни было.

– Я сказала то, что сказала, потому что есть люди, которые испытывают сильную неприязнь к подменышам.

– Похоже, тебе он тоже не слишком нравится.

– Я презираю его, терпеть его не могу… он ненавистен и противен мне… из-за него папа ушёл от нас, и он почти полностью вымотал мою маму, выпил из неё все соки. Но дело в том, что это я виновата в том, что Добрый Народец забрал моего родного брата. И я намерена исправить свою оплошность.

– Как же ты собираешься это сделать?

– Если хочешь знать, то я хочу обменять подменыша на моего брата.

Мадог покачал головой.

– Я тот, кто знает о Добром Народце гораздо больше, чем ты. – Он наклонился над огнём, пристально на меня глядя. В его глазах отражались языки пламени.

Я поспешила отвернуться, чтобы не заглядывать в их зелёные глубины. В таких глазах, как у Мадога, недолго утонуть.

Мой собеседник поворошил дрова в костре. Языки пламени тотчас устремились ввысь и осветили снизу его лицо.

– Сомневаюсь, что Добрый Народец обменяет твоего брата на подменыша. Тебе лучше завтра же повернуть назад и пойти домой.

– Я не могу вернуться домой без Томаса. – Я запустила руку за ворот платья и показала ему медальон на серебряной цепочке. – Это я тоже, как и Гостя, обменяю на брата.

Мадог напугал меня, резко отпрянув от моего медальона.

– Убери эту штуку, – сказал он. – Добрый Народец ничего не даст тебе за него. Они не выносят прикосновение железа. А также и я, и Гость. Держи его подальше, чтобы не навредить нам.

– Но это не железо, это серебро.

– Серебро снаружи, но железо внутри. Покажи его Гостю. Но не прикасайся к нему. Просто подержи перед ним.

Стоило Гостю увидеть медальон, как он закрыл лицо руками и завыл так, будто я сделала ему больно. Я сунула медальон обратно под платье и посмотрела на Мадога.

– Железо – отрава для Доброго Народца и всех, в чьих жилах течёт их кровь. И в том числе бродяг и подменышей. Держи его всегда при себе – это защитит тебя от них и существ, подобных им.

Как только я убрала медальон, Гость вновь начал щипаться и кусаться. Надо сказать, что зубы у него выросли острые, и я едва сдержалась, чтобы не отвесить ему подзатыльник.

– Давай, ешь, поросёнок, но учти, молока больше не будет, когда ты всё его выпьешь, – пробормотала я, сунув ему кувшин с молоком.

– У Гостя есть зубы, – заметил Мадог. – Его давно пора отнять от груди.

Оторвав от тушки кролика кусок мяса помягче, он поднёс его к носу Гостя:

– Попробуй.

Подменыш посмотрел на лакомый кусочек у себя под носом, оттолкнул кувшин, схватил мясо и понюхал его. После чего отправил мясо в рот.

– Видишь? – сказал Мадог. – Гость не умрёт от голода. Он будет есть то же, что ешь и ты.

Я посмотрела на Гостя. Тот прожевал мясо и проглотил.

В моей сумке оставалось лишь немного сыра и чёрствая корочка хлеба. Этого было слишком мало даже для меня одной, не говоря уже о том, чтобы поделиться этой едой с кем-то ещё.

Мадог подмигнул Гостю и вновь заговорил с ним чередой резких щелчков. Гость наклонил голову, как будто понял его. Повернув жёлтые глаза ко мне, он сказал:

– Молли. – Затем коснулся лица Мадога. – Мадог. – И, указав на себя, добавил: – Гость.

Его голос был тонким и хриплым, и он говорил быстро, но я его поняла.

– Он лучше говорит на своём родном языке, – пояснил Мадог, – но он довольно быстро выучит и ваш язык. Он уже понимает гораздо больше, чем ты думаешь. – Он повернулся к Гостю и поставил его на ноги. – Покажи Молли, что ещё ты умеешь делать.

Подменыш мгновение постоял, слегка пошатываясь, как будто пытался обрести равновесие, словно этакий младенец-переросток. Затем, глубоко вздохнув, сделал один шажок, потом другой. Неуверенным шагом обойдя костёр, Гость рухнул рядом с Мадогом этакой кучей тощих ножек и ручек и хитро улыбнулся мне.

– Ты, маленький зверёныш. – Я была так зла, что еле сдержалась, чтобы не ударить его. – Подумать только, я всю дорогу тащила тебя на спине!

Мадог рассмеялся:

– Конечно, у этого шельмеца хитростей побольше, чем у меня. И это о чём-то говорит!

– Нисколько это не смешно. Моя спина разламывается от его веса. Он тяжёлый, и все время крутится, извивается, пинается и щиплется. Из-за него я то и дело спотыкалась и могла упасть в любой момент.

– Успокойся, Молли. Не сердись на него. Разве он смог бы угнаться за тобой? Что, если бы его поймала и сожрала лиса?

Я посмотрела на Гостя, разозлённая тем, что он обманул меня.

– Он уже большой, чтобы идти в ногу со мной. Да и какая лиса позарится на такого, как он? Он ведь кожа да кости!

– Хватит жаловаться, – оборвал меня Мадог. – Сегодня вы оба прошли долгий, трудный путь, и этот маленький бродяжка, должно быть, устал. – Он поднял руку ладонью к Гостю: – Ложись и спи.

Не говоря ни слова, Гость лёг на одеяло. Глаза его закрылись. Он глубоко и ровно задышал и вскоре уснул.