Полосатая зебра в клеточку - Александр Етоев

Неделя промелькнула, как облачко. До отъезда оставались полдня, вечер и короткая ночь. Супердевочка Уля Ляпина лежала на пляже на полотенце и смотрела через щелочки век на Черное не черное море. Сегодня море было особенное – более солоноватое, что ли. И волны были не такими, как были, и медузы, и крабы, и ветерок. Все было какое-то грустное и ласковое и тянулось к руке. Вообще-то супердевочка понимала причину всех этих сегодняшних перемен. Раз она его полюбила, то и море отвечало ей тем же. А если ты кого-нибудь любишь, то разве можно не грустить оттого, что завтра вам придется расстаться?

– Сеньорита! – послышалось за спиной. – Прекрасная юная сеньорита! Желаете на память о летнем отдыхе запечатлеть себя в виде фотопортрета?

Супердевочка повернула голову, собираясь ответить «нет», но человек с гигантской треногой и установленной на треноге камерой вдруг восторженно задергал бровями.

– Это вы! – сказал он уверенно, втыкая треногу в тень роскошного фанерного культуриста, нарисованного в свободной технике. – Ну конечно же это вы! Та самая знаменитая супердевочка, победившая в неравном бою с зарвавшейся богатырской мафией! Я вас на концерте видел.

Уля Ляпина смущенно кивнула. Супердевочки не любят быть знаменитыми – это и некрасиво, и раздражает. Фотограф тем временем суетился вокруг трехлапого инопланетного насекомого.

– Один снимочек! На память о встрече с вами! Моя фамилия Гоблин, я ведь тоже в какой-то степени причастен к вашей победе.

Уля Ляпина хотела спросить: «В какой?» – когда сзади раздался веселый шум, и к ней, перескакивая через тела загорающих, приблизилась мальчишеская орава. Геркулес, Японец, Юсуп, Мыкола и заслуженный спайдермен Миша Семечкин обступили ее кольцом.

– Мы тут чуть-чуть подумали, – сказал за всех Миша Семечкин, – и решили каждый тебе что-нибудь подарить. Это от меня, – спайдермен протянул Ульяне упаковку «Орбит-супермомента». – Вещь полезная и в спорте, и в обороне. Хотя чего тебе говорить, ты же и сама знаешь.

– Мой подарок – вот эта гайка, – сказал Мыкола, протягивая Ульяне мелкий шестигранный предмет. – Это не просто гайка, это память об одном человеке… Короче, был один такой человек, о котором и вспоминать не хочется. Только если бы не этот хапуга, мы, наверное, никогда не встретились бы.

Юсуп вынул из штанов шестеренку, Японец – шишку от железной кровати, и каждый протянул ей.

Уля всем сказала «спасибо» и сложила подарки в сумку.

– А мы с Чуней сегодня ночью приглашаем тебя в Скалистую бухту, – пяткой разгребая песок, тихо произнес Геркулес. – Придешь?

– Конечно! – обрадовалась Ульяна.

– Всем внимание! – Рука фотографа совершила над головами вираж. – Делаю групповое фото. Встали ровно, к объективу лицом. Супердевочку пропустили вперед. Так, улыбочку! Стоим, не шевелимся!

Птичка бойко порхнула из объектива, и навеки остались вместе небо, море и шесть улыбок на счастливых и загорелых лицах.