Волшебные неудачники. Карты раскрыты! - Нил Патрик Харрис

* * *

Через полчаса офицеры записали показания и пообещали выдать дядюшке Проныре предупреждение, запрещающее ему снова приближаться к друзьям.

– Это ничего не изменит, – попыталась было поспорить Ридли.

Но миссис Ларсен болезненно скривилась.

– Ридли, позволь офицерам делать их работу… Это их сфера ответственности… Осторожнее, здесь расшатана половица, офицер… Я уже несколько недель собираюсь позвонить ремонтнику… Вы не знаете никого, кто мог бы… Подождите… О чём я говорила? Ах да, Ридли, у полицейских куча работы, уверена, им пора возвращаться к своим делам… как и всем нам, – она вывела офицеров в прихожую, – доброго вам вечера, – сказала она на прощание и быстро закрыла за ними дверь.

Тёплые рыжие пятна уличных фонарей уже начали разрезать вечернюю тьму. В ветвях шумел ветер, в дом проникла уличная прохлада, заставив Ридли поёжиться. Цилиндр спрятался под диваном ближе к батарее, и девочка надеялась, что мама не заметит его пушистый хвостик, торчащий наружу. Миссис Ларсен вернулась:

– Ну что ж, с этим закончили! – когда никто не шевельнулся, она выразительно кашлянула и слегка покраснела.

Ридли уже собиралась предложить маме подняться наверх и продолжить работу над книгой, когда мистер Вернон подошёл к мисс Паркли.

– Во всей этой суматохе, я, кажется, не имел удовольствия с вами познакомиться.

– Ой… Ну… Очень приятно, – мисс Паркли пожала протянутую руку в белой перчатке. – Хелена Паркли, – представилась она, бросая растерянные взгляды на Ридли и остальных, – новая учительница Ридли, – она неловко махнула другому мистеру Вернону, вежливо кивнувшему в ответ.

– Итак, – спросила миссис Ларсен, – что дальше?

– Не знаю, – ответил мистер Вернон, – ваши показания были весьма занимательными.

Мама Ридли фыркнула.

– А чего ты ожидал, Данте? И полиция? Опять? Сколько ещё раз нам придётся её вызывать за этот год?

– Мама! – воскликнула Ридли.

– Простите! – Ридли редко слышала, чтобы мамин голос звучал так визгливо. – Просто… Я не любитель толпы. И… через пару недель мне нужно сдавать в издательство книгу… и… моя дочь не должна ошиваться по всяким подворотням, – закрыв лицо ладонями, она затрясла головой.

Ридли жалела, что здесь нет сотни мягких игрушек, чтобы сбросить их на маму.

Внезапно миссис Ларсен смущённо пробормотала:

– Простите меня, пожалуйста, – и пошла к лестнице, ведущей наверх.

Когда она уже была за пределами слышимости, другой мистер Вернон шепнул друзьям.

– Мама Ридли не так уж и неправа.

Мистер Вернон нахмурился.

– Кажется, я ясно дал вам понять, что вас не должны видеть вместе? – однако злым он не выглядел. Как и разочарованным. В голосе его отчётливо звучала усталость, как и в голосе мамы Ридли.

– Прости, что не рассказали, папа, – виновато потупилась Лейла, – просто у Ридли случилось ужасное происшествие на выставке изобретателей в Пристани Белла, и мы…

– Какое происшествие? – мистер Вернон перевёл взгляд на Ридли.

Но ответил ему Картер.

– Женщина, которую загипнотизировали, лопатой разнесла её проект.

– Ох, это и правда ужасно. Мне так жаль, Ридли.

– Но это ещё не всё, – продолжила Лейла, – в минувшие пару дней у всех нас были столкновения с людьми под гипнозом. Помнишь ту овощную лавку? – мистер Вернон обеспокоенно кивнул. – Продавец всё твердил: «Что я наделал?», снова и снова.

Голос подал Тео:

– То же самое мне сказал билетёр на концерте, куда мы пошли с родителями. Он сделал вид, что поскользнулся и упал на меня.

– И у нас с Олли такое было, – сказала Иззи, – один из гостей отеля сорвал наше выступление. Он повторял: «Что я наделал? Что я наделал?».

Олли кивнул:

– Мне очень хотелось ответить ему: «Ты испортил наш номер! Вот что ты наделал, балда!» Но не успел.

Мистер Вернон обвёл взглядом Волшебных Неудачников, и лицо у него было таким, словно те сообщили ему, что Волшебный магазинчик только что возродился и снова взорвался. Тряхнув головой, он повернулся к другому мистеру Вернону.

– Это плохо. Это очень плохо.

– Теперь это не просто запугивание, это прямые угрозы, Данте, – другой мистер Вернон сложил руки на груди.

– Ридли считает, что нам стоит выйти из тени и снова встречаться на виду у всех, – выпалил Картер. Ридли с досадой хлопнула по подлокотнику, и из-под коляски взвился клочок дыма. (Это был один из её любимых способов выразить неудовольствие. Гораздо проще и, в отличие от слов, трактуется совершенно однозначно, согласны?)

– Прости, Ридли. Я не собирался выдавать нас. Просто… – он повернулся к мистеру Вернону, – а что если Калаган так и не уехал из Минеральных Скважин?

– Мы даже не знаем, как он выглядит, – добавила Лейла.

– Конечно, знаем! – возразил Олли. – Он носит плащ и цилиндр!

– Она имеет в виду его лицо, – фыркнула Ридли, – вы можете описать его, мистер Вернон? Мы его видели разве что на той старой фотографии Изумрудного Кольца.

Мистер Вернон потёр лоб.

– Я с самого детства не видел Килроя Калагана. И даже тогда он постоянно менял внешность, цвет волос, стиль одежды. Не думаю, что смог бы узнать его сегодня, даже если бы он стоял прямо передо мной.

Картер поднялся на ноги.

– Так что будем делать? Пусть Волшебные Неудачники и дальше скрываются? Или, может, нам вообще перестать видеться?

– Сдаётся мне, это касается не только Волшебных Неудачников, – заметил другой мистер Вернон.

– Несомненно, – согласился мистер Вернон, – всё зашло слишком далеко.

– Вот и я об этом же, – добавил Тео, – Калаган хочет…

БДЫЩ!

В гостиную брызнули осколки окна и разлетелись по ковру. В центр комнаты что-то упало с оглушительным грохотом.

Лейла и Картер вскрикнули и с ногами запрыгнули на диван. Тео прижался к ближайшей стене. Олли и Иззи вцепились друг в друга и закрыли головы руками. Мистер Вернон вскинул плащ, чтобы прикрыть Ридли, мисс Паркли ошеломлённо наблюдала за происходящим из прихожей.

– Не подходите к окнам! – велел другой мистер Вернон.

– Все целы? – спросил мистер Вернон.

Ребята осмотрели себя. К счастью, осколками никого не задело.

Спустя секунду Ридли подъехала к тому, что с таким треском влетело в комнату. Нагнувшись, она с трудом подняла увесистый предмет, завёрнутый в обёрточную бумагу, перехваченную бечёвкой.

– Ридли, осторожнее, – предостерёг мистер Вернон, но она уже распускала узел и сдирала упаковку. Под ней показалось нечто угловатое и красное. Ридли провела по предмету пальцами, собирая розовую пыль. Это был кирпич. Положив его на колени, девочка осмотрела упаковку. На ней чёрным восковым мелком кто-то накарябал послание.