Волшебство наизнанку - Эмили Дженкинс

– Пора тебе познакомиться с Нори, – сказала она кому-то на другом конце провода. – Можешь заехать за нами? – она замолчала, а потом добавила: – Да, замечательно. Дай нам пять минут. Шесть, если хочешь увидеть меня причёсанной, – она засмеялась. – Я тоже тебя люблю, – и повесила трубку.

– Мы отправляемся обедать, – сказала она племяннице. – Фигз заедет за нами на машине.

– Кто такой Фигз? – спросила Нори. Девочка лежала, съежившись, на диване и жалела себя.

– Это мой друг. Он тебе понравится. Он отвезёт нас в кондитерскую, которую недавно открыли наши друзья-Огнетворцы. Булочки с корицей там просто волшебные. Ты же наешься булочками с корицей?

– Может быть, – Нори улыбнулась впервые за день. Отец всегда заставлял их есть на обед овощи и что-нибудь протеиновое, чтобы никто не растолстел из-за сахара и крахмала. – А что, если отец перезвонит? Или Хотон, а нас не будет дома.

– Ерунда, – ответила тётя. – Я возьму с собой мобильник. Фигз уже в пути. А! Вот и он!

В открытое окно гостиной с лаем запрыгнула большая белая с коричневыми пятнами собака и замахала хвостом.

– Фигз! – пожурила Марго. – Прекрати выделываться, огромный комок шерсти! – она повернулась к Нори. – Фигз хотел показать тебе, в какого сенбернара он превращается, с того самого дня, как ты приехала. Он только что зарегистрировал этот облик. Но я попросила его подождать. Хотела, чтобы ты сначала обжилась здесь.

Фигз подбежал к Нори и расплылся в собачьей ухмылке. Потом он отошёл немного и отряхнулся – повсюду разлетелась шерсть. Спустя минуту он превратился в широкоплечего мужчину с оливковой кожей. На нём были джинсы и чёрная футболка. Фигз широко улыбался.

– Привет, Нори, – сказал он, протягивая руку. – Меня зовут Фигаро Руссо. Я заведую городской аптекой. У нас есть аспирин, лекарство от бородавок, мазь от ожогов, кошачья мята, да всё что угодно. А ещё мы продаём сладости. Заходи как-нибудь, будет на что потратить карманные деньги, да, Марго? У неё же есть карманные деньги?

– Ладно, – пообещала Марго. – Я буду давать ей на карманные расходы. Теперь можем ехать? Я умираю от голода.

– Поехали, – сказал Фигз, хлопнув в ладоши. – Мы идём, булочки с корицей!

Они чудесно пообедали – их еда была жирной, сладкой и полной крахмала. Фигз очень много говорил о превращениях. Он зарегистрировал облики четырёх разных собачьих пород.

– Хотя превратиться в котёнка у меня никогда нормально не получалось, – ободряюще сказал он. – Я, наверное, единственный Перевёртыш в Северной Америке без лицензии на кошачий облик. И на облик больших хищников, кстати, тоже. Ну и ладно. Что бы я с ними делал? Собаки мне больше по душе. Я сейчас работаю над превращениями в чихуахуа. Думаю, умение перевоплощаться в маленькую собачку может пригодиться. Но до сих пор мне как-то не везло.

Когда они ехали домой в фургоне Фигза, у тёти Марго зазвонил телефон. Она посмотрела на экран, удивлённо вскинула брови и протянула трубку Нори.

У девочки быстро застучало сердце. Она приложила трубку к уху.

– Алло?

– Нори! Мы включили громкую связь! – услышала она голос Далии.

– Кто включил? – спросила Нори.

– Мы с Хотоном.

– А отец?

– Он на какой-то встрече, – ответила Далия. – Ты же знаешь нашего отца. Всё время работает, даже в выходные.

– Привет, Нори, – вклинился Хотон. – Прости, что так долго не перезванивали. Отец хотел, чтобы мы дали тебе привыкнуть к новому месту. Но после сообщения тёти Марго мы решили позвонить, когда он уйдёт.

«Что ж, у вас на это ушло много времени», – почти произнесла Нори. Но не стала. А вдруг они бросят трубку?

Будет только хуже. Надо приободриться.

– Мы только что ходили обедать с тётей Марго, – сказала она. – И не ели овощи.

– Счастливая, – позавидовала Далия.

– Как тебе дом? – спросил Хотон. – У тебя очень маленькая комната?

– Как новая школа? – подхватила Далия. – Всё очень плохо?

– Мы так хотим, чтобы ты вернулась, – тихо сказал Хотон. – Но отца сложно убедить.

– Но у нас есть план! – прибавила Далия. – Если бы ты смогла научиться контролировать себя, когда превращаешься, ну знаешь, не грызть и не поджигать всё подряд…

– И если бы ты научилась превращаться в идеального котёнка, безо всяких странностей…

– Отец сказал, что у тебя получился очень хороший котёнок, но потом ты потеряла контроль над собой.

– …тогда ты могла бы сдать экзамен, чтобы перевестись из класса перевёрнутой магии. И перейти в обычный класс! – закончил Хотон. – А потом, когда ты научишься как следует управлять своей магией, ты сможешь снова поступать в Академию Мудрецов.

– Снова поступать? – переспросила Нори. С другого конца провода до неё донёсся слабый звук открывающейся входной двери. – Это отец?

– О нет, – у Далии сорвался голос. – Нам нужно заканчивать!

– Выбирайся из этого специализированного класса, – сказал Хотон. – Хватит уже быть отсталой. Возвращайся домой, мы скучаем.

– Хотон? Далия? – Нори услышала голос отца. – С кем вы разговариваете?

В трубке раздался щелчок, а затем пошли гудки.

Нори зажмурилась на заднем сиденье фургона. Тётя Марго и Фигз рассуждали, смогут ли они сделать булочки с корицей в домашних условиях. Тётя Марго говорила, что рецепт приготовления слишком сложный, и им надо поджарить обычные тосты с корицей, как все делают. Фигз возражал, что нельзя избегать нового только потому, что это кажется сложным.

Нори слушала вполуха.

Она обдумывала план Хотона и Далии.

Для начала ей нужно научиться превращаться в нормальных животных. Да. Затем её переведут в обычный класс Перевёртышей. Там она научится ещё лучше контролировать свою магию и попробует снова поступить в Академию Мудрецов. Она даже может остаться на второй год в пятом классе. Она не против.

Если бы Нори сделала всё это, если бы она стала нормальной, тогда отец, конечно же, позволил бы ей вернуться домой.

Глава 12

В понедельник Бэкс опять превратился в булыжник, едва он попробовал сделать стойку на голове. Как обычно.

В этот раз была очередь Нори везти его к медбрату Райли, и, толкая тачку по школьному коридору, она подглядывала за уроками в других классах. Шёл урок магии – пятиклассники-Огнетворцы учились жарить маршмеллоу в руках.

Пахло вкусно.

Класс Укротителей выстроился вокруг серебристого единорога. Они гладили его и кормили морковкой.

Пятиклассники-Летуны медленно парили друг за другом по кругу в полуметре от пола. То и дело кто-нибудь из них терял высоту или отставал от других, и тогда учитель дул в свисток. Юных Летунов называли ранними пташками. Большинство из них до старших классов так и не могли оторваться от земли выше чем на пару метров.