Часы с лягушкой - Валерий Гусев

Пирожки тоже оказались прекрасные, только чуточку суховатые.

– Ты делаешь успехи, Зинуля, – похвалила ее мама с набитым ртом.

Тетя Зина расхохоталась так, что чуть не подавилась чаем:

– Это я из гостей позавчера приперла. Один богатый красавец предложил мне руку и сердце. И особняк на Рублевке с тремя машинами в гараже. Но я предпочла пирожки! – И она подмигнула маме, мама подмигнула ей, и они «обавременно», как сказал Алешка, расхохотались.

Ничего не понимаю…

После пирожков пошли вешать гамак для нашей барыни.

– Вот самое удобное место, – сказала тетя Зина. – От скворешни до кормушки. Слева, подруга, скворцы тебе скворчат – справа для тебя синички тинькают.

– Жесть! – сказал Алешка.

– Ага, – грустно кивнула мама, – а сверху на меня мыши сыплются.

– Лешка мышей уговорит, – уверенно сказала тетя Зина.

Они с мамой пошли допивать чай и доедать пирожки из богатого дома с тремя машинами, а мы с Алешкой отправились в наш магазинчик за мышеловкой.

Возле магазина уже образовался небольшой рынок с ранней зеленью и поздней картошкой. И стоял какой-то разноцветный фургончик, на бортах которого алела размашистая надпись «Строительная фирма «Ампир». И логотип вроде старинного замка. Который мне тоже, как и Павлику, что-то напомнил.

– И тут этот вампир, – сказал Алешка.

– Ампир, – поправил я.

– Ты умный, Дим, – согласился Алешка. – Такие слова знаешь. А я хитрый.

Я с ним согласился.

В нашем магазине продают все, от «Доширака» до мышеловок. Шустрый продавец, которого покупатели называют то Маратом, то Рахматом, сразу же показал нам простенькую мышеловку.

– Убойная, – похвалил он. – Который мышка сюда попадет, сразу кердык ему будет.

– Кердык не надо, – сказал Алешка. – Нам который мышка живой нужен.

– Еще лучше есть. Который Марат, у него все есть.

Он поставил на прилавок небольшую клетку с откидывающейся дверцей. Отрезал кусок сыра, разломил, дал нам по обломку.

– Кушай два раза. Вкусно.

Третий кусочек сыра закрепил внутри клетки на крючочке.

– Хорошо смотри. Который мышка клетка входи, приманка бери – дверка хлоп!

Марат протянул через прутья лезвие ножа, зацепил кончиком приманку, дверца… Как стояла, задравшись, так и осталась на месте. Никакого «хлоп».

– Другой ловушка берем, – не расстроился Марат.

У «другой ловушка» дверца вообще не открылась. А в магазине уже скапливался народ. Стал с интересом и с замечаниями принимать участие в выборе мышеловки.

«Третий ловушка» ахнул неунывающего Марата по пальцам. Он пошипел, подул на руку, принес еще сразу три.

– А зачем вам живые мышки? – спросил Алешку дядька в женской шляпе.

Алешка взглянул на него, ответил загадочно:

– Чтоб их Клара не загубила.

– Клара это ваша сестра? Или мама?

– Еще чего! – Алешка обиделся. – Клара – это соседская ворона. А наша мама ласточка, она порхает.

Мне сразу стало скучно. Ласточка… Так иногда наш папа называл нашу маму. А теперь кого он так называет? Чужую рыжую тетку? Лучше бы уж вороной…

Наконец с помощью очереди мы выбрали мышеловку. В качестве подарка Марат нам отрезал еще по кусочку сыра. Мышеловка… Бесплатный сыр…

Мы пошли домой. А фургон с логотипом медленно поехал за нами. А потом остановился возле соседнего участка и заорал в приоткрытую дверцу:

– Хозяин! Шифер возьмешь? Смешная цена!

На фига нашем соседу шифер – у него все постройки черепицей крыты?!

Сосед его, видимо, пуганул, и тогда этот «Логотип» подъехал к новостройке напротив нас. Там он тоже ко двору не пришелся, только вот дядька, который вчера помахал нашему Павлику, зачем-то подошел к нему на несколько слов. Чует мое сердце, что и на даче нам покоя не будет…

Алешка тем временем приладил мышеловку на мышиной трассе и снарядил ее кусочком сыра.

И тут как тут – дядька из фургона подошел к нашей калитке. У него на пузе был такой же логотип вроде замка. И на фуражке тоже. Он нахально вошел на участок. Осмотрелся. Очень внимательно. Глазки его так и бегали – быстро и цепко. Заметил даже мышеловку на березе.

– Ага, вы, оказывается, птичек ловите?

– Мышек, – сказал Алешка. И с сочувствием посоветовал: – Вы рот немножко закройте – у нас комаров полно.

– А это… вы зачем? Зачем вам мышки на дереве?

– Это не нам, – принялся объяснять Алешка. – Это нашему соседу. Отлавливаем мышек, чтобы ему в подпол их переселить.

Дядька, похоже, опешил: что за операция такая против соседа?

– Он вот эту березу нашу хочет спилить, – продолжил дурачиться Алешка. – Он говорит, что от нее тень на его редиску падает. И она плохо растет.

– Береза? – Мужик попался туповатый. Хоть и с логотипом.

– Редиска!

– А мыши при чем? Редиску воруют?

Алешка вздохнул: ну и тормоз!

– Когда мы ему весь подвал мышками заселим, ему уже не до березки будет. Поняли? Или как?

Мужик кивнул и вдруг заорал:

– Хозяин! Шифер возьмешь? Со скидкой!

Мама вышла на крыльцо:

– Вы что тут разорались?

– А я не вам кричу, я хозяина зову.

Тут в окошко высунулась тетя Зина, дожевала пирожок:

– А его нету!

– И куда ж он делся?

– На Дальний Восток уехал. Насовсем. Вопросы есть?

– Шифер нужен? По смешной цене.

– А зачем он нам?

– Крышу крыть. Ты что, не знаешь?

– И где эта крыша? – Тетя Зина явно забавлялась.

– Когда-нибудь-то будет.

– Вот когда будет, тогда и придешь. Лешка, натрави на него мышку! Чтоб он тут не орал.

Я бы на него ядовитого крокодила натравил. Очень он мне почему-то не понравился.

Вечером мама вдруг решила напечь оладьев.

– Дровишек принесите, – сказала она нам. Вот еще новость! Нашу крохотную железную печурку мы топим только тогда, когда в поселке отключают свет или вдруг обрушивается неожиданное похолодание. Но, впрочем, печку топить мы любим. Особенно Алешка. Особенно если я нарублю коротеньких полешков. Он может часами сидеть перед открытой дверцей и наблюдать за игрой печного огня.

Я принес дрова.

– Я сама растоплю, – сказала вдруг мама и запихнула в печку свернутые в трубку газеты. Сразу все. А потом, когда разгорелись дрова, бросила в огонь какой-то бумажный комочек.