Как стать героем - Кристофер Хили

– Разбойники его не заметили. Я собирался подарить его Элле, когда разыщу ее, чтобы вернуть ее расположение, – признался он. – Но, думается мне, здесь и сейчас от него будет больше толку.

– Спасибо, Фредерик, – сказал Лиам и в знак благодарности потрепал Фредерика по плечу. – Пойдем навестим трактирщика.

В обмен на кольцо Фредерика четверо принцев получили от Рипснарда целую охапку одежды и седельную сумку, набитую тухлыми на вид ондатровыми бифштексами. («Нам они и не должны казаться аппетитными, – напомнил остальным Лиам. – Только дракону».)

– Хорошо бы еще какого-нибудь оружия… – сказал Лиам.

– Тут, принц, я вам не помощник, – развел руками Рипснард. – Я не терплю в своем заведении орудий насилия.

– Все равно здесь все вооружены до зубов! Зачем же… – начал было Лиам, но оборвал сам себя: – Впрочем, не страшно.

Ведь у них еще оставалось два гномских меча.

– Надеюсь, лимонад вам понравился, – добавил трактирщик, когда Лиам двинулся прочь.

– Так это был лимонад? – изумился Лиам.

Он отправился в кладовку, где остальные принцы переодевались в новые наряды. Когда четверка принцев вернулась в зал, то приковала все взоры.

– Хе-хе, – засмеялся Рипснард. – По-прежнему не верится, что вы те знаменитые принцы. Вид у вас не очень-то прекрасный!

Принцы, с ног до головы облаченные в черное, напоминали шайку воров.

– Ничего-ничего, – сказал Лиам. – У нас впереди совсем не принцевские дела.

Многоопытные завсегдатаи таверны оглядели принцев с ног до головы.

– Не волнуйтесь, – сказал бородатый пират. – Вы такие страшенные, что от вас все врассыпную разбегутся, едва завидят.

– Пожалуй, мы и правда производим пугающее впечатление, – взволнованно шепнул Фредерик Густаву.

– Я уж точно произвожу, – сказал Густав.

– Ну, пока-пока, – помахал им Рипснард. – Мы в «Коренастом кабанчике» всегда будем рады Лиге Принцев.

– Лига Принцев… – повторил Фредерик. – Звучит красиво.

– А Лига Прекрасных Принцев – еще лучше! – заверещал Дункан.

– Нет! – хором отрезали Лиам с Густавом.

– Лига Принцев, – сказал Лиам. – Лига Принцев – и все.

– Как будто мы спортом решили заняться, – пробурчал Густав.

* * *

Четверо принцев вышли из «Коренастого кабанчика». Стоило им оказаться в грязном проулке, как их едва не сшиб с ног незнакомец в черном, спешивший в таверну.

– Эй, я что, так сильно опоздал? – спросил седой незнакомец, оглядев, во что одета компания, на которую он налетел. – Подождали бы, а?!

– Еще раз, пожалуйста, – попросил Фредерик.

– Мы же договорились встретиться в таверне! – сказал незнакомец. – Вы ведь связные колдуньи, я правильно понимаю?

Дункан шагнул вперед, принял величественную позу и провозгласил:

– Мы – Лига…

Лиам мгновенно отпихнул его в сторону.

– Лига Связных, – сказал он. – Лига Злодейских Связных. Да-да.

– Ого, а я и не знал, что вы в Лиге, – присвистнул незнакомец. – Я-то по договору работаю. Знал бы – не заставил бы ждать. – Он порылся в сумке, висевшей у него через плечо, и вытащил пять свитков. – В общем, держите, это вам. – Он раздал свитки принцам. – Этот – в Сильварию. Этот – в Гармонию… Авонделл – тебе… А тебе вот Эринтия. А в Штурмхагенский замок я сам доставлю.

Принцы заглянули в свои свитки и пробежали глазами письма: «Ваш бард у меня… Гора Упырье Крыло… На закате в День середины лета… мир еще не видел бойни такого размаха… С наижутчайшими пожеланиями, Цаубера».

– Я бы, пожалуй, взял Сильварию себе, – сказал Дункан Фредерику. – Поменяемся?

Густав дал Дункану тычка, чтобы тот помолчал.

– Мы доставим письма по адресу, – сказал Лиам. – Густав, нужно, наверное, вознаградить нашего коллегу.

Густав размахнулся и со всей силы ударил связного в челюсть. Тот рухнул без чувств. Густав выхватил у него пятый свиток и засунул обмякшее тело в ближайшую бочку, а бочку забросил через выбитое окно в необитаемый дом на другой стороне проулка.

– Послушайте, – проговорил Фредерик, побелев от ужаса. – Вы понимаете, что означают все эти послания?

– Еще бы, – сказал Густав. – Они означают, что планы у нас изменились и я отправляюсь домой. Я не намерен спасать остолопов, которые отравили мне жизнь.

– Густав! – рассердился Фредерик. – Мы все в обиде на бардов за скверное обращение, но это не значит, что они должны стать невинными жертвами колдуньи!

– Насчет невинных не уверен, – прорычал Густав.

– Нет, бросать их в беде нельзя, – отчеканил Фредерик. – Лиам, прошу вас, скажите ему!..

Лиам задумчиво молчал. Когда кому-то грозила смерть, Лиам всегда первым спешил на помощь, однако спасать бардов ему еще не доводилось. Ладно бы просто незнакомые барды – но ведь среди них был Тиресий Мелодический, тот самый, который долгие годы пренебрегал заслуженной героической славой Лиама, а потом и вовсе погубил ее, превратив Лиама в обобщенного Прекрасного Принца.

«Это испытание, – подумал Лиам. – Тиресия я люблю меньше всех на свете».

– Лиам! – повторил Фредерик.

– Учитывая, что сказано в этих посланиях, я не вижу другого выхода, кроме как изменить наш план, – произнес Лиам.

– Ты хочешь сказать, что бросишь этих певчих птичек на растерзание колдунье? – Густав не верил своим ушам. – Вот уж чего не ожидал!

– Нет, – мотнул головой Лиам. – Надо, конечно, освободить пленников, кто бы они ни были. День середины лета уже завтра, завтра колдунья их убьет. Даже если бы мы раздобыли карту согласно плану, у нас не хватило бы времени обойти все башни до завтрашнего вечера.

– Верно подмечено, – сказал Фредерик. – Как же нам быть?

– Обратимся за помощью, – ответил Лиам. – Ближе всего отсюда до Штурмхагенского замка. Как только раздобудем карту, передадим ее братьям Густава. Тогда нас станет двадцать, мы разделимся – и можно рассчитывать, что мы доберемся до башен вовремя.

– Ты хочешь просить о помощи моих братцев? – ахнул Густав. – Ага. Еще Рапунцель попроси.

– Нам нужен многочисленный отряд, – пояснил Лиам. – Иначе ничего не выйдет.

– Не выйдет спасти людей, которых мы терпеть не можем, – вздохнул Густав.

– Густав, я знаю, вам кажется, будто вашим братьям достается больше внимания, – сказал Фредерик. – Взгляните на это с другой стороны: у них было больше времени, чтобы создать себе репутацию. Ведь они по большей части, надо полагать, много старше вас.

– Да всего-то на год-два! – воскликнул Густав.

– Все шестнадцать? – поразился Лиам. – Как такое может быть?!