Шейла Великолепная - Джуди Блум

Сандра поймала её и кинула снова, целясь в Джейн, но Маус перехватила снаряд и кинула в Джейн сама. Я закричала:

— Испортили мне всю вечеринку! — и сама запустила в Джейн самолётом.

Так мы кидались, орали и обливались слезами от всех этих ужасных слов, которые написали, — слов хотя и правдивых, но невыносимых.

В этот драматический момент в комнату заглянула Либби.

— Что у вас творится?

Я закричала:

— Иди отсюда, не твоё дело!

Джейн запустила в неё моделью, Либби пригнулась, и игрушка попала в Мэрианн, стоявшую за спиной Либби. Та завопила:

— Ах вы, противные малявки! У вас нос не дорос до пижамных вечеринок!

— Я обо всём расскажу маме с папой, Шейла!

— Бе-бе-бе! — сказала я.

— Ага, — поддакнула Маус. — Бе-бе-бе.

Тут Маус посмотрела на меня, и мы захохотали. Джейн тоже не выдержала. И даже Сандра. Всё мы смеялись над Либби и Мэрианн и орали:

— Бе-бе-бе!

Либби ещё раз обозвала нас малявками и хлопнула дверью. Я упала на кровать и оглядела комнату. Не комнату, а кладбище моделей.

— Он меня убьёт.

— Ага, топором, — фыркнула Маус.

— Он обещал, и его ничто не остановит. Я знаю, чувствую!

— Чушь! Кому они нужны, эти дурацкие модели? — Маус пожала плечами.

— Тебе легко говорить. Это не тебя он убьёт. У нас есть только один выход.

— Какой? — спросила Сандра.

— Придётся всё починить.

— Да как, ты что! — ужаснулась Сандра. — Один корабль, гляди, прямо пополам разломился.

— Его выбросим, а остальные надо чинить. — Я подошла к столу, выдвинула ящик. Взяла два тюбика клея и коробку с красками. Разложила модели на три кучки. — Много времени это не займёт.

Прошёл час. А мы всё сидели на полу, клеили и красили. Постучалась мама:

— Перекус!

— Прячьте всё, быстро! — крикнула я шёпотом и побежала открывать маме. В руках у неё был поднос с большой пиццей.

— М-м-м, пахнет вкусно, — сказала Сандра.

— Ещё горячая, — сказала мама, ставя пиццу на стол. Потом сморщилась и огляделась. — А у вас тут чем пахнет, девочки?

— А чем? — говорю. — Ничем.

— Да нет, пахнет. Клеем, что ли, или вроде того.

— A-а, так это моя зубная паста, миссис Тубман, — нашлась Маус.

— Что ж это за паста такая пахучая? — удивилась мама.

— Новая, от кариеса, — сказала Маус.

— Надеюсь, вкус у неё лучше, чем запах.

— Джин… Джин, это ты? — крикнула Либби.

— Да, у нас тут пицца.

Либби с Мэрианн ворвались в мою комнату.

— Джин, видела бы ты, что тут Шейла с подружками устроили, пока тебя не было. Вопили, ругались и швыряли друг в друга моделями.

Мама остановилась в дверях и спросила:

— Шейла, как это понимать?

— Я же тебе говорила, что она мне всю вечеринку испортит, — сказала я. — Во всё ей надо сунуться.

Мама кинула взгляд на комод, где обычно стояли игрушки Бобби.

— Где все модели?

— Под кроватью, миссис Тубман, — заявила Маус. — Мы боялись их поломать и спрятали на ночь.

— Как с ними тяжело, Джин, — сказала Либби.

Мама смотрела на нас. Мы ей мило улыбались.

— Это вечеринка Шейлы, Либби. По-моему, вам с Мэрианн лучше пойти к себе и оставить их в покое. Они с чужими вещами ничего плохого не сделают.

— Ох, Джин! — сказала Либби. — Ничего ты не понимаешь!

— Спокойной ночи, Либби. Спокойной ночи, Мэрианн, — сказала мама.

— Спасибо, мам, — говорю.

— Веселитесь, только поздно не засиживайтесь.

Когда мама ушла вниз, мы принялись за пиццу. Сандра съела два куска и потянулась за третьим, но мы все дружно покачали головами. Она отдёрнула руку и вздохнула:

— Правду слышать больно.

Все были с ней согласны.

Перекусив, мы снова взялись за модели и корпели над ними, пока не исправили. Получилось неплохо. Издалека было даже почти не заметно поломок. К тому же Бобби сам сказал, что привезёт целую кучу новых. Да он даже не заметит, что старые побывали в переделке. По крайней мере, будем надеяться.

Мы разложили модели сохнуть, спрятали клей и краску.

— Ох, что-то я устала, — сказала Сандра.

— Спать рано, — заявила Маус. — Осталось ещё одно недоделанное дело.

— Какое? — спросила Сандра.

Я вдруг поняла, что Маус имеет в виду.

— Надо отомстить Либби и Мэрианн за то, что наябедничали.

— Класс! — сказала Джейн. — Они заслуживают самой страшной кары!

— А что самое страшное? — спросила Сандра.

— Надо им в кровати лягушек подсунуть! — придумала Маус.

— А где мы, интересно, лягушек возьмём? — спросила Джейн.

— У меня за домом, — сказала Маус. — Их там полно в ручье.

— Забудь, — махнула я рукой. — Мама нас в такой час на улицу не выпустит.

— Тогда придумаем что-нибудь другое, — сказала Маус. — Что-нибудь классное.

— Знаю! — воскликнула я. — Надо вымазать сиденье туалета зубной пастой. Кто первый из них пойдёт, тот вляпается!

— Ух ты, круто, Шейла, — сказала Маус. — Как тебе такое в голову пришло?

— Когда твой ум «всё знает», это нетрудно!

По выражению лица Маус я видела, что это она обо мне написала «считает, что всё знает». Но зато она же написала, что я интересная личность, а это всё перечёркивало. Даже Сандра и Джейн написали, что в целом я ничего. А это самое главное. Ну и что, что, по их мнению, я иногда командую. Это потому, что я больше них знаю. Ну и что, что у меня странные брови и смешные пальцы на ногах. Нет, не то чтоб я с этим была согласна — я считаю, что ничего странного в моих бровях и пальцах нет, у всех такие. Но зато я интересный человек! А это уже далеко не про всех можно сказать. Это уже нечто особенное!

Мы все пошли в ванную комнату в холле, почистили зубы и сходили в туалет. Потом я лично измазала сиденье пастой. Остальные тоже захотели внести свой вклад, и вскоре на сиденье не осталось ни одного чистого сантиметра.