Последние подростки на Земле - Макс Бральер

Она берет его, с подозрением изучает, затем поднимает на меня глаза и говорит:

– Джек, это клочок бумаги, вырванный из меню кафе «У Денни», на котором ты написал: «Джек Салливан. Лицензия на убийство монстров».

Я скрещиваю руки, прислоняюсь к шкафчику и улыбаюсь, как босс.

– Ага. Круто, да? Тебе должно льстить, что я пришел спасти тебя.

Однако Джун это совсем не впечатлило.

– Ты сделал ошибку в слове «лицензия».

Я пожимаю плечами.

– Правописание не имеет значения, когда речь идет об убийстве монстров.

– Да, но убийство имеет значение. А ты и это слово неверно написал. С двумя «Б».

– Это специально. Лишняя «Б» означает еще больше убитых монстров.

– ДЖЕК! МЕНЯ НЕ НУЖНО СПАСАТЬ!

Ого! Мы с Дирком и Квинтом в недоумении переглядываемся. Разъяренные девушки страшнее любого чудовища.

– Послушайте, Джек, и вы, ребята, – Джун берет себя в руки. – Спасибо, что заглянули.

Я рада узнать, что кто-то еще выжил. Но меня не нужно спасать, и, правда, я бы хотела, чтобы вы ушли. Пожалуйста.

Я отступаю на шаг. Я не понимаю. Я так старался. Я обыскал весь город вдоль и поперек, чтобы найти Джун. И теперь, когда я наконец нашел ее, она не хочет спасаться?!

Нет. Что-то тут не стыкуется.

Нужна новая тактика. Нужно выиграть время, чтобы она убедилась, какой я потрясный.

– Ну хотя бы до утра мы можем остаться? – спрашиваю я. – Мы из шкуры вон лезли, чтобы сюда добраться.

Джун одаривает меня свирепым взглядом.

И, выдержав паузу, с раздражением произносит, потрясая копьем-метлой:

– ЛАДНО!

– Супер! – говорю я. – А раз так…

И с этими словами мы начинаем…

Когда всё позади, я буквально валюсь на пол, вытираю пот со лба и достаю список своих Подвигов после конца света. Я только что совершил несколько больших Подвигов и должен их отметить.

Внезапно рядом возникает Джун.

– Дай-ка сюда, – говорит она, выхватывая список у меня из рук. И читает вслух: – Стукнуть зомби кулаком в нос: 10 очков. Привязать воздушный шар к Бульдозеру: 50 очков. Попасть Бульдозеру в зад из пейнтбольного ружья:

50 очков. Раскачаться и спрыгнуть с Виноградной Штуковины, как Индиана Джонс: 80 очков.

Уйти от Главного Зомби: 100 очков.

Она опускает листок.

– И ты все это делал?

– Да! – говорю я, расплываясь в улыбке. – С Штуковиной возникли трудности. У Харрисона Форда это выглядело так просто, но на самом деле нужна крепкая хватка и уверенность, что Штуковина тебя выдержит, а еще – что водоем достаточно глубокий, и, если, например, где-то рядом есть пчелы, тогда ни в коем случае…

– Джек, постой… Ты что, действительно можешь развлекаться после того, как наступил конец света?

– Ну, понимаешь… Конечно, все это ужасно, – говорю я уже серьезно, – но я не собираюсь просто так сдаваться. У меня бывают очень страшные дни. Иногда происходят ужасно грустные вещи.

Но я делаю все возможное, чтобы продолжать жить и наслаждаться каждым мгновением. Вместе с друзьями.

Джун еще раз смотрит на список.

– Девушка, попавшая в беду, – читает она. – О чем это?

О-о. Раскусила.

– Ну ладно… Это такой большой Подвиг – спасти тебя.

Джун снисходит до полуулыбки, прислоняется к шкафчику и съезжает на пол.

Она смотрит в глубь коридора, где Квинт гоняется за Дирком с ведром и шваброй. Дирк смеется – этим своим дурацким, визгливым смехом.

– Попался! Теперь ты водишь!

Джун переводит взгляд на меня.

– У вас у всех с головой не в порядке, ты в курсе?

Я улыбаюсь.

– Ну, немного беспорядка, по-моему, – это не так уж плохо.

Джун неловко ерзает на полу, словно ее одолевают самые мрачные мысли. Думаю, теперь ее жизнь изменится. Она прозреет. Она поймет, как понял и я, что во времена Монстр-Апокалипсиса в сто раз лучше жить вместе с друзьями.

Она смотрит на меня. Наши взгляды встречаются. Точно так же, как встретились на парковке несколько месяцев назад, когда начался крах нашего мира. Она говорит:

– Уже поздно. Вам нужно поспать. А завтра прямо с утра, мальчики, вы уйдете.

Эх…

Я подзываю Дирка и Квинта, которые не на шутку разбушевались. Джун устроила себе базу в нашем бывшем классе, вынеся большую часть парт и притащив диванчик из учительской.

Мы с Квинтом и Дирком отправляемся в коридор и обыскиваем шкафчики, забирая оттуда куртки и рюкзаки. Из них мы соорудим импровизированные постели.

Когда Джун уже не может нас слышать, Дирк шепчет:

– Ну так что? Она не собирается завтра уходить?

– Еще ничего не решено, – отвечаю я.

– Завтра утром мы уйдем, Джек, что бы ни случилось, – говорит Квинт. – Мы не можем бросить Бродягу.

– Я знаю, знаю, – говорю я. – Я этим занимаюсь, ясно? Я думаю. Я разберусь с этим. Я все решу.

Потом мы укладываемся спать. Я ворочаюсь с боку на бок, голова идет кругом. Я все время настороже. Сна ни в одном глазу. Да и как тут уснешь, если Дирк храпит, как простуженный медведь гризли?

Как заставить Джун передумать?..

И вдруг я слышу какой-то звук. Это не храп.

Что-то другое.

Шаги.

О нет.

Неужели после наших потрясных гонок по школе я накосячил и оставил дверь открытой? И теперь сюда шаркает какой-нибудь зомби?

И собирается вырвать у нас глотки и закусить восхитительным мясом с наших шей?