В жерле вулкана - Улисс Мур

– Похоже, закрыто… – сказал Томмазо, посмотрев на обветшалую вывеску Зафона. Витрины у магазина не было, так что заглянуть снаружи не получалось.

Томмазо слегка толкнул дверь: она приоткрылась, на него повеяло запахом пряностей, и мальчик закашлялся.

Любопытная пума хотела было юркнуть в щель, но тут же отпрянула и спряталась за ногами венецианского мальчика.

– Входите, входите… – прозвучал изнутри старческий голос. – Мы открыты…

Рик взглянул на друга:

– Ты уверен, что это хорошая мысль?

– Попробуем, – кивнул Томмазо.

Тут раздалось громкое мяуканье, и в ту же секунду огромный полосатый кот шмыгнул между ногами ребят, напугав их, и погнался за пумой.

– Ах, эти животные! – произнёс тот же голос.

Теперь дверь открылась настолько, что ребята увидели древнего старика с морщинистым лицом, согнувшегося, словно ива над водой.

– А, молодые люди!..

В полутёмном помещении стоял почти невыносимый запах сырой кожи, ладана и мускатного ореха, громоздился какой-то скарб, валялось множество бумаг.

В другой комнатке, за спиной старика, виднелись большие деревянные чаны с гниющей древесной корой.

– Чем могу помочь, господа? – спросил старый торговец и, с трудом переставляя ноги, двинулся навстречу мальчикам. Умные и хитрые глаза его быстро осмотрели ребят. Казалось, ничто не ускользнуло от его внимания.

– На вас такая необычная одежда… Из каких же краёв вы прибыли?

Рик шепнул Томмазо:

– Давай, отвечай! Это твоя идея – прийти сюда.

– Прекрасная идея! – одобрительным тоном произнёс старик, и юным друзьям стало понятно, что у него не только хорошее зрение, но и отличный слух. – Нужны чернила? Бумага? Оригинальные китайские записные книжки, которые мы очень успешно делаем тут, в Венеции, на наших бумажных фабриках?

Томмазо потёр ладони и с некоторым смущением произнёс:

– Нет, спасибо. Ничего этого нам не нужно. Мы разыскиваем одного нашего друга.

– А почему решили искать его у старого Зафона?

– Потому что вы всё же могли бы знать его. Это Питер. Питер Дедалус.

– Питер Дедалус? – повторил старый торговец, сощурившись и слегка выпрямившись. – Нет, сожалею. Это не мой клиент.

– Он большой друг Леонардо! – продолжал Томмазо. – Вы должны его знать: очень высокого роста, с повязкой на глазу.

– Не знаю никого с повязкой на глазу! – решительно покачал головой Зафон.

– А имя Улисс Мур вам ничего не говорит?

Старый торговец замер, потом двинулся по узкому проходу между вещами.

– Ах вы, негодники! Смеётесь над старым полуглухим и полуслепым стариком! – воскликнул он как-то вдруг слишком поспешно. – Называете неведомые мне имена и смеётесь надо мной!

– Нет, господин Зафон! – поспешил возразить Томмазо. – Уверяю вас, мы и не думаем смеяться над вами!

Но старик уже подошёл к ним и, размахивая руками, с неожиданной энергией стал выпроваживать ребят из лавки.

– Вот что получается, когда имеешь дело с такими молодыми бандитами, как вы!

– Можно хотя бы передать ему кое-что? – осмелился спросить Томмазо. И, не дожидаясь ответа, прибавил: – Если вдруг увидите Питера, скажите ему, что Пенелопа жива, что Улисс ищет её, а сам он очень нужен нам.

– Всё! Уходите по-хорошему! – сильно разволновавшись, потребовал Зафон. – Негодные мальчишки, отправляйтесь куда-нибудь в другое место и смейтесь над кем-нибудь другим!

– Запомнили? Леонардо и Улисс в отъезде, а Пенелопа жива! – упрямо повторил Томмазо, уже на пороге лавки.

– Да, да, конечно! Конечно! – закивал старый торговец, лишь бы от него отстали. – Пенелопа, Улисс и Леонардо Минаксо! Очень интересно несчастному старику, как я. В самом деле очень интересно.

Потом, когда Рик и Томмазо вышли на улицу, он вдруг выглянул из магазина и, с прищуром, необычайно живо глядя на ребят, прокричал:

– И велите вашей пуме оставить в покое моего кота! Это мой единственный друг!

– Но господин За…

Хлоп!

Дверь лавки захлопнулась перед Томмазо, едва не защемив ему нос.

– Ну, разве так можно! – возмутился венецианский мальчик, попятившись. Он взглянул на Рика, который всё это время молчал, и с огорчением произнёс: – Какой-то сумасшедший старик… Надеюсь, в нашем времени на месте этой вонючей конуры находится хорошая пиццерия.

– Я не сказал бы, что сумасшедший, – заметил Рик, поправляя рюкзак на спине. – Мне кажется, он скорее испуганный.

Из-за двери слышалось, как старый Зафон возится с замками и задвижками, получше запирая их.

– А что же могло испугать его?.. – задумчиво произнёс Томмазо.

– Что бы то ни было, он всё-таки дал понять, что понял нас, – сказал Рик. – Ты слышал, что он ответил? Пенелопа, Улисс и Леонардо Минаксо! Очень забавно…

– Что забавно? – удивился Томмазо, не понимая.

– Ты ведь не называл ему фамилию Леонардо. Томмазо с недоумением посмотрел на запертую дверь лавки.

– Старый обманщик! – воскликнул он и пнул дверь ногой. – Выходит, он знает его!

– Возможно, и остальных тоже, – улыбнулся Рик. – А знаешь, не такая уж плохая мысль оказалась – приехать сюда. По-моему, Зафон дал нам понять, что передаст нашу просьбу.

Томмазо покачал головой, он почувствовал, что очень устал.

– Не знаю, что и думать теперь… – проговорил он и услышал, как в животе у него заурчало.

– Мм… Как ты считаешь, может, прекратим ломать голову и перекусим где-нибудь? – предложил Рик, тоже проголодавшийся.

– Мы в двух шагах от площади Святого Марка, – ответил Томмазо. – Не знаю, как работают лавки в этой Венеции, но если пойдём вон туда, то наверняка найдём место, где продают замечательную венецианскую пиццу. – И он решительно направился в пиццерию. – Идём, мальчишка из Корнуолла. Ты угостил меня английским беконом, теперь я угощу тебя итальянской пиццей.