Первая работа - Юлия Кузнецова

Замерщик пришел вечером. Совсем молодой, ниже меня ростом, носатый и рыжий, как белка из «Ледникового периода». Достал из чемодана какие-то бумаги, блокнот, рулетку и принялся рассказывать анекдоты.

– А такой знаете? Про зайца и кондуктора?

И не успевали мы с мамой ничего ответить, как он выпаливал и анекдот про кондуктора, и следующий, про Гену и Чебурашку, и еще целую кучу.

Мама сначала недовольно фыркала и поглядывала на меня. Но когда этот парень вспомнил анекдот про бестолкового покупателя и продавца, она расхохоталась.

Вскоре мы смеялись, держась друг за друга, а он, светясь от радости, вытягивал сантиметровую ленту, прикладывал к окну, что-то отмечал в блокноте и щелкал рулеткой. И только когда мама спросила про установку и сроки, я вспомнила, что должна ходить на работу из-за новых окон.

Настроение у меня испортилось, и я ушла, не дослушав анекдот про блондинку и йоркширского терьера. Мама потом сказала, что замерщик от расстройства забыл на подоконнике рулетку.

Я забрала ее к себе и принялась вытягивать ленту и защелкивать обратно. Вот бы измерить мои завтрашние шансы на успех… И шансы на смущение при встрече с охранниками «Изумрудного дворца». А встреча с Розой Васильевной?

Она не видит во мне учительницу…

Я вытянула ленту и зачем-то измерила свою талию. Все как обычно, обхват как у девочки двенадцатилетней. Я же мелкая. Ромка по сравнению со мной великан. Хотя на физре плетется в самом хвосте. Потом я померила длину рук.

В этот момент мама заглянула в комнату.

– Костюм собираешься шить?

– Я… Нет. Но… О! Мама! Ты гений. Я буду выглядеть в костюме как взрослая.

– Ну конечно, – усмехнулась мама, но тут же засела за компьютер.

Она обожает подбирать одежду. В магазине, где она работает, все платья подбирает хозяйка. Но с поставщиками одежды связывается мама, и иногда ей удается самой выбрать платье и убедить хозяйку, что его купят.

В такие дни мама приносит нам с папой коробку пончиков в шоколадной глазури, которые продаются у них на первом этаже. Мечта моей мамы – стать «байером» и самостоятельно подбирать одежду для магазина. Но в этой профессии, по ее словам, много риска. «А это не для семьи с ребенком», – повторяет мама, и всякий раз я принимаюсь спорить с ней, что я не ребенок.

Итак, мама засела за компьютер, где у нее хранятся все телефоны поставщиков, и велела принести с кухни ее мобильный. Она щелкала мышкой и ворчала, что с моим «икс икс эсом», то есть очень маленьким размером, у нее проблем больше, чем с любой самой полной клиенткой; но при этом довольно улыбалась.

К ночи костюм был найден. Папа заехал за ним на какой-то склад на юго-западе. Мы, конечно, не спали, когда он торжественно внес на вешалке мой наряд.

– Он что, белый? – ужаснулась я.

– Глупенькая, это чехол, – засмеялась мама, расстегнула молнию и достала темно-серый в мелкую черную полоску костюм.

– Отлично! – восхитилась она, когда я натянула на себя брюки и пиджак. – Завтра так в школу пойдешь. Наконец-то одеваешься как человек! Только обязательно надень не линзы, а очки! Те, что в черной оправе.

Я же разглядывала себя в зеркало и ждала, когда ко мне придет уверенность. В журналах пишут: «Одежда влияе т на наше настроение и самооценку». Я выглядела как настоящая учительница. Но ничего особенного не ощущала. Только чувствовала, что брюки немножко колючие («Шестьдесят процентов шерсти, Маша! Это тебе не кот начхал!») и спина чешется там, где почесать очень сложно.

– Батюшки, половина второго! – ахнула мама.

Уверенность так и не пришла. Может, она застряла где-то на юго-западе? Не смогла угнаться за папиной машиной и приковыляет завтра?

– Мам, один вопрос…