Центр мироздания - Салли Альтшулер

Аллан ничего не ответил. Он достаточно хорошо знал Беатрису и видел, что на самом деле она теперь не знает, чему верить.

— И еще ты можешь принести мне «колу», — сказала девочка. Ей хотелось подумать.

Аллан положил песочные часы в карман и встал с дивана. Беатриса снова спросила, где он достал часы. С каждым разом она становилась все более настойчивой и раздраженной, но мальчик снова повторил, что уже рассказывал.

— Хан Зен сказал — часы мне пригодятся. Но что они имели в виду, когда говорили, что им нужен я? Беата, во мне есть что-то особенное?

— О да! — воскликнула девочка. — Есть! Ты — псих. Если порция «колы» не приведет тебя в нормальное состояние, немедленно топай к врачу.

— А еще они называли меня Албаном, — проговорил Аллан и, развернувшись, отправился за напитком.

— Албаном? — переспросила Беата и сочувственно покачала головой.

В этот момент в дверях появились Олли и Симон. Беатриса ничего им рассказывать не стала. Не только потому, что они бы подумали, что и она свихнулась, но и потому, что эта парочка — обыкновенные идиоты, которым больше всего нравится раздражать других людей.

Олли и Симон уселись на диван и тупо уставились в телевизор, при этом ни единого слова не соскочило с их губ. Беатриса мельком взглянула на наручные часы.

— Сейчас будет Делия Добелл, — сказала она и, нажав кнопку на пульте, переключила канал.

Ни Олли, ни Симон не среагировали на ее действия, а сериал уже начинался, шло краткое содержание предыдущих серий. Голос за кадром трещал без умолку:

«А теперь приготовьтесь смотреть продолжение приключений великолепной Делии Добелл. В главной роли Делия Добелл. Пристегните ремни ваших кресел, потому что сейчас появится она, единственная и неповторимая…»

Диктор продолжал перечислять достоинства актрисы, на экране мелькали отрывки, рассказывающие о схватке с крокодилом, о других драматических моментах, а затем наконец пошла новая серия.

Делия Добелл крупным планом появляется на экране в облегающем длинном блестящем вечернем платье. В одной руке она держит бокал шампанского, другая — небрежно лежит на плече Конроя, влюбленного в нее, безумно богатого наследника алмазных копей из Южной Африки. В руках Конроя маленькая черная шкатулка, он пытается уговорить Делию отправиться с ним в Африку для изучения какой-то мистической находки в его копях. Наконец он открывает шкатулку.

Делия Добелл никогда не говорит «нет» алмазам, но, пожалуй, алмазы — это то единственное, что нравится ей в Конрое. Алмаз крупным планом. Размером с грецкий орех, сверкает на черном бархате. Серьезное лицо Конроя:

— Ты нам нужна, Делия.

Беатриса прислушалась. Куда ж подевался этот Аллан?

Еще раз алмаз. Самый крупный план…

И за какую-то долю секунды Беатриса успела увидеть — в этом она готова была поклясться — внутри прозрачного алмаза склон и блестящую водную гладь с грациозно плывущим гусем-лебедем.

Она подскочила на диване так, что Олли и Симон чуть не свалились на пол.

— Аллан! — закричала Беата. — Аллан!

Олли и Симон очнулись от спячки, в которой, казалось, они до сего момента пребывали.

— Что случилось?

— Аллан, иди скорее сюда! — еще раз позвала девочка и крепко сжала в ладони пульт, как будто кто-то хотел у нее его отнять.

— Ты что, никогда раньше не видела Делии Добелл? — ехидно спросил Симон.

Олли скорчил гримасу.

— Тебе так страшно, что твой приятель должен подержать тебя за ручку? — засюсюкал он, но тут же сменил тон: — Не понимаю, что ты находишь в этом заучившемся недоумке?

Беатриса пронзила его взглядом, острым, как шпага мушкетера:

— А ты сам-то когда-нибудь себя в зеркало видел? Тоже мне, доумок!

На экране довольное лицо Делии Добелл.

— Очень симпатичный кусочек окаменелого углерода,^[5] — улыбается она.

Но Беатрисе надо было узнать, что успели заметить эти лоботрясы.

— Вы видели алмаз? — спросила она взволнованно.

Олли и Симон переглянулись.

— Ясное дело, мы видели алмаз, — ответил Олли.

— Он же был во весь экран, — заверил Симон. — Мы же, черт побери, не слепые!

— А внутри вы что-то видели? Там был гусь?

— Сама ты гусь… гусиха, то есть эта, как ее?.. гусыня!

И в этот момент в комнате появился Аллан. Он принес «колу». Мальчик и не догадывался, что своим появлением он спас Симона от неминуемого пинка в живот.

— Во дает, ну и носище! — взвизгнул Симон. — Устроился работать светофором?

Они взвыли от истерического смеха, но Аллан сделал вид, что ничего не слышит.

— Это ты кричала? — спросил он Беатрису и протянул ей «колу».

— Она очень по тебе соскучилась, — ехидно сказал Олли, — душевные муки вызывают глюки.

— У нее гуси в алмазах! Девочка-то с приветом, как и ты, Аллибалли, — ляпнул Симон, и оба лоботряса заржали.

Беатрисе больше всего хотелось вылить «колу» этому негодяю за шиворот, но она пожалела напитка.

— Это Делия Добелл, — сказала она Аллану, еле сдерживая раздражение и пытаясь сделать вид, что больше в комнате никого нет. — Море и гусь. Внутри алмаза. Я видела. Смотри!

Аллан сел на диван, стараясь не задевать Симона.

— Эй, кто из нас пришел раньше?! — запротестовал Симон, изображая обиду, будто Аллан уселся на него. — Да что такое с вами обоими?

— Попридержи язычок, — грозно проговорила Беатриса.

— И мы должны с этим мириться? — задал риторический вопрос Олли, изображая оскорбленное достоинство.

Аллан покопался в кармане. Там лежали песочные часы, но под ними где-то должна быть десятка.

— Вот, держите, угощаю вас «колой».

Двое парней с изумлением переглянулись, Симон поднялся с дивана и жадно схватил банкноту.

— Я думаю, что полоумные возлюбленные хотят побыть наедине, — засмеялся он, и парочка лоботрясов направилась к выходу. Беатриса на прощание показала им нехороший жест пальцем.

— Ты совсем размяк, Аллан, — сказала девочка сердито. — Платить негодяям за то, чтобы они убрались. Это уж чересчур…

Она бы бросила в них что-нибудь тяжелое и твердое.

— Это же ты занимаешься тэквондо, — ответил Аллан, — а я, извините, к спорту отношения не имею.

— А надо бы. Ты не можешь позволять всем хулиганам обращаться с собой как с тряпкой.