Пруд Белых Лилий - Анника Тор

— Прекрати! — воскликнула она, чувствуя, что сейчас расплачется. Что он о ней, собственно, думает?

— Я просто пошутил, — сказал Свен. — Не дуйся.

В субботу вечером Штеффи особенно старательно причесалась и надела нарядное платье, хотя знала, что его никто не увидит под пальто. Без пятнадцати семь девочки договорились встретиться у кинотеатра. Это недалеко, только перейти улицу.

Штеффи пришла вовремя. У освещенного входа, напоминавшего греческий храм с коринфскими колоннами на фасаде, уже толпилось много народа. Штеффи встала в очередь, вскоре подошли сначала Лилиан, затем Гарриет.

Они купили билеты и пакетик сливочной тянучки на троих. Вахтер в униформе надорвал билеты и улыбнулся:

— Вы захватили носовые платки, а, девочки? Здесь вы будете плакать.

Сначала показывали документальные фильмы. Сюжет первого — о велогонке. Мальчика-победителя звали Ласе. У него были веснушки и кривой передний зуб, заметный, когда мальчик улыбался и махал рукой в камеру.

Затем шла немецкая военная кинохроника. На аэродроме у Английского канала в немецкие самолеты грузили бомбы. Самолеты поднимались в воздух, и вместе с ними камера. Немецкие самолеты вступили в бой с английским истребителем и сбили его. Горящий английский самолет упал на землю.

Штеффи было интересно, успел ли пилот выпрыгнуть с парашютом. Бойкий голос диктора ничего об этом не сказал.

После киножурнала настало время самого фильма. Занавес задернулся и медленно открылся снова, музыка заполнила зал.

Приговоренный к смерти человек скрывается от наказания, но схвачен одним из сыщиков в Гонконге. На борту судна, который должен отвезти его в Сан-Франциско на электрический стул, он встречает женщину, темноволосую, бледную и очень красивую. Она страдает от неизлечимой болезни сердца и скоро умрет. Они влюбляются, но никто из них не хочет рассказывать друг другу, что у них осталось очень мало времени. Когда они целуются в последний раз, оба знают, что никогда больше не увидятся, но, щадя чувства друг друга, ничего об этом не говорят.

Это было печально и красиво. Слезы бежали по щекам Штеффи, и она слышала, как громко рыдала Лилиан.

Растроганные девочки вышли через боковую дверь вместе с остальными зрителями.

— О, как это было прекрасно! сказала Лилиан. — И как она была красива в том длинном платье!

— А как идут ей темные волосы! — вторила ей Гарриет. — Тебе повезло, что ты брюнетка, Стефания. Темноволосые женщины таинственны и романтичны.

— Я считаю, она похожа на Алису, — сказала Штеффи.

— Алису? Вот уж вряд ли!

Голос Лилиан звучал негодующе:

— У Алисы вовсе не такие черты лица. В таком случае она больше похожа на тебя.

— Ты шутишь, — сказала Штеффи.

— Да нет же, — сказала Гарриет. — У тебя такие же выразительные глаза и длинные ресницы.

Они говорили так увлеченно, что никого не замечали вокруг себя. Когда Штеффи увидела знакомое лицо в толпе, скрываться было уже поздно.

Круглое добродушное лицо принадлежало фрекен Хольм, кассирше с почты, той самой, что была источником всех сплетен на острове.

— Подумать только, малышка Штеффи! — сказала она. — Ты тоже ходила в кино? А я-то думала, что Янсоны такие религиозные. Это моя сестра, она живет в Гётеборге. Как я понимаю, эти девочки — твои одноклассницы? Было приятно встретить тебя, дружок. Увидимся на почте, в следующий раз приедешь на остров, тогда и поболтаем.

Штеффи застыла от страха. В понедельник фрекен Хольм вернется на остров, сядет в своем почтовом отделении и расскажет всем, кто захочет ее слушать, как погостила у сестры в Гётеборге, как они сходили в кино и случайно встретили у кинотеатра Штеффи. Не позднее вторника тетя Марта все узнает, так же как и остальные прихожане пятидесятнической церкви.

Глава 17

Всю неделю после похода в кино Штеффи ждала, что появится тетя Марта в пальто и шляпке и отчитает ее, а то и домой заберет, подальше от городских соблазнов.

Но от тети Марты не было никаких вестей. Может, ей повезло и фрекен Хольм обо всем забыла? Может, кассирша не придала особого значения тому, что случайно столкнулась со Штеффи в Гётеборге. Наверняка ей было о чем рассказать, вернувшись от сестры.

В четверг после школы Штеффи отправилась в гости к Май. Девочки шли с трамвайной остановки, как вдруг Штеффи прямо перед собой увидела Свена. На этот раз не было никаких сомнений: их разделяли лишь метров двадцать, и Штеффи была совершенно уверена, что это он. Свен вошел в пивную.

Штеффи замедлила шаг и бросила взгляд в окно. Она увидела, как Свен повесил пальто и сел за стол. Он сидел спиной к окну и заслонял стол своим телом. Штеффи не смогла разглядеть, был ли с ним кто-нибудь еще.

— Кого ты там высматриваешь? — спросила Май. — Кого-нибудь из знакомых?

— Нет, — ответила Штеффи. — Так просто.

— И правда, — сказала Май, — ты ведь никого здесь не знаешь.

Едва они вошли в ворота дома, где жила Май, как подбежала Бриттен.

— Май! Май! — кричала она. — Иди скорее! Нинни не может дышать. Быстрее!

Май бросилась во двор, Штеффи — за ней. Нинни сидела в небольшой куче щебенки, заменявшей песочницу. Она кашляла и задыхалась и одновременно пыталась кричать. Личико посинело, словно ее душили.

— Нинни! — закричала Май и подхватила ребенка на руки. — Нинни, не умирай!

Штеффи вспомнила один эпизод, случившийся много лет назад, когда Нелли была совсем маленькой.

— Быстро! — сказала она Май. — Нам нужно отнести ее домой. Бриттен, ты ведь знаешь, где мама?

Бриттен кивнула.

— Беги туда поскорее. Скажи, пусть она вызовет врача. У Нинни круп.

— Откуда ты знаешь? — спросила Бриттен, но Май подтолкнула ее и закричала:

— Ты слышишь, что сказала Стефания?! Беги!

Бриттен бросилась прочь. Май побежала по лестнице с Нинни на руках, Штеффи за ней.

— Мы должны вскипятить воду, сказала Штеффи.

— Возьми эмалированный бак в кладовой.

Штеффи зажгла газовую плиту и налила воду в бак. Нинни натужно кашляла. Звук был отвратительный, словно у нее внутри что-то вот-вот разорвется.

— Есть какая-нибудь старая простыня, которую можно намочить и повесить?

— Возьми простыню близнецов в ящике под кухонным диваном.

Штеффи выхватила две простыни из диванного ящика и сунула их под кран с водой. Когда они намокли, Штеффи развесила их на бельевой веревке, натянутой поперек кухни. Вода капала на пол, и образовалась лужица.