Мой дедушка был вишней - Анджела Нанетти

Я был уверен, что сейчас он войдет с чашкой в руках и запоет: «Пришла весна, вставайте, дети!» Но вошел папа и зажег свет.

— Уже вечер, — сказал он, — ты спал семь часов.

— Я думал, что ты дедушка. Я слышал, как он взбивает яйцо.

Папа сел на кровати и погладил меня.

— Это мама готовит тебе блинчики.

— А свет? — спросил я, показывая на окно.

— Мы зажгли костер под вишней, потому что будут заморозки.

Папа взял меня на руки и подошел к окну.

— Этой ночью я останусь тут и буду следить за костром, чтобы он не погас. Ты рад?

Я ответил, что рад. Потом мы молча смотрели на огонь, а затем нас позвала мама, и мы пошли на кухню.

В тот вечер папа остался. А так как холодно было всю неделю, он вернулся и на следующий день, и на следующий. А потом он больше не уезжал — так и остался навсегда с нами.

С тех пор прошло три года. Многое изменилось. Многое нет. Теперь мы живем в доме дедушки Оттавиано и бабушки Теодолинды: я, папа, мама, Оресте, Альфонсина и моя сестра Коринна, которой почти два года. Папа привел в порядок дом и сделал себе в нем кабинет, поэтому теперь он чаще бывает с нами и может присматривать за Коринной, когда нет няни. Мама по-прежнему работает в магазине, но только три раза в неделю. Теперь она гораздо реже злится, даже если работает больше, чем раньше, а если что-то идет не так, то она ругает не бабушку, дедушку и Флоппи, а дорожных патрульных, которые по-прежнему постоянно ее штрафуют.

Дедушка Луиджи и бабушка Антониэтта довольно часто нас навещают. Только приехав, дедушка спрашивает меня: «Ну-с, юноша, как дела?», а бабушка говорит Коринне: «Как поживает мой зяблик?» Потом дедушка идет в огород разговаривать с Эмилио, а бабушка начинает играть с Коринной.

Она разрешает Коринне все: дергать себя за волосы, пачкать конфетами, мочить лицо слюнявыми поцелуями. Бабушка без ума от Коринны — так говорит мама.

В ее первый день рожденья мы устроили под вишней большой праздник, и папа все сфотографировал.

Так как фотографий было очень много, мама начала новый альбом. На первой странице бабушка Антониэтта держит на руках Коринну, а на второй — я сижу на вишне. Я уже могу забираться на Феличе почти с закрытыми глазами: залезаю на верхушку, смотрю оттуда по сторонам или просто сижу на ветвях. Мои друзья много раз просили меня разрешить им забраться на дерево, но я всегда говорю «нет». Только Коринна полезет туда со мной, да и то когда подрастет. Я научу ее всему тому, чему меня научил дедушка.

Однажды мне приснилось, что мы с ней кувыркаемся на ветках, а вишня вся трясется, будто от хохота. Конечно, это был всего лишь сон, но раз уж деревья умеют дышать, почему бы им и не смеяться?