Пруд Белых Лилий - Анника Тор

В выходные Штеффи собралась ехать на остров. Странная была эта неделя. Они с Май, как обычно, вместе сидели на уроках, вместе ели за одним столом в столовой, гуляли на переменах в школьном дворе.

Но в их дружбе словно что-то изменилось. Май была молчалива и настороженна. Штеффи ходила и мечтала, чтобы Май вымолвила хоть слово о том, что произошло в комнате. Тогда бы она попросила у Май прощения. Но Май молчала, а Штеффи не осмелилась сама завести разговор. Прошла неделя, никто ничего не сказал.

Напряженность в отношениях с Май заставила Штеффи почти забыть о том злосчастном походе в кино. Но, собирая вещи, она вспомнила о нем. То, что тетя Марта не давала о себе знать, вовсе не означало, что она не в курсе. Может, она ждала удобного случая поговорить с глазу на глаз.

Штеффи вспомнила, что тетя Марта отчитывала и наказывала ее за проступки, куда менее тяжелые, на ее взгляд, чем поход в кино. Она не ждала ничего хорошего от встречи с тетей Мартой и уже подумывала сказаться на выходные больной, вместо того чтобы ехать домой. Штеффи действительно немного простудилась.

Но останься она сейчас, все равно придется поехать на следующей неделе или через неделю. С возвращением домой она сможет тянуть не дольше трех недель, пока не начнутся рождественские каникулы. Хотя так она рискует испортить себе отдых. Лучше пережить трепку как можно быстрее.

Сырой холод с реки пронизывал насквозь. Штеффи осталась на палубе и простояла там довольно долго. Если серьезно простудиться, до температуры, может, тетя Марта пожалеет ее и не будет сильно ругать.

На пристани ее никто не ждал. Штеффи посмотрела на причал «Дианы», но он пустовал. Значит, дядя Эверт в море. Не повезло, он всегда становился на сторону Штеффи, когда тетя Марта на нее сердилась.

В полном одиночестве Штеффи отправилась в поселок. Уже смеркалось, вокруг не было ни души. Где-то вдалеке навстречу Штеффи шли две фигуры, большая и маленькая. Подойдя ближе, она увидела тетю Альму и Нелли.

— Штеффи! — воскликнула Нелли и бросилась ей навстречу.

Штеффи обняла младшую сестру.

— Это правда, Штеффи? — спросила Нелли. — Неужели да?

— Что?

— Что ты в городе ходила в кино?

Выходит, все уже в курсе. Надежда, что фрекен Хольм ничего не рассказала, исчезла.

— Все равно я не считаю тебя плохим человеком, — сказала Нелли. — Я сказала это всем в воскресной школе.

— С приездом, Штеффи, — сказала тетя Альма. — Но ты на всякий случай приготовься.

Тон тети Альмы заставил Штеффи испугаться всерьез. Вдруг для тети Марты поход в кино такой тяжкий грех, что она больше не позволит Штеффи оставаться среди городских «соблазнов»? Вдруг ей придется бросить учебу?

— У Марты разболелись ноги, — сказала тетя Альма. — Поэтому она не смогла приехать за тобой на велосипеде. Нелли очень хотелось встретить тебя, но я не решилась отпустить ее одну в такую темень.

Штеффи почти не слышала тетю Альму. Мысли в ее голове бурлили. Что скажет тетя Марта?

Штеффи рассталась с тетей Альмой и Нелли у их дома, пообещав навестить сестру завтра. Остаток долгого пути домой она шла как можно медленнее, хотя сырой ветер с моря заставлял ее спешить к домашнему теплу.

Забравшись на вершину холма и увидев белый домик у подножия горы, она, как всегда, остановилась. Далеко в море поблескивал красным светом маяк. Темнота стала такой густой, что линия берега и море были едва различимы.

В кухонном окне горел свет. Там ее ждала тетя Марта. Штеффи открыла входную дверь и почувствовала запах жареной скумбрии. Первое время на острове ее тошнило от рыбы, которую подавали несколько раз в неделю. Потом она привыкла. Сейчас Штеффи ела рыбу с удовольствием, хотя все еще боялась подавиться костью.

Тетя Марта стояла у плиты.

— Разогреваю тебе ужин, — сказала она. — Альма позвонила и сообщила, что ты идешь.

Колени тети Марты были забинтованы поверх чулок. Когда она направилась к раковине, чтобы слить воду из кастрюли с картошкой, стало заметно, что ей тяжело ходить.

— Давайте я это сделаю, — сказала Штеффи, — А вы можете посидеть и отдохнуть.

— Все сидеть и сидеть, — проворчала тетя Марта. — На том свете отдохну. Тем более, все уже готово.

Она дала Штеффи тарелку с рыбой и картошкой и стакан молока. Пока Штеффи ела, тетя Марта сидела за столом напротив нее, не говоря ни слова о кино. Она рассказала о боли в коленях, о том, что это, наверное, ревматизм и что Сильвия перейдет из школы в торговое учебное заведение.

Как только Штеффи поела, тетя Марта сказала:

— Теперь помой посуду, а затем приходи в комнату. Мы должны поговорить.

Пока Штеффи наводила порядок, тетя слушала в комнате радио. Передавали вечерние молитвы.

Штеффи вымыла посуду, вытерла ее и поставила в шкаф. Она тщательно протерла кухонный стол, мойку, плиту и подмела пол. Наконец мыть и убирать стало нечего. Она больше не могла тянуть время.

Вечерние молитвы закончились, и тетя Марта выключила радио. Она сидела прямо, опираясь локтями на стол и сцепив пальцы в замок. На столе лежала толстая семейная Библия.

— Иди сюда, — сказала она. — Садись.