Моя подруга Элис - Джуди Кертин

– Послушай, мам, – сказала Элис, – я же не при смерти. Просто немного тошнит. Папа просидел со мной все выходные, и я сама уговорила его немного развеяться.

Из трубки донесся очередной тяжелый вздох, после чего мамаша Элис сказала:

– Что ж, хорошо, тогда буду ждать тебя завтра. Позвони мне, когда сядешь в поезд.

Наступил самый ответственный момент разговора, и я затаила дыхание в ожидании ответа Элис.

– Боюсь, до завтра я не поправлюсь, по крайней мере, транспорт переносить точно не смогу. Думаю, мне лучше еще полежать тут денек. Мама Мэган обещала присмотреть за мной, пока папа будет на работе.

На несколько секунд трубка умолкла, а затем из нее снова донесся раздраженный голос мамаши Элис, звучащий все громче с каждым новым словом.

– Что ж, это вполне в духе твоего отца, подкидывать тебя чужим людям, а самому сматываться на работу. У мамы Мэган и без того дел невпроворот, не хватало ей еще с тобой возиться. Послушай, нам надо…

– Ой, мам, похоже, меня сейчас вырвет, – выпалила Элис, хитро косясь в мою сторону. – Ну все, побегу в туалет! Пока! Завтра перезвоню!

Издав напоследок неприличный, похожий на отрыжку, звук, она отключила телефон и отшвырнула его подальше на кровать.

– Ну ты даешь! – восхищенно воскликнула я. – Вот бы мне так врать научиться!

– Подумаешь, ерунда, – отозвалась Элис, явно польщенная. – Просто нужно почаще практиковаться. А ну давай, соври-ка мне что-нибудь.

Я на секунду задумалась и сказала:

– М-м-м, а знаешь, Мелисса самая классная девчонка на свете!

– Нет, – разочарованно покачала головой Элис. – Звучит неубедительно. Соври по-настоящему, чтобы я поверила.

Я снова задумалась.

– Ну хорошо, а как насчет этого? Моя Рози – тайный вундеркинд. Никто, кроме меня, не знает, что на самом деле она может говорить на пяти языках и играть на гитаре круче, чем Боно^[5].

Похоже, на этот раз Элис разочаровалась во мне еще больше.

– Ну нет, так дело не пойдет. Сплошное неприкрытое вранье. Боно же не умеет играть на гитаре, он просто скачет по сцене в темных очках и распевает песни.

– Откуда тебе известно, что Боно не умеет играть на гитаре? – обиделась я. – А что, если он лучший в мире гитарист? Может, он играет только дома и только для своих?

– Глупости, – обиделась в свою очередь Элис. – Не умеет он играть ни на какой гитаре, это всем известно.

Я собралась было возразить, но вовремя одумалась. Какая, в сущности, разница, умеет этот Боно играть на гитаре или нет. И раз уж Элис решила прятаться в моей комнате ближайшие четыре дня, то нам лучше не ссориться. Видно, Элис подумала то же самое. Она подняла на меня глаза и улыбнулась:

– Ладно, Мэг, проехали. Давай лучше сыграем в игру «За что я терпеть не могу Мелиссу». Ты первая, начинай!

Я заметно приободрилась. Это наша любимая игра, и я считалась в ней настоящим асом.

– О’кей. Я терпеть не могу Мелиссу за то, что она все время кивает, когда учитель что-нибудь рассказывает, как будто делает вид, что и так все уже знает.

– Отличный ход! – похвалила Элис. – Так, теперь моя очередь. Я терпеть не могу Мелиссу за то, как она приподнимает и откидывает назад волосы, когда надевает куртку, а потом еще оглядывается, чтобы проверить, все ли в этот момент на нее смотрели.

За этим занятием мы незаметно провели почти целый час. Потом Элис спохватилась и принялась шарить по кровати в поисках телефона. На этот раз пришло время звонить папе.

– Алло, – раздалось в трубке, едва Элис набрала отцовский номер.

Голос звучал как-то устало и одиноко, хотя, возможно, мне просто показалось.

– Привет, пап! Это я, Элис.

– Здравствуй, милая. Как добралась?

– Отлично! Спасибо тебе за чудесные выходные! Кстати, как твой гольф?

– Да так себе, серединка на половинку.

Я улыбнулась. Он часто так говорил.

– Ну вот, тебе не понравилось? – огорчилась Элис.

Они еще немного посюсюкали (у меня от их телячьих нежностей чуть уши не завяли), а потом папа попросил:

– Элис, дай мне, пожалуйста, маму на минутку.

Элис была готова к такому повороту и потому ответила, ничуть не смутившись:

– Не могу, пап, она ненадолго отлучилась. А я сижу с Джейми.

– Ладно, тогда давай сюда Джейми.

Тут Элис явно просчиталась, но тем не менее быстро нашлась, что ответить:

– Прости пап, но он уже спит. Поцеловать его за тебя?

Вообще-то Элис была готова поцеловать брата только при одном условии: если ей за это заплатят миллион. К счастью, отец об этом не догадывался.

– Конечно, Элли, поцелуй за меня его маленький сладкий носик.

– Непременно, пап, – ответила Элис и скорчила мне страшную гримасу.

– Спасибо, милая. Тогда я с тобой прощаюсь, увидимся в пятницу.

– Ага, пап, до пятницы, – радостно выпалила Элис и, нажав отбой, продолжила, обращаясь ко мне: – И уж тогда моя жизнь непременно изменится. В лучшую сторону, разумеется.

Мы в который раз дали друг другу пять и крепко обнялись.

– Ну вот, полдела сделано. Похоже, мы на верном пути, – довольно констатировала Элис.