Футбольное поле - Аделия Амраева

– Ладно, только я до города дороги не знаю. И бабе Нине ни слова! – Я уверен, что она не отпустит. – Мы же быстро вернёмся?

– Ну как сказать, – Тимка достаёт из кармана старый мобильный, ещё без полифонии, пра-пра-прадед моего сенсорного, наверное. – Сейчас одиннадцать. Через два часа приедем туда, если очень поторопимся. В «Бэбилоне» пробудем где-то часа два-три. Это… – Тимка хмурится. Он всегда так делает, когда думает. – А потом ещё на обратную дорогу… В общем, где-то в семь будем дома!

– Здорово… Только на дорогу ты что-то много посчитал. Мы с мамой сейчас меньше ехали.

– Ну вы-то на такси, верно?

– Да.

– А мы на автобусе поедем. А потом на другом автобусе. Мне папа написал номера маршрутов, чтоб я не забыл.

– А одного автобуса нету до «Мети»?

– He-а, нет, – Тимка встаёт. – Ну я побежал за Диляркой. Мама обрадуется, когда узнает, что ты с нами едешь!

«Мегацентр» – самый большой из городских супермаркетов, там и кинотеатр, и каток есть. С Колькой мы как-то приходили в «Бэбилон». Это такой детский городок, где много игровых автоматов, детских площадок, можно на роликах покататься. Мы тогда деньги, которые нужно было сдать на подарок Таисии Петровне, в этом «Бэбилоне» и оставили. Ещё и уроки пропустили.

И вот я снова здесь. В этом городке. А вместо Кольки со мной Тимка с сестрёнкой. И у нас одна забота: гоняться за Диляркой туда-сюда и искать её, когда потеряем.

– Не понимаю, чего она носится от автомата к автомату? Она же даже не доигрывает, – возмущаюсь я.

– Ну она же редко здесь бывает, всего раз в год, – Тимка следит за сестрой глазами. – Вот и бегает.

– А ты сам здесь чаще бываешь?

– Нет, но я же уже большой. Я должен за Диляркой смотреть, – Тимка срывается с места и мчится за неугомонной девчонкой.

А я бы поиграл. Баба Нина дала мне немного денег из тех, что оставила мама. Хватило на три автомата. Подхожу к мотоциклу – вот погоняю сейчас!

– Дим, Дим, я её потерял! – Тимка орёт мне прямо в ухо, и такой испуганный, будто Дилярка могла убежать из «Меги».

– Да успокойся ты, – говорю. – Она где-то здесь, среди автоматов. Давай разделимся, поищем. Кто найдёт, скинет сообщение с названием автомата, на котором Дилярка играет. Хорошо?

– Ага, – Тимка сразу помчался в сторону роликодрома. Ну что ж, пойду в обратную. Смотрю на детей у автоматов, красного платьица нигде нет.

Иду дальше. Останавливаюсь. Сердце в груди тоже притормозило. Ворота, мяч на верёвочке, огромный экран, где виртуальный голкипер готовится к схватке с невиртуальным игроком. В прошлый раз, когда мы были здесь с Колькой, я поиграл немного на этом автомате. Потом решил, что с настоящим вратарём на настоящем поле намного интересней. И вот сегодня виртуальный голкипер снова передо мной. Но я уже не считаю себя выше него. Я млею.

Кто-то задевает меня, проходя мимо. Я словно просыпаюсь. Вратарь на экране продолжает падать то на один бок, то на другой. Виртуальный стадион продолжает кричать. Мяч лежит в воротах. Я выкатываю его ногой. Провожу карточкой по автомату, загружаю игру. Мультяшный голкипер уставился на меня. Я бью по мячу, вратарь падает. Не взял. Один пенальти я забил. Бью второй. Реальный мяч летит выше перекладины и застревает в сетке. Виртуальный летит выше ворот. Достаю мяч, бью ещё раз, получается по центру – прямо в руки вратарю. Бью снова и снова, мяч подчиняется ноге. Штанга! Ещё раз – и вратарь ложится мимо. Бью выше, голкипер толкает мяч за ворота. Ещё выше, целюсь в девятку. Вратарь ловит. Бью снова, потом ещё. И вот он – мёртвый мяч! Точно в верхний угол, между штангой и перекладиной. Собираюсь опять ударить, но в кармане джинсов вдруг вибрирует мобильный. Сообщение от Тимки выводит меня из забытья. Что же я делаю? На этом автомате, конечно, можно отрабатывать пенальти. Особенно когда нет доступа к полю… Но я же не должен был играть.

Ногой всё ещё прижимаю мяч к полу. Ещё мгновение, и я бегу. Прочь от полувиртуального футбола.

Возле мини-боулинга ни Тимки, ни Дилярки не нахожу. Звоню:

– Вы где? – приходится говорить громко, шумно и у меня, и у Тимки.

– Дилярка на роликах захотела покататься. Мы здесь.

Лучше поторопиться, мало ли что удумает Дилярка. Бегу к роликодрому. Тимка стоит у входа.

– Ура! Вы ещё здесь, – подхожу к нему. – А где Дилярка?

– Катается, – Тимка показывает на сестрёнку. – Вон она! – и машет ей рукой.

Дилярка упала раза два, потом взялась за бортик.

– Её надолго хватит? – спрашиваю.

– Не знаю, – Тимка хмурится. – Но у меня на карточке ещё где-то на два автомата. Потом домой! Пусть хоть обревётся!

– У меня ещё на парочку должно хватить, – я протягиваю Тимке карточку.

Он смотрит удивлённо, потом улыбается:

– Играй сам.

– Я не хочу, – вкладываю карточку ему в руку. Ищу глазами Дилярку.

– Я видел тебя. Ты прям как мой брат!

– В смысле? – хмурюсь. – Где ты меня видел?

– Ну я искал Дилярку и видел, как ты пенальти забиваешь. Я посмотрел немного и дальше побежал искать.

Мне становится стыдно. Тимка продолжает:

– А говоришь, не играешь больше в футбол!

– А при чём тут твой брат?

– Ну ему тоже нельзя, а он играет.

Хочу спросить ещё, но тут Тимка срывается с места. Дилярке надоели ролики, точнее, надоело падать, и она побежала к другому автомату.

Стена и стенка

Выхожу из «Меги» пустой внутри. Пустота и на душе, и в теле. Я устал. И на Дилярку, которая только что ревела во всё горло, а теперь, забыв обо всём, умчалась к фонтанам, смотреть не могу. Но Тимка другой. Он стойко выдержал её истерику и сейчас с улыбкой наблюдает за сестрёнкой.

– Осторожно, Диляра! – Подбегает к ней и поднимает к фонтану. Показывает, что, если протянуть руку, капли воды будут весело её щекотать.

– Ух ты! Смотги! Она бгызгается! – Наконец она угомонилась. Там, в «Бэбилоне», она бегала от одного автомата к другому, вытаращив глаза, онемев и оглохнув. И не слышала наших с Тимкой вопросов и просьб. А сейчас, как ни в чём не бывало, весело тараторит.

Дилярке сегодня исполнилось пять. Она самая младшая в семье, самая любимая, и с ней больше всего проблем. С того момента, как ей стукнуло три, она переболела всеми болезнями и всё старается узнать новые. С жадностью хватается за каждую инфекцию. Тётя Зарина часто лежит с ней в больнице. А дядя Чингиз работает на двух работах, чтобы оплачивать лечение. Дунет ветерок, пусть самый тёплый на свете, Дилярка всё равно простынет. Поэтому кроме красного платья на ней сейчас колготки и кофта.