Гимназия №13 - Евгения Пастернак

За Севкой даже не пришлось ходить, он примчался сам, размахивая непонятной штуковиной и мыча от счастья.

– О! Видели! Вещь!

Севка нажал на кнопочку, и у него в руках вспыхнул фонарик.

– Круто! – выдохнул Антон. – Ты что, батарейки нашел?

– Нет! – Севка сам светился как фонарик. – Не нашел, а сделал! И это круче батареек! Это вечный двигатель! И я его изобрел!

Севка размахивал руками и танцевал что-то среднее между ламбадой и русской присядкой, от избытка чувств перейдя на народный речитатив.

– Ой да мы да с Лё-лей, ой да поси-дели, ой да поси-дели и при-ду-мали! Что если ой да в этом мире второй закон термодинамики не работает, то ой да почему бы первый тоже не забыть! Ой да мы па-я-ли! Ой да мы па-я-ли!

Севка в изнеможении остановился, а потом продолжил уже нормально:

– А потом Лёлька позвала какого-то домового и они о чем-то там договорились с электричеством. Короче, оно работает! Теперь я могу каждому такой сделать! Хотите, посвечу?

Севка направил фонарь на дно. Змеи занервничали. Севка чуть фонарик не выронил.

– Ух! Круто…

Антон молча перенаправил луч в лужу с непонятным предметом в центре. Теперь стало видно, что это деревяшка замысловатой формы.

– Ты думаешь, нам это надо достать? – спросил Севка.

Антон кивнул. Змеи зашипели. Все попятились.

– Ну, – неуверенно сказал Севка, – может, они неядовитые? Бывают же неядовитые змеи. Ужи, например.

Сравнение с ужами змеям явно не понравилось. Несколько ближайших к бортику гадов подняли головы и зашипели яростнее прежнего. Рты при этом они держали широко открытыми, чтобы непрошенные гости смогли в луче фонарика получше рассмотреть ядовитый зуб.

– Это не ужи, – сказал Мишка неожиданно спокойным голосом. – Это гадюки. И пара кобр. И вон гюрза.

– Ух ты! – обрадовалась Любка. – Ты что, перестал бояться?

– А чего их бояться? – пожал плечами Мишка. – Обычные змеи. Я же думал, это опять ваши… нечистики.

И Мишка подошел к бортику вплотную так быстро, что никто не успел его остановить. Но змеи, как ни странно, не стали на него кидаться. И даже шипеть стали вроде как потише.

– Ого, – хриплым голосом сказал Антоха.

– Да меня все звери любят! – сообщил Мишка.

– А чего ж ты тогда за Васькой все утро гонялся? – не удержался от ехидства Севка. – Он что, не зверь?

– Он не зверь, – твердо сказал Мишка. – Он скотина. Коты… они… коты, в общем.

Люба попыталась подойти к бортику вслед за Мишкой, но ее змеи встретили дружным шипением и явно не собирались терпеть рядом с собой. Люба вздохнула и отступила.

– Это все очень здорово, – сказал Антон, – но нам нужно достать во-о-он ту деревяшку.

Севка тут же сделал стойку. Он очень любил логические задачи.

– Если бы деревяшка была железной, – стал он думать вслух, – мы бы ее быстро притянули магнитом.

– Деревяшки железными не бывают, – заметил Мишка, который все так же стоял рядом с бассейном, рассеянно глядя на кишащих там змей.

Казалось, что еще немного – и он станет их поглаживать по головкам.

– Не бывают, – согласился Севка. – Но у них могут возникнуть ферромагнитные свойства. Или хотя бы парамагнитные… Нужно добиться сверхпроводимости! Задача решена!

– Погоди, – Антоха не понял большинства длинных слов, но ему очень понравилось, что проблема решена. – А что конкретно делать надо?

– Элементарно! – Севка принялся расхаживать вдоль стены, помахивая своим вечным фонариком. – Сверхпроводимость возникает в любом веществе, если оно охлаждено почти до абсолютного нуля.

– Жаль, что сейчас не зима, – потер подбородок Антоха. – Открыли бы окна…

Севка возмущенно замотал фонариком. Змеям это не понравилось и они снова увеличили громкость своего шипа. Севка испуганно замер и пояснил почти шепотом:

– Абсолютный ноль – это минус 273 по Цельсию! У нас таких зим, к счастью, не бывает. Таких зим вообще нигде не бывает.

– То есть, – уточнил Антон, – решение ты нашел чисто теоретическое?

Севка кивнул. Антон сел на пол и устало посмотрел на потолок.

– Но идея-то хорошая, – жалобно сказал Севка. – Если бы удалось охладить…

– То все змеи бы замерзли, – сердито перебил его Мишка, – и мы бы спокойно пошли в центр бассейна и взяли бы эту штуковину.

По его тону было понятно, что он осуждает людей, которые готовы ради какой-то деревяшки убить сотни невинных гадюк, кобр и гюрз.

– Слушайте, – вдруг подала голос Люба, – а давайте ее струей пододвинем!

Переход от полной заморозки к какой-то «струе» так всех поразил, что никто не стал даже спрашивать, о чем это Люба. Все просто очень внимательно посмотрели на нее. Люба смутилась:

– Ну… тут есть… Давайте я вам покажу!

Она метнулась куда-то в темноту, чтобы тут же вернуться с длинным черным питоном в руках. Все обмерли.

– Сева! – попросила она. – Посвети сюда, пожалуйста!

Севка навел на Любу пятно своего фонарика, и присутствующие смогли свободно выдохнуть – в руках у пловчихи оказался не питон, а длинный черный шланг. Она немного покомандовала Севкой и с его помощью обнаружила на стене кран. Затем очень быстро насадила шланг на кран и повернула вентиль.

Из шланга ничего не полилось.

Люба подняла шланг, заглянула в него и тоненько попросила:

– Батюшка водяной! Не шути со мной! Дай водицы умыться и напиться!

Водяной откликнулся мгновенно – Люба даже не успела отклониться от струи, ударившей из шланга. Вымокшая, но довольная, она направила струю на деревяшку. Змеи этому не обрадовались и принялись расползаться в стороны, пытаясь укусить противную воду. Струя уперлась в деревяшку, та пошевелилась… да так и осталась лежать.

– Ничего не получится, – Севка сказал это так авторитетно, что Люба беспрекословно закрыла вентиль. – Даже если ты эту штуку дотолкаешь до края бассейна, она ведь все равно на дне останется! Да и не сдвинешь ты ее, потому что сухое трение…

Тут мысль Севки куда-то вильнула, он сбился и принялся повторять:

– Сухое трение… сухое… сухое…

И вдруг радостно завопил:

– Открывай вентиль, Любка! Сейчас мы её добудем!

Люба, не споря, открыла вентиль и в бассейн хлынула вода. Как выяснилось, змеи не любят воду. Но эти змеи не любили ее как-то особенно. Они каким-то чудом продолжали плавать по поверхности воды, высовывая головы и яростно шипя.

Когда, наконец, вода залила все дно, то стало понятно, что задумал Севка – деревяшка отлипла от дна и поднималась вместе с уровнем воды.