Злые фантомы - Дж. Э. Уайт

Они ехали по посёлку. Все дома здесь были разные, и их соседство зачастую выглядело странным: бревенчатая хижина – и тут же ультрасовременный дом со стеклянными стенами, шикарная усадьба – и однокомнатная хибарка. И только палисадники перед домами все были совершенно одинаковые: тщательно подстриженные газоны без единого кустика или цветочка. Ни машин на дорожках, ни игрушек, раскиданных на заднем дворе…

Вообще никаких признаков жизни.

Они припарковались у приземистого кирпичного дома. Подходя к крыльцу, Корделия с изумлением услышала за дверью десяток разных голосов одновременно, как будто там, в доме, какая-то вечеринка.

– А я думала, призраки говорить не могут! – шепнула Агнеса Корделии.

– Ну, мы же не в школе Тени. Может быть, тут всё совсем иначе.

Однако войдя в дом, Корделия обнаружила, что голоса эти вовсе не призрачные. Почти на каждой стенке висели плоские экраны вроде того, который Лорел использовала, чтобы усмирить Шеймаса Гидеона, и с каждого экрана на полной громкости орали видеоролики. Это были не фильмы и не телепередачи, а подборка личных воспоминаний, заснятых на телефон: отпуск, школьные концерты, котики, собаки, разные люди, задувающие свечки на тортах… На ближайшем к Корделии экране радостно хихикал младенец, в то время как за кадром нянька хлопала в ладоши и издавала разные дурацкие звуки.

– Мне хочется, чтобы нашим призракам было не так одиноко, – объяснила Лорел. – Так что в каждом доме проигрываются ролики из соцсетей их близких. Таким образом они могут видеть, кто чем занимается, и по-прежнему чувствовать свою причастность к миру живых. Мы это называем «окна жизни».

Бенджи воскликнул «Бабах!» и вскинул руки над головой: мол, взрыв мозга!

– То есть они, значит, целыми днями только и делают, что наблюдают за жизнью своих родных и близких? Типа как Netflix для призраков?

Корделия спросила:

– А им не грустно смотреть, как все веселятся там без них?

Лорел смерила Корделию задумчивым взглядом.

– Ты первым делом думаешь о чувствах призраков… Дедушке ты бы понравилась. Знаете что? Давайте я вас познакомлю с доктором Джил. И тогда уж сами решите, счастлива она или несчастна.

Они пошли в глубь дома. Пол поскрипывал под ногами неожиданных живых посетителей. Бенджи ёжился в своей толстовке.

– Ну да, холодно тут у нас, извините, – сказала Лорел, дыша себе на руки. – Просто нет смысла тратить деньги на отопление, когда оно всё равно никому не нужно.

Это было не единственное, на чём здесь сэкономили. Стены были оштукатурены, но не крашены. Мебели почти не было. Вместо кухонной техники стояли картонные муляжи. И в целом всё больше смахивало на декорацию, чем на настоящее жильё.

И всюду – всюду эти окна жизни! Корделия чувствовала себя так, будто пришла в магазин электроники выбирать новый телик.

Она сделала вид, что заслушалась речью на выпускном вечере какого-то подростка, дождалась, пока Лорел пройдёт в соседнюю комнату, сунула руку в карман и быстренько нацепила призрочки. Перед глазами всё поплыло, но не так ужасно, как тогда в ковчеге. Наверно, глаза потихоньку привыкают.

– Они тебе к лицу! – шепнул Бенджи, с трудом сдерживая ухмылку. Корделия в ответ показала язык. Мало того что сама по себе необходимость носить призрочки была довольно унизительной – они ещё делали её похожей на насекомое с огромными выпученными глазами.

Девочка вслед за всеми вошла в хозяйскую спальню. На краю кровати сидела размытая розовая фигура. Корделии пришлось поморгать, прежде чем зрение обрело чёткость. Это оказалась пожилая женщина в махровом халате. Женщина была босиком, голова обмотана белым полотенцем. Её внимание было приковано к висящему напротив окну жизни. Изображение было похуже, чем на остальных экранах – видимо, из тех времён, когда семейные видео снимали не на телефон, а на плёнку. На видео кружились в танце жених с невестой, невеста склонила головку на плечо жениха.

– Судя по тому, куда вы смотрите, я догадываюсь, что доктор Джил сидит вон там, – сказала Лорел, указывая на кровать. – Меня это не удивляет. Это её любимое место. Ещё она любит смотреть рекламу зубной пасты на первом этаже.

Ребята озадаченно уставились на Лорел, и она пояснила:

– Доктор Джил сорок лет проработала дантистом.

Бенджи опустился на колени и всмотрелся в лицо призрака.

– Ну, она выглядит вполне довольной.

Корделия сказала бы скорее «загипнотизированной», однако же нельзя было отрицать, что на губах призрака видна лёгкая улыбка.

– Это на видео сама доктор Джил, да?

Лорел кивнула.

– Её муж выложил это видео в годовщину её смерти. Он сам тоже дантист – и до сих пор работает, хотите верьте, хотите нет.

На видео молодая пара угощала друг друга свадебным тортом, выглядящим как гигантский коренной зуб.

– Доктор Джил обитала в старом офисном здании, где они работали раньше, и это здание вот-вот должны были снести. Мы успели её выручить буквально в последний момент.

Какое хорошее слово: «выручить»! Да, они ничего не знали о светлых ключиках, но если бы не Лорел, дух доктора Джил был бы потерян навеки. «А ведь Лорел их даже не видит! – подумала Корделия. – Подумать только, сколько призраков мы могли бы выручить вместе!»

Может быть, в школе Тени она больше и не нужна, зато она нужна в «Приюте теней».