Липкий киллер - Дмитрий Щеглов

— Что будем делать? Времени в обрез, — спросил я приятеля. — Как стемнеет, эти хмыри полезут на лабаз.

Как же мы жалели, что с нами сейчас не было деда Макара. Может быть, позвать Настю? Она сейчас разложит все по полочкам и вмиг найдет в данной ситуации единственное правильное решение. Хотя у нас тоже вроде не кочаны капусты, а нормальные головы. Я окрысился на приятеля, вспомнив, как нас сегодня шпыняли в автобусе.

— Шевели мозгами, думай, их у тебя кило шестьсот.

— А у тебя что, меньше?

— Конечно, меньше, я ведь по столько не жру.

Я понял, что сморозил глупость, как это у меня мозгов меньше, и дал задний ход.

— У Гориллы тоже голова здоровая, а дурак дураком. Мозги не на килограммы вешают, а оценивают по скорости мышления. Она у меня как у компьютера.

— А у меня что, как у деревянных счет с костяшками?

— Как у арифмометра, — оставил я приятеля на полдороге к искусственному интеллекту.

Через несколько минут пререканий у нас забрезжил великолепный план. Его предложил арифмометр Данилы. Видно, мед напрямую попал не только в кровь, но и в серое вещество.

— Дом, в котором живет Витек, видишь, находится ниже нашего?

— Вижу, ну и что?

— А то. Со своей битой мордой он не выйдет на улицу, пока не стемнеет. Значит, они с Фитилем полезут на лабаз уже в сумерках, чтобы их никто не видел. А за это время с дерева, с липы, надо снять карабин и перепрятать его. Ты уже лазал, знаешь, как это делается. Полезешь на липу, а я здесь на стреме, на сеновале полежу. Если случайно они раньше времени выйдут, я тебе помашу с сарая платком белым, тогда сиди спокойно и не дергайся. Я тоже подойду. Не боись, не будут они при нас ни курочить колоды, ни стрелять медведя. Ну а если я тебе не махну тряпкой, быстренько спускайся с карабином и беги к лесу. Там и спрячешь.

— А если они залезут, не найдут карабин и начнут курочить колоды, тогда что?

— Гы-гы-гы, — засмеялся приятель, — тогда мы уберем лестницу, а с такой высоты не прыгают даже десантники — ноги переломаешь. Я знаю, как напугать Фитиля, чтобы он не поживился медом.

Данила загадочно смотрел на меня, ожидая вопроса. А мне надоело вытягивать из него, как из партизана, каждое слово. Хочет — пусть рассказывает, не хочет — я и спрашивать не стану. Тоже мне стратег выискался, надулся как индюк от важности.

Скажу честно, что-то в предложенном Данилой плане вызывало сомнения, но что-я понять не мог. Не найдут карабин, выберут мед и будут сидеть наверху, как куры на насесте. Дальше-то что? Продумать наш план до конца времени не было, надо было спасать Мишку — Президента от киллера. В оптический прицел снайпер элементарно завалит его за пятьсот шагов. Данила дернулся было еще что-то мне сказать, но я, зная, как он долго будет рассусоливать два слова, махнул рукой.

— Потом доскажешь, если не к спеху.

Он согласился.

— Не к спеху, карабин спрячем, потом им сюрприз устроим. А я пока презент в мешок суну.

Я потом тысячу раз пожалел, что не спросил его о том, что он собирается прятать в мешок. Задним числом, говорят, все умные. А я тоже из их категории.

Собираться мне было как нищему подпоясаться. Встал да пошел. А Данила с биноклем полез в сарай на сеновал. Операция по спасению Мишки — Президента началась. Через огород я вышел на овсяное поле. С одной стороны оно было изрезанно береговой линией, с другой окаймлялось смешанным лесом из осин, елок и редких берез. Третьим концом поле выходило на деревню. Спрятать карабин можно было только в лесу, или в речку его закинуть, не домой же тащить. Я выбрал первый вариант. Пригодится. О случайной встрече с медведем я, конечно, не подумал. Я шел по полю и считал колосья. В голове, как у крестьянина, роились беспокойные мысли: овес в этом году хорош, почти с головой скрывает, удирать по нему хорошо. Когда я подошел к липе, тревожные мысли полегоньку вылетели из головы, уступив место блаженному покою. С чего бы это? Я оглянулся назад. До деревни было с километр, никто не махал платком, а огромное поле, как безбрежный океан, гнало волнами стебли спелого овса.