Роуэн и Хранитель Кристалла - Эмили Родда

— Указание, как изготовить противоядие, — ответил Роуэн и начал читать стихи вслух. Ему даже не пришлось их припоминать — строки словно врезались в его память.

Твой друг из сонной пустоты

Вернется, коль смешаешь ты

Горсть серебристой глубины

И слезы горькие луны —

Сорви ее в голодной луже.

И новым драчуна пером

Ты все перемешай. Притом

Три раза. Медленно к тому же.

Чудовище из страшных снов

Добавит в зелье каплю яда.

Волшебный эликсир готов.

Прозрачен и открыт для взгляда.

Ясинка недоверчиво хмыкнула.

— И что все это значит? — проговорил Морелюб.

Глаза Угрюма заблестели.

— Орин зашифровал свои указания, — сказал он.

— Да, — подтвердила Хранительница. — И я знаю все его тайны. — Тут она повернулась к Роуэну. — По завету Орина я не имею права объяснить тебе смысл стихотворения, — холодно сказала она. — Но поверь мне, даже если бы я назвала тебе все составные части эликсира, ты все равно не сумел бы их раздобыть. Противоядие сделать невозможно.

— Возможно, — упрямо произнес Роуэн. — И нужно.

Кристалл засиял, и Роуэн почувствовал, как что-то давит на него, влезает в его мысли. Он отчаянно пытался вырваться, перебороть неведомую силу.

— Хранитель, тебе не удастся меня покорить, — с трудом проговорил он. — Ты не заставишь меня передумать. У тебя слишком мало сил.

— Нет времени! — свистящим шепотом сказала Хранительница. — Твой замысел нелеп, мальчишка из Рина. Если бы изготовить противоядие было так просто, как ты думаешь, оно бы уже было у меня, а твоя мать уже пришла бы в себя. Я вовсе не бездушная карга. Я бы вылечила Джиллер, будь это в моих силах. Но эликсир против Смертного Сна делается из крайне редких вещей — достать их почти невозможно. Ты никогда не раздобудешь их в одиночку. Никогда…

— Он будет не один, — вмешался Джон. — Я ему помогу.

Он стремительно шагнул на середину пещеры и встал рядом с Роуэном, возвышаясь над Хранительницей. Рядом с ним она казалась маленькой и хрупкой, как ребенок. Однако она ничуть не испугалась и отрицательно покачала головой.

— По завету Орина остров закрыт для всех, кроме Хранителя, — сказала она. — Оракул и кандидаты допускаются на него только на время избрания. И не пытайся туда пройти, садовник Джон. За это ты поплатишься жизнью.

Помрачнев еще сильнее, Джон взглянул на бледную и неподвижную Джиллер:

— Есть вещи, которых я боюсь больше, чем смерти.

— Я тоже, — согласилась Хранительница. — Я не могу нарушить своего обета, Джон, поэтому я не пущу тебя на остров. На это у меня силы хватит.

— Ну что ж, тогда Роуэн пойдет один, — жестко проговорил Джон. — Он пойдет, а мы будем ждать здесь. Ты говоришь, что один он не справится. Значит, не справится. И не изберет нового Хранителя. Тогда Джиллер умрет. И ты умрешь. И навсегда померкнет Кристалл. Этим твой обет не будет нарушен?

— Ты убедительно рассуждаешь, человек из Рина, — слабо улыбнулась Хранительница. — Но на острове тебе не бывать.

В пещере воцарилось молчание, нарушаемое лишь звуком струящейся воды.

И тут Роуэн понял, что он должен делать. У него просто не было другого выхода. Ему нужна помощь, и он знал, где ее найти. Он взглянул на кандидатов, застывших за креслом Хранительницы. И впервые за все время он обратился прямо к ним, стараясь скрыть страх и недоверие:

— Ясинка из рода умбров, Морелюб из рода фисков, Угрюм из рода панделлисов, для вас остров не закрыт. Вы мне поможете?

Роуэн ожидал, что они с готовностью согласятся. Все-таки он Оракул, и каждый из них должен лезть из кожи вон, стараясь ему понравиться и убедить его в том, что Джиллер отравил кто-то другой. Но кандидаты неуверенно смотрели на Хранительницу и явно не собирались поступать против ее воли.

А Хранительница замерла, склонившись над Кристаллом.

— Хорошо, — наконец произнесла она безжизненным голосом. — Будь что будет. Но я хочу предупредить тебя. На рассвете моя жизнь завершится. И если к этому времени не будет избран новый Хранитель, Кристалл умрет вместе со мной.

— Я вернусь вовремя и завершу избрание, — прошептал Роуэн. — Я обещаю.

— Не сомневаюсь, что так ты и собираешься поступить, — сказала Хранительница. — Ты вернешься… если это будет в твоих силах. Ты выбрал опасный путь, Оракул из Рина. Он опасен и для тебя, и для водяного народа, и для всех окрестных земель. Быть может, уже сейчас к нашему берегу на всех парусах мчатся корабли зибаков. Зибаки наверняка прослышали о том, что Кристалл меркнет. Их шпионы повсюду.

— Да ведь угроза нападения была велика и во время предыдущих избраний, — пересохшими от волнения губами сказал Роуэн.

Хранительница взглянула на свои пальцы, сквозь которые светился Кристалл.

— Но всего лишь раз страшная опасность грозила самому Кристаллу. Триста лет назад, когда был истреблен род миррилов. Тогда Лит, твой далекий предок, на себя и своих потомков принял тяжкое бремя Оракула и этим ради общего блага спас Кристалл. — Хранительница подняла глаза. — Ты очень похож на Лита, Роуэн из Рина, — проговорила она. — Поразительно похож. Странно становится при мысли, что он спас Кристалл, а ты можешь его погубить.

Роуэн похолодел. Он повернулся к Джону, который смотрел на него очень серьезно. На миг решимость Роуэна ослабла, но затем он перевел взгляд на Джиллер и понял, что он просто не в состоянии поступить иначе.

Морелюб беспокойно переминался с ноги на ногу.

— Пора идти, — настойчиво позвал он. — Солнце уже клонится к закату. Не стоит упускать светлое время.

Роуэн обратился к Джону.

— Ты приглядишь за Звездочкой, пока меня не будет? — спросил он.

Силач Джон кивнул. Затем он порылся в карманах и вытащил кожаный мешочек, а из него достал маленький сияющий кувшинчик из хрусталя со сверкающей серебряной крышечкой в виде расправившей плавники рыбы.

— Я купил его для Джиллер, — пояснил Джон. — Прямо перед тем, как Жемчужник сообщил мне о том, что случилось. Смотри, какой он красивый. Я сразу понял, что это — для нее. Возьми его, Роуэн, и наполни тем, что спасет жизнь твоей матери. По-моему, лучшего применения ему не сыскать.

Джон говорил спокойно, но его загрубевшие от работы пальцы дрожали, когда он засовывал кувшинчик обратно в футляр и вручал его Роуэну.

Роуэн аккуратно положил кувшинчик в карман. Ему хотелось хоть чем-нибудь подбодрить Джона, но он не мог пообещать ему достать противоядие и понимал, что какие бы опасности ни ждали его на пути, они не сравнятся с муками, которые предстоит пережить Джону во время его бездеятельного ожидания в пещере.

— Джон, я постараюсь изо всех сил, — тихо сказал Роуэн.