Волшебство наизнанку - Эмили Дженкинс

На следующий день у них была математика, география, литература, упражнения на доверие и анализ с помощью танца. А ещё музыка и физкультура. Музыка нравилась всем, кроме Себастьяна. Когда им разрешили поиграть на флейтах и скрипках, Себастьян закрыл глаза и закричал:

– Вы хотите, чтобы я ослеп? Знаете, на что похожи звуковые волны, когда кто-то фальшиво играет на музыкальном инструменте? Они острые! Они колют мне глаза!

Ему пришлось просидеть весь урок в коридоре.

Физкультура тоже оказалась рискованным занятием. Мэриголд уменьшила два баскетбольных мяча, а Элиот заморозил третий. Бэкс превратился в булыжник, когда Уилла бросила ему мяч.

На уроке мисс Старр они снова стояли на голове. Очень долго стояли.

На этот раз вместо того, чтобы выполнять стойку, Бэкс лёг на стул и свесился с него вниз головой. Он оставался человеком весь урок, чему мисс Старр очень обрадовалась. У Пепер получилось встать вверх ногами посреди комнаты, не опираясь на стену. У Мэриголд тоже неплохо вышло, но она обожглась о батарею, когда вставала на ноги. На лодыжке красовался огромный ожог – она держалась за него и плакала.

– Я помогу, – сказал Элиот. Он схватил со стола ластик и заморозил его. Потом протянул его Мэриголд.

Она приложила ластик к ожогу.

– Ого, – она посмотрела на него, как на героя. – Спасибо.

– Ерунда, – ответил Элиот. – Правда, это пустяки. Пожалуйста, не говори об этом никому из других классов.

В три часа дня прозвенел звонок, и мисс Старр подозвала к себе Нори и Элиота.

– Вот, – она протянула каждому по листку бумаги. Нори показалось, что голос у неё звучал грустно.

«Вы допущены к экзамену, – было написано на листке. – Он состоится в следующую пятницу. Приходите в спортивный зал за полчаса до начала уроков и помните: удача принимает разные обличья». Внизу стояла подпись директора Гонсалеса.

На этот раз ребята готовились к экзамену у Элиота.

У мистера Коэна волосы были такими же пушистыми, как у его сына. Он давал частные уроки игры на гитаре. Отец мальчика был Невидимкой и, насколько Нори могла судить, использовал свои способности только для того, чтобы развеселить младшего брата Элиота, – делал игрушки невидимыми и снова видимыми.

– Нори, Элиот рассказывал нам про твою магию. Мощно, – мистер Коэн одобрительно ухмыльнулся. – Ты обрызгала этих ребят-Искорок. Дай пять!

Нори застенчиво улыбнулась и протянула ему ладонь. Она одновременно обрадовалась и загрустила. Почему её собственный отец никогда её так не хвалил?

– Мы пойдём ко мне, пап, – сказал Элиот. – Будем делать домашку.

– Сначала я покажу Нори твои ледышки, – ответил мистер Коэн. Затем пояснил для Нори: – У меня есть фотоальбом. Фотографирую всё, что успеваю.

– Ей неинтересно, пап, – отмахнулся Элиот. – Никому неинтересно, – он потянул Нори за собой на лестницу мимо отца. – Я просил его не фотографировать всё подряд, но он не слушает, – он повысил голос. – Наверняка он терпеть меня не может, а иначе зачем ему всё время меня позорить.

Папа Элиота засмеялся внизу.

– Ребёнок, я тебя обожаю! – крикнул он. – Да ладно, круто вышло, когда ты заморозил пульт от телика!

– Ничего крутого, – заворчал Элиот. – Это значит, что я его сломал.

Они с Нори устроились на полу в его комнате. Элиот выставил в ряд свечки, чтобы тренироваться на них, и разложил несколько палочек от мороженого.

Потом они приступили к работе.

Получалось не очень хорошо.

Элиот замораживал одну свечу за другой.

Нори снова превратилась в котозу и съела свечи.

Элиот заморозил несколько палочек.

Нори превратилась в дратёнка и подожгла покрывало у него на кровати.

Элиот заморозил покрывало, чтобы погасить огонь, – почерневшая ткань покрылась льдом.

Нори превратилась обратно в человека. Она простонала и уронила голову на руки.

– Всё равно это покрывало было уродливым, – сказал Элиот.

Они засмеялись, но оба прекрасно понимали, что у них большие проблемы.

* * *

На следующее утро в школе Нори подняла крышку парты и обнаружила внутри книгу: «Зона нормальности», автор Евгения Трокмортон.

Кто её туда положил? Мисс Старр?

Вряд ли. Нормальность – её самое нелюбимое слово.

Но ведь больше никто не знал, что Нори и Элиот хотят перевестись в другой класс. Они решили не говорить об этом остальным ребятам – не хотелось, чтобы одноклассники обиделись.

Нори листала тонкие измятые страницы, впитывая каждое слово.

Пришёл Элиот и проскользнул на своё место как раз в тот момент, когда мисс Старр начала урок. Нори спрятала книгу под партой и продолжала читать.

«Человеку с перевёрнутыми способностями, который хочет использовать магию, как все, следует освоить технику, которую я называю “зона нормальности”», – писала Евгения Трокмортон.

В книге говорилось, что в истории было много Огнетворцев, подобных Элиоту, которые умели замораживать вещи. И довольно часто магия льда подавляла магию огня. Ещё в книге были истории о необычных Перевёртышах. Один мальчик превратился в огромного хищника сразу же, как только ему исполнилось десять лет. В пятнадцать он умел перевоплощаться в вымерших животных: велоцирапторов и тираннозавров. К счастью, зона нормальности помогла ему ограничиться превращениями в медведя. Ещё одна девочка страдала от неконтролируемых превращений в насекомых. Однажды она застряла в обличье мухи на целую неделю. И ей тоже помогла зона нормальности. Благодаря этой технике девочка научилась превращаться в божью коровку и по своему желанию возвращать человеческий облик.

Про таких Перевёртышей, как Бэкс, которые могли превращаться в неживые объекты, Нори ничего не нашла.

Также там ничего не говорилось ни о Монстрах, ни о людях, способных уменьшать вещи или вызывать дождь в помещении.

Затем следовала длинная и, скорее всего, скучная глава о получении лицензий и всяких законах, так что Нори пропустила её и сразу открыла инструкцию.

Трокмортон писала, что научиться обычной магии можно, если «изолировать» крошечную нормальную часть своих необычных способностей.

«Вся остальная ваша магия – это неуправляемые джунгли, – писала она. – Среди густых зарослей вам нужно построить безопасное убежище. Это безопасное место и есть ваша зона нормальности».