Сказки американских писателей - Вашингтон Ирвинг

Кретон, который я натянул перед уходом, был на своем месте, но из-под него снова долетало: «Бум, шлеп, бац!» В домике снова кто-то жил!

Мы невольно отшатнулись, прикрыли дверь и только после этого перевели дыхание.

— Нет, — сказала Джеки. — Мы не должны смотреть. Никогда, никогда больше мы не заглянем под эту накидку.

— Никогда, — подтвердил я. — А кто, как ты думаешь?… До нас долетели какие-то невнятные звуки, напоминающие разудалое пение. Что ж, тем лучше. Если им весело, значит, они никуда не уедут. Мы легли спать, и мне приснилось, что я пью пиво с Рипом ван Винклем[91] и эльфами. Все они напились до положения риз.

Утро было дождливое, но это не имело никакого значения. Нам казалось, что в окна льется яркий солнечный свет. Я пел под душем. Джеки радостно мурлыкала себе под нос. Мы не входили в комнату мистера Хенчарда.

— Может, они хотят поспать подольше, — предположил я.

В цеху всегда очень шумно, и расслышать приближение тележки, груженной грубо обработанными цилиндрическими болванками, почти невозможно. В тот самый день, часов около трех, мальчишка-подручный катил такую тележку в кладовую, а я, ничего не видя и не слыша, отступил на шаг от своего станка, чтобы проверить наладку.

Большие станки типа моего — опасные штуки. Они закреплены на мощных забетонированных опорах почти в половину человеческого роста, по которым туда и обратно скользит тяжеленное стальное чудовище — рабочая часть станка.

Я сделал шаг назад, заметил тележку и плавным движением, напоминающим тур вальса, увернулся от неё. Но мальчишка шарахнулся в сторону, тележка вильнула, цилиндры посыпались на пол, а я, потеряв равновесие, неуклюже протанцевал ещё один тур, зацепился за край опоры и убийственно точным движением кувырнулся вниз. Через мгновение я уже лежал, зажатый между стойками опоры, и ко мне с рокотом приближалась рабочая плоскость станка. Никогда в моей жизни ничто не двигалось так стремительно.

Дальше все произошло быстрее, чем я успел сообразить. Я отчаянно пытался выкарабкаться, все в цеху вопили, станок кровожадно урчал, головки цилиндров гремели по полу. Вдруг раздался треск и натужный скрежет крошащихся механизмов. Станок остановился. Мое сердце забилось снова.

Я переоделся и дождался, пока Джеки закончит работу. В автобусе, по дороге домой, я все ей рассказал.

— Просто повезло. Один из цилиндров вовремя попал в станок. Станок, конечно, здорово покорежило, но я цел. Думаю, мы должны написать нашим э-э… жильцам благодарственную записку.

Джеки кивнула, выражая своё полное согласие.

— Это они заплатили за квартиру — везеньем. И очень кстати, что заплатили вперед.

— Правда, пока мой станок не починят, сидеть мне без денег, — добавил я.

Домой мы вернулись под проливным дождем. Из комнаты мистера Хенчарда доносился грохот, куда более громкий, чем все те звуки, которые клетка издавала раньше. Мы побежали наверх и обнаружили, что окно распахнуто настежь. Я захлопнул его. Кретон наполовину сдуло, и я стал было натягивать его на место. Джеки стояла рядом. Но едва мы взглянули на домик, рука моя застыла в воздухе. Табличка «СДАЕТСЯ ВНАЕМ» исчезла. Из трубы валил густой дым. Шторы, как всегда, были плотно опущены, но в остальном многое изменилось.

В комнате пахло едой. «Подгоревшее мясо и кислая капуста», — подумал я с отвращением. Запах явно исходил из домика. На крылечке, где раньше ни соринки не было, стояло набитое доверху мусорное ведро, пластмассовый ящик с грязными консервными банками — каждая не больше булавочной головки — и множество пустых бутылок, явно из-под спиртного. Была, впрочем, и молочная бутылка, наполненная ядовито-голубой жидкостью. Её ещё не успели забрать, так же как и утреннюю газету. Только это была совершенно другая газета. Аршинные буквы заголовков выдавали низкопробное бульварное чтиво.

От крылечка к углу дома была протянута бельевая веревка, на которой, правда, ничего не висело.

Я рывком накрыл клетку и вслед за Джеки выскочил на кухню.

— Какой ужас! — вырвалось у меня.

— Надо было сначала посмотреть их документы, — задыхаясь, проговорила Джеки. — Это совсем не те жильцы!

— Да, не те, которые у нас раньше были, — согласился я. — Вернее, которые были, у мистера Хенчарда. Нет, а ты видела мусорное ведро на крыльце?

— А бельевая веревка? — возмущалась Джеки. — Самого низкого пошиба!

— Сразу приходят на ум Калликаксы[92] и Джитеры Лестеры[93]. Они что думают, здесь Табачная дорога?

Джеки вздохнула.

— Но ты ведь помнишь — мистер Хенчард сказал, что они больше не вернутся?…

— И что из того?

Джеки медленно нагнула голову, точно начала догадываться.

— Ну, валяй, — сказал я.

— Я… я не знаю. Только мистер Хенчард говорил, что Маленький Народец любит жить в тихих и спокойных местах. А мы своим старым жильцам постоянно надоедали. И сами виноваты, что теперь эта клетка, это место пользуется дурной славой. Приличные гномы ни за что не станут тут жить. Здесь теперь — страшно подумать! — притон, что ли.

— Бред какой-то, — сказал я.

— Ничего подобного. Все так и есть. Помнишь, мистер Хенчард говорил, что ему придется строить новый домик? Хорошие жильцы не поедут в сомнительное место. Нам достались гномы низкого пошиба, вот и все.

Я глядел на неё, широко открыв рот.

— А жильцы у нас с тобой — хуже некуда. Небось они ещё и гномо-козла на кухне держат, — негодовала Джеки.

— Ладно, пусть так, — сказал я. — Но я этого не потерплю. Я их отсюда выставлю. Я… я воды им в трубу налью! Где чайник?

Джеки вцепилась мне в рукав.

— Нет, не смей! Эдди, мы не можем их выставить. Не имеем права. Они заплатили за квартиру.

И тут до меня дошло.

— Станок…

— Вот именно! — От возбуждения Джеки впилась ногтями в мои бицепсы. — Если бы тебе сегодня не подкинули немножко везения сверх обычного, тебя бы просто убило. Может, гномы у нас и низкого пошиба, но за квартиру платят вовремя.

Теперь мне все стало ясно.

— А с мистером Хенчардом все было совсем не так. Помнишь, он тогда задел камень и ступенька проломилась? Вот это уж повезло так повезло. А я буду, сидеть без зарплаты, пока не починят мой станок, хотя его и заклинило, когда я туда упал. Мистер Хенчард отделался бы куда легче.

— Просто у него были более приличные жильцы, — объяснила Джеки, отчаянно сверкая глазами. — Если бы мистер Хенчард попал в станок, наверняка сгорел бы предохранитель.

У нас гномы низкого пошиба, ну, и везенье такое же.