Кто на свете всех милее? - Сара Млиновски

У неё покраснели щёки.

– Ты как? У тебя жар?

Она положила книгу на живот.

– Всё хорошо, не волнуйся. А ты?

– Ты не пользуешься кремом от загара?

– От чего? – нахмурилась Снежка.

– Видимо, у вас нет проблем с озоновым слоем.

– Озоновым?..

Эх, если бы в сказочном мире был современный словарь! Снежка могла бы его почитать.

– Давай поставим ящик в тень. И мы забыли взять воду.

– Да. Прости. Это я виновата, что не вспомнила. И прости, что заставила тебя беспокоиться. Я в порядке.

– Снежка! Это же ерунда. Нам не сложно. Мы хотим, чтобы тебе было удобно. Вылезай.

Снежка выбралась из ящика и потянулась. В нём не может быть уютно. Мы втроём сдвинули ящик влево, под дерево, и Снежка снова в него улеглась.

– Каково это – быть принцессой? – спросила я.

– Ну, ты знаешь, – пожала плечами Снежка.

– Не знаю. Ты ходила на балы?

– На парочку.

– А корона у тебя была?

– Да.

– Повезло.

– Это тебе повезло, – вздохнула Снежка.

– Мне? У меня никогда не было короны!

– У тебя есть брат.

Я фыркнула. Девочка из сказки считает меня везучей? Из-за брата? Из-за моего боже-такого-доставучего брата?

Я взглянула на Джону, который строил башню из палочек. Он выглядел сосредоточенным и шевелил губами.

Должно быть, Джона почувствовал, что я на него смотрю, – поднял голову и широко улыбнулся в ответ. Чудесной улыбкой.

Ох, он такой милашка!

Да, иногда Джона меня раздражает, но я так рада, что он здесь, со мной. Благодаря ему в Замеле (да и в любом другом месте) становится чуточку веселее.

– Да, – кивнула я. – Пожалуй, мне и правда повезло.

– Я бы тоже хотела братика. Или сестрёнку.

– Я бы тоже хотела сестру. – Я осторожно взглянула на девочку. – М-м, Снежка?

– Да?

– Ты умеешь заплетать французские косички?

Снежка покачала головой. Хм.

– А стоять на руках?

Она кивнула.

– Покажешь?

– Мне вылезти из ящика? – Она привстала.

– Не лежать же тебе там всё время. Мы услышим топот копыт, когда принц будет подъезжать.

Снежка резво выпрыгнула из ящика на землю.

– Ну давайте, – сказала она.

И научила нас с братом стоять на руках. У Джоны сразу получилось. Мне это далось сложнее.

Мы так веселились, что и не заметили, как наступили сумерки.

– Пора домой, – сказала Снежка, раскрасневшаяся от счастья и стояния на руках.

И мы пошли.

* * *

Наступил новый день. Судя по моим часам, в нашем мире уже три утра. У нас осталось четыре «реальных» часа или четыре волшебных дня, чтобы вернуться домой.

Мы снова взобрались на холм. В этот раз я взяла с собой большую флягу воды. Снежка положила в сумку, которую Джона взял у Алана, ещё немного мерзких бутербродов с тушёным мясом.

Когда мы оказались на вершине, Снежка указала на ящик.

– Смотрите, подушка! Как мило! – она побежала вперёд.

– Надо было и мне захватить подушку, – сказала я. – Тогда могла бы вздремнуть. Я совсем не выспалась.

– Да? – невинно спросил Джона. – А мне спалось очень хорошо.

– И тебе было очень просторно. – Хотя в том, что я плохо спала, виноват не только он. Ну не могу я заснуть, когда волнуюсь. А сейчас я волнуюсь. О том, как нам попасть домой. О том, как помочь Белоснежке. Спасти ей жизнь.

Минуточку.

– Это ты принёс подушку?

Джона помотал головой.

– И я её не приносила. Если подушку принёс не ты и не я, то кто её принёс?

– Один из гномов?

Или…

– Злая Зельда! – прокричали мы хором.

– Не ложись! – Я бросилась к Снежке. – Подушка отравлена! Подушка отравлена!

Снежка закричала. Чёрт! Слишком поздно!

Она вскочила, и я увидела, что кончики её волос обгорели, словно она стояла слишком близко к огню.

– Ай, больно!

Я подбежала к ней и вылила на Снежку всю воду из фляги.

Её волосы зашипели.

– Больно, – всхлипнула девочка.

– Злая Зельда за нами следит! – сказал Джона. – Жуть!

– Ты в порядке? – спросила я Снежку. Меня трясло.

Она кивнула.

– Ты всё равно всех прекраснее в этой стране, – сказала я.

– Порой мне хочется, чтобы это было не так, – вздохнула Снежка.