Планета для тиранов - Кир Булычев

Инспектора планеты диктаторов Карло они обнаружили на кухне, где он только что снял с плиты кастрюльку с супом, и по всему помещению разносился чрезвычайно аппетитный аромат.

– Сами видите, – сказал инспектор, – я не мог оторваться, чтобы вас встретить.

На щеку был наклеен пластырь, под глазом – синяк.

Он оказался молодым лысым человеком с узкими плечами. Карло не скрывал своего недовольства незваными гостями.

– Мы к вам ненадолго, – сказала Алиса.

– А вас много?

– Я и мой корабль, – ответила Алиса.

– У них корабль говорящий, – пояснил робот, похожий на сейф. – Но только сомнительно, что он разумный.

– Тогда быстро говорите, что вам требуется, и улетайте, – невежливо сказал Карло. – У меня нет ни минуты свободной.

– Это точно, – мрачно подтвердил робот.

– Среди ваших… – Алиса запнулась, она не знала, как называть диктаторов.

– Клиентов, – подсказал робот.

Между тем инспектор налил супу в тарелку, поставил тарелку на кухонный стол и, не приглашая Алису, принялся есть. Алиса, конечно же, была не голодна, но она никогда бы не позволила себе не пригласить гостя к столу.

– Продолжайте, – проворчал робот-сейф.

– Среди ваших клиентов, – продолжала Алиса, – есть бывший диктатор с планеты Уксу по имени Уксу-ба.

– Как же. Достойный человек, – сказал робот-сейф. Карло продолжал жадно хлебать суп. – Настоящий изверг.

– Тогда вы меня поймете! – Алиса поймала себя на том, что обращается к роботу-сейфу, словно он здесь главный. – Этот Уксу-ба украл на своей планете детскую железную дорогу – три вагона и паровоз.

– Знаю, – сказал робот. – Она у него стоит.

– Но ее надо вернуть обратно. Вы не представляете, как переживают дети на Уксу.

– Представляю. Они писали нам письма, – сказал робот. – Но по закону мы не можем отнять у диктатора железную дорогу, потому что каждый из наказанных диктаторов и вождей имеет право взять с собой самую любимую вещь. Некоторые брали книгу, другие картину, третьи – портрет дедушки или латы прадедушки. Но Уксу-ба взял железную дорогу.

– Тогда позвольте мне самой поговорить с этим диктатором, – попросила Алиса. – Может, он послушает меня.

– Ха-ха-ха, – ответил робот-сейф. – Он вас и слушать не будет. Убьет, и дело с концом.

– Надеюсь, вы меня защитите, – постаралась улыбнуться Алиса. Но никто ей не ответил. Инспектор продолжал быстро есть суп, а робот перемигивался красными глазками, и вид у него был угрожающим.

– Вот именно, – проговорил инспектор Карло Жерардо. – Именно этого я и ждал. Значит, вы непременно желаете попасть на планету диктаторов? И даже к Уксу-ба?

– Хочу, – призналась Алиса. – И не вижу в этом ничего плохого.

– А я вижу, – сказал инспектор. – И мне уже надоели выдумщики. Лгуньи и лжецы. А ну признавайтесь, кто вас послал?

Длинные гибкие руки робота в мгновение ока вытянулись и обхватили Алису словно канатами.

– Как вы смеете! – воскликнула Алиса. – Меня никто не посылал.

– Выкинем ее прямо в космос, шеф? – спросил робот-сейф.

– Она этого достойна, – согласился Карло.

– Ну, я понес ее выкидывать? – спросил робот-сейф.

– Погоди, пускай она сначала признается во всем. Ну, признавайся!

– В чем? – спросила Алиса.

– Кто тебя подослал и с какой дьявольской целью. Я думаю, что ты агент какой-то телевизионной или газетной компании, которой нужны сплетни и жареные факты о нашей скромной жизни.

– А я уверен, – сказал робот-сейф, – что она сторонница одного из наших клиентов и прилетела его освободить.

– Клянусь вам, я не отношусь ни к какой газете, ни к какой телевизионной студии и уж тем более не хочу освобождать диктаторов!

– Вы понимаете, какой вред вы наносите спокойствию Вселенной, когда воспеваете тирана? Ах, он бедненький, ах, ему так плохо на планете Тишина! – произнес Карло.

– Думаете, вы сделаете добро своей планете, если поможете бежать отсюда какому-нибудь негодяю, по которому в старые времена виселица плакала? – спросил робот-сейф.

Алисе было обидно.

– Ну если вы не верите мне, то спросите мой кораблик, – попросила она.

– Мы не разговариваем с сообщниками, – ответил Карло. – Посади ее в какую-нибудь комнату, запри покрепче, пускай посидит, подумает, пока не прилетит инспектор. Пускай он с ней разбирается. Надоело… Надоело! – Карло помолчал и добавил: – И надо же – каждый второй пользуется именем моего дорогого брата Жирардо!