Охота за Красной Шапочкой - Валерий Роньшин

И только Димка Молодцов не растерялся. Как и его отец Суперопер, Димка всегда знал, что делать, когда никто не знает, что делать.

— Бежим! — закричал он и со всех ног понесся к «Мустангу».

От пронзительного Димкиного крика Снегирева и Орешкин опомнились. И тоже побежали к машине.

Бах-бах-бах!!! — гремели им вслед выстрелы.

фьють-фьють-фыоть!!! — свистели в воздухе пули.

Мальчишки и фотомодель быстро залезли в кабину. «Мустанг» завелся с пол-оборота. Димка дал задний ход, крутанул руль, выскочил на дорогу и погнал прочь от модельного агентства. Снегиревабыла белее простыни.

— Кошмар, — повторяла она, — кошмар…

— Успокойтесь, Влада, — сказал Димка. — Все уже кончилось.

Но на самом деле все только начиналось. Молодцов это понял, когда посмотрел в зеркальце заднего обзора.

За ними гнался черный «БМВ».

— Скорей ложитесь на пол! — закричал Димка, выжимая из «Мустанга» все, что только можно выжать.

— Зачем? — удивился Орешкин.

— Они нас преследуют на «бээмвухе»! Сейчас будут стрелять!..

— Кошмар, — в очередной раз повторила Снегирева, послушно сползая на пол. Вслед за ней сполз и Ромка.

Снова загремели выстрелы. Заднее стекло «Мустанга» разлетелось вдребезги, а на лобовом стекле появилось два пулевых отверстия.

— Только бы не попали в бензобак, — сквозь стиснутые зубы бормотал Молодцов, вертя руль то вправо, то влево.

Выстрелы следовали один за другим. На лобовом стекле уже виднелось целых восемь дырок от пуль. В любую секунду пули могли угодить и в Димку. Но Молодцов старался об этом не думать, продолжая уверенно уходить от погони. Что и говорить, в свои четырнадцать лет Димка был крутым парнем.

— Димыч, куда мы едем?! — сквозь рев двигателя и грохот выстрелов прокричал Орешкин.

— На Бармалееву! Туда бандиты не сунутся!..

— Почему не сунутся?

— Там оцепление! Я же тебе говорил!..

От Барочной до Бармалеевой было десять минут езды. «Мустанг» выскочил на Левашовский проспект, проскочил Чкаловский проспект и свернул на Бармалееву. Впереди показались милицейские машины с включенными мигалками.

Позади раздался отчаянный визг тормозов. Молодцов глянул в зеркальце.

— Они разворачиваются!!! — радостно закричал он. — Ура-а!!!

— Ура-а-а!!! — подхватил Ромка, вновь усаживаясь на сиденье рядом с Димкой. Но радоваться было рано. У машины заклинило руль. Как ни старался Молодцов, он теперь уже не мог повернуть его ни вправо, ни влево.

— Блин! Руль заклинило!..

— Тормози, Димыч, тормози!..

Димка начал тормозить:

— Черт! Тормоза отказали!..

Машина стремительно неслась вперед. А на ее пути, мирно беседуя, стояли полковник Молодцов и майор Нахнюпа.

— Уходите с дороги!!! — заорал им Димка, высовываясь из окна и махая рукой. — Уходите!!!

Оба оперативника едва успели отскочить в сторону.

— Скорость, скорость сбрось! — кричал Ромка.

— Не сбрасывается! — кричал в ответ Димка.

Руль заклинило! Тормоза отказали! Скорость не сбрасывалась!.. Оставалось последнее — выключить двигатель. Что Димка и сделал.

Разогнавшийся «Мустанг» мчался на стеклянную витрину детского бара «Бармалей».

— Держись, Орех! — успел крикнуть другу Димка.

В ту же секунду послышался звон разбитого стекла. Машина, протаранив витрину, влетела в бар и, сметая все на своем пути, понеслась к стойке. Барменша — как только что до нее Суперопер с Нахнюпой — едва успела отскочить в сторону. «Мустанг» пробил стойку бара и замер. На капот посыпались бутылки, шоколадки, конфеты, кексы…

— Кажется, приехали, — сказал Димка и стал ощупывать себя с ног до головы, проверяя, все ли с ним в порядке.

— Ага, приехали, — подтвердил Ромка, тоже ощупывая себя с ног до головы. Друзья вылезли из машины.

Капот «Мустанга» был смят в лепешку. Ветровое стекло превратилось в груду осколков. Как при этом ребята не получили ни единой царапины, было не понятно. Скорее всего, им просто фантастически повезло.

— У вас есть что-нибудь попить? — первым делом спросил Орешкин у барменши. От пережитых волнений во рту у него все пересохло.

— Выбирай, — барменша широким жестом показала на пол, где валялись бутылки с кока-колой, фантой и пепси-колой.

В этот момент в бар вбежали полковник Молодцов и майор Нахнюпа.

— Пап, я тебе сейчас все объясню, — торопливо сказал Димка.

— Давай объясняй, — мрачно ответил Суперопер.

— Значит, так… — начал Димка.

Орешкин его перебил:

— Димыч, а где Снегирева?

— В машине. На полу.

— А чего она не вылезает?

— Не знаю.

— А может, ее… — Димка не договорил.

Мальчишки с опаской приблизились к «Мустангу». Димка открыл заднюю дверцу. Девушка лежала на полу без признаков жизни.

— Мертвая… — потрясенно выдохнул Орешкин.

Суперопер проверил у девушки пульс.

— Нет, живая. Просто без сознания. — Он посмотрел на сына. — Это кто?..

— Фотомодель.

— А как она оказалась в моей машине? Да еще без сознания…

— Давай, пап, я все по порядку расскажу, — предложил Димка и затараторил: — Значит, так. Все началось с того, что Ромыч получил письмо. То есть не Ромыч получил, а его соседка. Но письмо было адресовано не ей, а другой соседке, которая живет этажом выше. Просто соседка снизу по ошибке вытащила письмо из ящика соседки сверху. А в письме сказано, что ее хотят убить…

Майор Нахнюпа запутался:

— Кого хотят убить? Соседку сверху или соседку снизу?

— Вот ее, — показал Димка на девушку. — Владу Снегиреву.

— А при чем здесь она?

— Так это и есть соседка сверху. Поэтому мы с Орехом и погнали в агентство. Предупредить.

— В какое агентство?

— В модельное.

— Ничего не понимаю.

— Да чего тут непонятного, — принялся втолковывать бестолковому майору Димка. — Мы приехали в агентство. А Снегирева уезжает. Машина взорвалась. Тут эти киллеры с пистолетами. Мы от них. Они за нами. А тормоза у «Мустанга» барахлят… — Димка перевел дух. — Понятно?

— Понятно, — ответил Григорий Молодцов, который всегда все понимал с полуслова. — Где письмо?

Орешкин отдал письмо Супероперу.

— Ладненько. Разберемся. — Молодцов посмотрел на лежащую без сознания Снегиреву. — Надо бы ее в чувство привести.