Эзумрит - Анна Некрасова

– Давай! – радостно согласилась Тамея.

Рока сбегала домой и принесла небольшую склянку.

– Намажься на ночь! – посоветовала она.

Дома Тамею встретила Хида.

– Ты чего так поздно? – зевнув, спросила она.

– Мы с Рокой завтрашний конкурс обсуждали, – сказала Тамея.

– Волнуешься? – улыбнулась мать, опускаясь на край лавки. – Не бойся, ты победишь, я уверена!

– Ага, – невесело усмехнулась Тамея. – А ты знаешь, что это будут танцы?

– Так это же здорово! – воскликнула Хида. – Твоя мать в молодости была лучшей плясуньей в деревне.

– И что, ты можешь за меня сплясать?

– Научить могу. Давай-ка завтра отца и Лав оставим готовить обед, а сами пойдем на реку. Я тебя научу так танцевать, что ты всех сразишь наповал! – с энтузиазмом предложила Хида.

– Сразить наповал я и так могу. Мне бы не опозориться.

– А что это у тебя в руках? – Хида указала на склянку, которую Тамея не догадалась спрятать.

– Да так. Рока мазь дала.

– Зачем? – не унималась мать.

– Для красоты.

– Ух ты! Дай-ка посмотреть! – Хида заглянула в склянку. – И что ею натирать?

– Ну, щеки и губы.

– И что будет?

– Они станут красивого розового цвета, – выдавила Тамея.

– Как интересно! Может, и мне намазаться? – усмехнулась Хида.

– Ой, мам, не надо! – Перепугалась Тамея.

– Да я шучу! – рассмеялась Хида. – Куда уж мне? Народ только смешить! Ладно, давай спать. Завтра ты у меня будешь порхать на конкурсе, как чичик на ветке!

Она поднялась с лавки.

– Склянку отдай, – потребовала Тамея.

– Так оставь ее здесь на столе, – с хитрой улыбкой предложила Хида.

– Ее нужно на ночь мазать. – Тамея решительно забрала пузырек.

Лавидия и Стека уже спали. Тамея села на кровать и задумалась. Мать так надеется, что ее дочь победит, а она завтра проснется с пятнами на лице! Тамея посмотрела на склянку. «Что я, трусиха или лгунья? Не стану прятаться! Выйду и поборюсь за звание лучшей невесты, – решила она. – А вдруг я и в самом деле смогу победить?» Вздохнув, Тамея засунула склянку под кровать на случай, если Хида все-таки захочет натереться мазью.

Она улеглась в кровать, но долго еще ворочалась с боку на бок. Завтра они будут обмениваться поясами. Кто знает, может, на этот раз Дал подарит свой пояс? И может, он подарит его ей?

Ночью Тамее приснилось, будто хуттинцы и их гости пляшут на лужайке под дудочку Шура, а она стоит в стороне. Вдруг все расступаются, и Луд показывает Тамее: мол, выходи, танцуй! А она шагу сделать не может. Тут Дал снимает пояс и через всю площадку направляется к ней. У Тамеи замирает сердце: еще мгновение, и Дал подарит ей свой пояс! Она видит, как улыбаются мать, Луд, Онсида и Рока, и понимает: ей не нужно танцевать. На самом деле все знали, что Дал подарит ей свой пояс, и потому освободили для нее место на лужайке. Дал подходит и протягивает руки, но, к ужасу Тамеи, в руках у него не пояс, а склянка Роки. «Возьми, – говорит Дал, – намажься и будешь танцевать, как бешеная дадана!» Все вокруг начинают смеяться. Тамея понимает, что этого делать не следует, но послушно берет склянку и принимается натирать руки, ноги, лицо. Вдруг раздается крик Лавидии. Тамея смотрит на свои руки – а они превратились в оранжевые ноги с копытами, трогает голову – а на ней ветвистые рога. Все окружающие в страхе замолкают, и только Лавидия смеется громко и заливисто.

Тамея, вздрогнув, проснулась. В комнате было светло. Лав сидела на кровати и громко хохотала, тыча пальцем в соседнюю постель. Тамея повернулась: Стека с удивлением рассматривала свои пальцы, которые были почему-то зеленого цвета с яркими фиолетовыми разводами. Она почесала зеленые щеки и побежала во двор, где стояло ведро с водой, но через минуту вернулась обратно.

– Обманщица! – яростно закричала Стека. – Ты говорила, что это для красоты!

– Разве я тебе говорила? Зачем ты без спроса брала мой пузырек? – возмутилась Тамея.

Стека слюнями пыталась оттереть пальцы и щеки. На шум прибежала Хида. Увидев Стеку, она не на шутку перепугалась.

– Лавидия, беги за Онсидой! – велела она дочери.

– Лучше Року позови, – шепнула Тамея сестре.

Рока и Лавидия столкнулись на крыльце.

– Что у вас за переполох? – невинно хлопая ресницами, поинтересовалась Рока.

– У нас Стека заболела! – выпалила Лавидия.

– Почему Стека? – удивилась Рока.

Она вошла в комнату, где гостья рыдала, сидя на кровати.

– Ее надо лечить! – кинулась Хида к Роке.

– От воровства не вылечишь! – рассмеялась Тамея.

– Ну должно же хоть что-то помочь! – взвыла Стека.

Вскоре она сидела с толстым слоем серой мази на щеках и губах и сердито смотрела в окно.

После завтрака Тамея и Хида отправились к реке. Утро стояло солнечное, дул легкий ветерок. Из-за стен Тмироса по-прежнему поднимались к небу черные столбы дыма.

– Да когда ж они угомонятся? – неодобрительно покачала головой Хида, глядя на противоположный берег. – Как надоело нюхать эту гарь!

Тамея позвала речную подругу.

– Пусть праздник, Руя! – сказала Хида. – Женихи все одолевают?

– Жизни нет! – Водяная дива кокетливо махнула рукой.

До самого полудня Хида танцевала, подпевая самой себе. Тамея старательно повторяла за матерью все движения. Устав, они искупались, а потом вернулись домой.

После обеда Хида, Лавидия и Тамея уединились в комнате, где мать бережно достала из сундука светло-зеленое платье, расшитое по подолу оранжевыми цветами. Над этим платьем Хида трудилась всю зиму. Тамея не могла дождаться, когда сможет надеть его. И вот она расправила складки, подвязала праздничный пояс и в восторге закружилась на месте.

В комнату заглянула Стека:

– По-моему, слишком ярко. – Гостья скривила губы. – Ты похожа на татку!

– Нет, Стека, – возразила Лав, – это твое лицо утром было слишком ярким! Оно и сейчас похоже на плесневелую лепешку!

Оттолкнув Стеку, в комнату протиснулась Рока. Увидев Тамею в нарядном платье, она воскликнула:

– Кто-то кому-то сегодня точно подарит свой пояс!

– Кто и кому? – полюбопытствовала Лав.

Тамея легонько щелкнула ее по носу.

Дружной компанией, к которой присоединился Перлас, они вышли со двора и направились на луг.

– Главное, дочка, – по дороге давала наставления Хида, – ничего не бойся! Как выйдешь, ни на кого не смотри! Слушай музыку и представляй, будто ты одна на берегу реки и танцуешь для самой себя.