Моя подруга Элис - Джуди Кертин

Элис обняла меня за плечи, и мы пошли в дом.

Было так непривычно вновь оказаться в гостях у Элис. Раньше я проводила в ее доме полжизни, но с тех пор как Элис переехала, я еще ни разу здесь не бывала. Кругом было прибрано, но как-то неуютно. Пока отец Элис заносил сумки с вещами на второй этаж, мы с Элис прошли в гостиную. Все ее книжки стояли там на своих местах, а игрушки Джейми, как обычно, сложены в угловом ящике. Раньше у них над камином еще висела стильная черно-белая семейная фотография, но теперь ее больше не было.

Я по обыкновению устроилась на пуфике, а Элис с ногами разлеглась на кожаном диване. Причем не разуваясь. Поймав мой недоуменный взгляд, она сказала:

– Это, знаешь ли, одно из преимуществ детей из распавшихся семей. Политика двойных стандартов. Мама меня бы прибила, если бы застукала, а вот отец разрешает. А в Дублине я сколько угодно могу не выключать за собой свет, а все потому, что папа всегда на это ругался, и теперь мама ему назло – разрешает. Ей главное, чтобы я не разбрасывала вещи и не шумела.

Я от души расхохоталась. Находиться в одной комнате с Элис уже для меня счастье. Я должна была столько всего ей рассказать, но для начала мне не терпелось задать ей самый главный вопрос. Я вдохнула поглубже и выпалила:

– Ну же, Эл, время пришло. Выкладывай свой план.

Элис с опаской оглянулась на дверь и прошептала:

– Знаешь, я не поеду назад в Дублин в понедельник.

Я так обрадовалась, что напрочь забыла, о чем спрашивала.

– Ух ты, вот здорово! Остаешься на всю неделю? А папа рад? И как это только ты маму уговорила?

Эл посмотрела на меня с таинственным видом, столь давно и хорошо мне знакомым:

– Я ее не уговаривала. Это и есть мой план. Она думает, что я вернусь. Но я не вернусь.

Элис, конечно, была моей лучшей подругой, но порой даже я готова признать, что ее посещают абсолютно бредовые идеи. Она, должно быть, так размечталась, что забыла о том, что живет в реальном мире, а не в каком-нибудь романе или приключенческом фильме. Элис всегда хотелось, чтобы в жизни все было как в кино.

Я посмотрела на нее внимательнее. Она как ни в чем не бывало валялась на диване, но глаза сияли нездоровым блеском, от чего мне стало как-то не по себе.

На всякий случай я спросила:

– А разве папа не отправит тебя домой?

– Да он-то как раз ни о чем не догадается, – хихикнула Элис.

Я изо всех сил постаралась не выдать охватившего меня волнения и спросила:

– И как же ты все это провернешь?

– Очень просто, – не моргнув глазом ответила Элис. – Потому что ты мне поможешь.

Я так и застыла с идиотской улыбкой на лице. На деле планы Элис обычно оказывались куда сложнее и заковыристее, чем на словах. А впрочем, какая разница. Быть снова вместе – это просто здорово, и если Элис изобрела способ, чтобы остаться подольше, я обеими руками «за».

Тут в дверь позвонили. На пороге стояла Рози в домашнем халатике, раскрашенном под далматинца, и пушистых розовых тапках.

– Мэгги, домой, – старательно выговорила она.

– Прости, Эл, – вздохнула я. – Ты же знаешь, с моей мамой шутки плохи, так что уж лучше я пойду. А после ужина она меня точно не выпустит. Скажет, что тебе нужно «побыть наедине с отцом». Может, папа разрешит тебе пойти к нам?

– Не думаю, – насупилась Элис. – Он хочет заказать на ужин пиццу. Похоже, у меня эта пицца скоро из ушей полезет. А еще он взял в прокате фильм. Правда, я его уже смотрела лет сто назад с мамой, но не могу же я ему об этом сказать. Так что, боюсь, до утра не увидимся.

Тут в прихожей появился отец Элис с телефонной трубкой в руках, так и не дав мне возможности разузнать напоследок подробности грандиозного плана. Наверняка Элис в душе ликовала. Она обожала тянуть резину и держать меня в напряжении.

– Простите, что помешал, – извинился отец Элис. – Я тут как раз собирался заказывать пиццу. Как насчет пепперони, Элис?

Элис скорчила у него за спиной рожу и засунула в рот два пальца, изображая, что ее сейчас стошнит.

– Супер, пап, – ответила она, – как раз то, что надо.

Я поспешила вылететь за дверь, чтобы не расхохотаться в лицо ничего не подозревавшему отцу Элис. Махнув на прощание рукой, я отправилась домой, где меня ждали на ужин спагетти из непросеянной муки.